Журнал Современник - Журнал Наш Современник 2007 #7

Ближе к вечеру услышал, как залаяла собачонка, хлопнула калитка, открылась дверь в сенях… В жар бросило - неужто Настя приехала?!

Вскочил, как безумный. Может быть, то, что он видел в ресторане "Соболь", ровно ничего не значит. И она сейчас расскажет…

Но дверь открылась - и вошли три сутулые с холодного ветра бабки в полушубках: Клавдия Петровна, Ольга Афанасьевна и Нина Тихоновна. Кивнув Михаилу, не обращая внимания на тявкающую собачонку, они пронесли к столу и выставили банку молока, буханку хлеба, кусок сала, еще что-то.

- Тебе поесть надо, Миша.

- Спасибо, - буркнул Михаил, пряча глаза. Стыдно было.

- Тушенка у тебя есть? Суп свари.

- Есть, есть… всё есть.

- Алла Митрофановна привет передает. А Софья Григорьевна просила зайти.

Растроганный Михаил, перекосив лицо, закрыл за гостями сени и, вернувшись, принялся механической заводной бритвой брить щетину. Плохо берет, дерет, но воду разогревать да мылить морду - дело долгое.

Выпил полбанки молока, заел теплым еще хлебом (за пазухой, что ли, бабушки несли его), остальное вылил в плошку для друга и корку хлеба рядом положил.

Совершенно не понимая, как быть, как жить дальше, вышел на улицу, в белое слепящее - хоть и нету солнца - марево. Глаза не могли сосредоточиться, ничего толком не видели. Постоял какое-то время и побрел к старушке Софье Григорьевне, бывшему директору местной школы.

Как-то незаметно, слово за слово, за чаем, Михаил рассказал ей о себе и о Настеньке всё.

Он сидел, опустив голову перед пожилой женщиной, а она, расхаживая перед ним с папироской в левой руке, тихо и настойчиво говорила:

- Милый мальчик, не надо паниковать. В академию нынче вы уже не успели, поступите на будущий год, а здесь вы не бездельничаете, нужны людям. Когда ваша Настя приедет, она это сразу поймет.

- Она не приедет, - простонал Михаил.

- Приедет, - продолжала Софья Григорьевна, села рядом и заглянула ему в лицо. - Вся эта дурь с нее сойдет… поверьте… а ваш Артем, вот увидите, вернется к ребенку. Я не знала в жизни ни одного случая, чтобы мужчина бросил своего ребенка, если только он не горький пьяница.

- Но почему же она?..

- Легкие деньги… только скоро они ей станут тяжелы. Однажды она поймет, какие опустившиеся люди ей аплодируют. В любой девушке нетленно живет мечта о красивой, чистой жизни. Не захочет она обитать в этой глухомани, уедете в город. Городов, слава богу, в России много, никакая шпана вас там не найдет. Да они уж, наверное, снова сидят за решеткой. А у вас еще всё впереди, боритесь за свое будущее, за свою жену, своих будущих детей.

"Но как?!" - хотел воскликнуть Михаил, а старая женщина, размахивая папироской, говорила твердо, словно диктовала.

- Пишите ей письма, словно вы ничего не знаете. Ни-че-го. Вы же ее любите?.. Не разлюбили?.. Так пишите ей! Как писали. И она вам будет отвечать.

- Она ответила, - еле слышно произнес Михаил. Перед тем как купить водки в Поселке геологов, он получил на почте до востребования очередное письмо от Насти, которое, открыв, тут же порвал и выбросил.

- Что она вам писала?

- Писала? как раньше. - Перед глазами прыгали аккуратные синие строчки из ее письма: "Милый, я тоскую по тебе… как птичка по лету… но приехать пока не могу… в нашем кафе не хватает официанток… и мама просит не покидать ее, у нее ноги совсем распухли… "

- Очень хорошо. Очень. И вы отвечайте ей - безо всяких обид… всяких подозрений… Я вас уверяю, если она так пишет, значит, еще есть надежда. В какие-то минуты она сама верит в свои слова. А слова - великая сила, однажды они ее же и победят. Она отбросит все склизкое, недоброе и побежит к вам, человеку доброму…

Много еще всякого говорила ему старуха с сухим длинным лицом, с сургучной родинкой на щеке, с высоким серебряным шаром волос на затылке.

И когда Михаил уже в сумерках возвращался в свою избу, он понимал, что только так и должен поступать, как советует ему старая учительница.

"Милая моя, я тут обустраиваюсь. Сколотил три скворечника, весной подниму. Во дворе бывшего радиоузла еще летом нашел старое динамо, а теперь перед печкой выстругал пропеллер из сухой лиственничной доски (лиственница не гниет), соорудил ветряную электростанцию. Когда ветер, мой пропеллер крутится, вольт двенадцать получаю прямо в дом. Куплю маленький телевизор, какие ставят в автомашинах, будем с тобой Москву смотреть.

Бывшая учительница говорит, что можно принимающую тарелку поставить - будете ловить сотню программ. Другая местная старуха смеется: на тарелку-то чего не поймать? На тарелку-то и соболя можно поймать. Она имеет в виду закуску…

Я тебя очень люблю и очень жду, моя дорогая Настя!"

Уже отправив письмо через приезжавшего на охоту внука Аллы Митро-фановны, Михаил встревожился: а не поймет ли Настя слова про соболя как намек на ресторан "Соболь"?! Ах, как-то случайно так получилось…

Но нет, Настя не восприняла эти слова как намек. Уже перед Новым годом она ответила:

"Милый, какой ты умный, прямо Робинзон Крузо. Все ты умеешь. А у меня тут жизнь все такая же… тоскливая без тебя… правда, начальница "Чайнворда" подняла зарплату… У нас снег выпал. Ходишь ли ты на лыжах? Мне некогда… "

"Милая Настенька! Купи лыжи, чаще бывай на воздухе… если случается свободное время, читай хорошие книги. Я рад, что ты вспомнила про Робинзона Крузо. А есть еще хорошие книги у Ивана Бунина, рассказы… Почитай! Целую!"

"И я тебя целую, милый!.. "

"Здесь говорят, ребенок ходит в лесу дикий, как Тарзан, мохнатый,

но всё понимает. Может, я найду его, обогрею? Будет нам приемным сыном. Как думаешь?.." Нет, это письмо он ей не отослал. Еще испугается.

И что рыбы стали в речке свистеть - высунутся и свистят… не надо ей. Она нежная, она может испугаться…

Надо обучить собаку Насте лапу подавать. Пса Михаил уже назвал Дружком (собаке бегать без имени - это все равно что гражданину России жить без паспорта), а если Насте не понравится кличка, то можно и переназвать. А пес уже подрос, хвост бубликом, на белой пушистой груди черная запятая, а глаза умные. Иногда смотрит и смотрит Михаилу в глаза, словно что-то сказать хочет. Может, понимает, что хозяин одинок, жалеет…

- Ничего, Дружок! - бормочет Честнов, делясь с ним теплым супом. - Мы еще покажем! Мы еще на космос поработаем!

Может быть, приезжающим на зимнюю рыбалку стоит сказать, чтобы не ловили донную рыбу… хотя они за осетрами только и приезжают… Если сказать, не будет у Михаила приработка, ну да и Бог с ним! На еду и на керосин хватит. А когда он поступит в Академию…

"Настенька! От тебя долго не было писем, ты не болела? Спасибо, что написала!.. Мне иногда хочется залезть на крышу и закричать: Настенька, слышишь ли ты меня?"

"Дорогой Миша!.. Меня тронула твоя забота. Я слышу тебя. Нет, я здорова, но без тебя тоскую… "

"Милая Настенька… "

"Дорогой Миша… "

ИГРА

1

- Чё так согнулся? У тебя чё-то за ночь отросло? - хихикнула сестренка, глядя на Антошу, который проковылял, стыдливо сломавшись в поясе, из постели к ванной.

Ужасно смутившись, братик прошипел:

- Д-дура! - и исчез за дверью. И добавил со злостью: - Мочалка!.. Но это слово он пробормотал, лишь когда закрылся в ванной. Он никогда не сказал бы этого в глаза - Антоша обожает свою сестру-красавицу.

А она все равно, конечно, догадалась, что он продолжает за дверью сердиться.

- Да ладно уж!.. - засмеялась и, утвердив перед собой на столе зеркальце с картонным откидным хвостиком, принялась очень серьезно намазывать кремами своё юное личико.

Все знали: и мама, и Антошка, и соседи по лестничной площадке, и подруги по школе: у Калабутиных грядет свадьба. Обещал и отец из тайги подъехать, где он зарабатывает, валя для китайцев лес.

Жених - классный паренек Сашка Беглов со смеющимися зубами, они у него чуть спутаны спереди, как лапшинки. Говорит быстро, скороговоркой - время экономит. И голова обрита наголо (такая у "крутых" мальчишек нынче мода). Он с серебряной медалью окончил школу, и через год его должны взять в армию. Только не должны бы взять - он один у матери. Отца-то у него нет. А если Сашка женится да еще ребенка родит, то в армию не возьмут долго. Говорят, до 27 лет.

Вот у соседей дылда Никитка уже года три бегает от армии… то в деревню к бабушке укатит на попутных машинах, нацепив для маскировки темные очки, то в больницу его родители положат, а недавно он еще и справку купил, что гомосексуалист. Теперь уж точно не возьмут, а если и возьмут, то отправят с такими же что-нибудь строить. Только что он построит, вялый, хилый, с красными губами, под два метра росту?..

5 "Наш современник" N 7

А Сашка - мужчина. Ходит, как железный - цок-цок. И не оглядывается при этом, а попробуй сзади прыгни на него - схватит за уши и через себя перебросит. Был такой случай в школе…

А сейчас жениться ему самое время. И есть на что жить - он мастер "золотые руки", так говорят взрослые. Любую машину починит, любой ремонт осилит.