Сергей Бережной - Взгляд из дюзы - Звездный мир

Палпатин восторжествует, Анакин станет предателем и предпочтет Темную Сторону Силы. После этого все джедаи будут уничтожены. Только Йода одиноко скроется где-то на задворках галактики, да уйдет в пустыни Татуина потерявший все, что у него было, Оби-Ван Кеноби...

Можете отрубить мне руку, если это похоже на хэппи-энд.

1.

Единственное, что отвечает неизменно высокому уровню требований во всех фильмах цикла - это живая картинка. Для всех без исключения эпизодов команда Лукаса создавала новые технологии съемок, изобретала спецэффекты и новаторские методы подачи и оживления изображения. И если "Hовая надежда" еще страдала от недостаточности бюджета (картонные маски инопланетных существ, простенькая мультипликация, летающие "по струнке" имперские истребители, грубо нарисованные лучи бластеров), то в "Атаке клонов" трудно найти даже мизерный повод для придирки - на экране показано именно то, что хотел воплотить режиссер.

Hо даже в условиях ограниченного бюджета команде Лукаса удавалось показать пространство.

Оно воплощается в грандиозных размерах боевых звездолетов Империи, в высоте, над которой парит Облачный Город, в глубоких пейзажах обитаемых миров, в яростной стремительности космических атак и величественной медлительности, с которой обрушивается на землю шагающий танк в "Ответном ударе Империи" и звездолет торговой федерации в "Атаке клонов"... Это пространство объемно, подвижно и, что особенно важно, населено.

Звезды, планеты, корабли, разумные, полуразумные и неразумные расы и механизмы... В изобретении все новых и новых образов живых существ, ландшафтов, механизмов Лукас дошел до немыслимого. В новых фильмах он крайне редко возвращается к уже использованной в предыдущих фильмах картинке - разве что боевые дроиды, увеличившись числом, не изменились качественно. Давно и бесповоротно оживлены все картонные маски первой трилогии - а новые маски рождаются сразу живыми и выразительными. Галактика "Звездных войн" приобрела размах, она наполнилась кровью и изжила кукольность. Она стала настоящей.

Лукасу изначально чужда была камерность "Чужого", в котором Ридли Скотт добился поразительного для фантастики 70-х ощущения достоверности. Лукасу не нужна была - и не нужна до сего дня - достоверность. Его талант порождает не ощущения, а впечатления.

2.

Режиссура - это умение собрать воедино все компоненты фильма. Это мастерство, родственное мастерству менеджера, который способен интуитивно выделить в сложном процессе главное направление, дать ему высший приоритет - а остальные направления поставить в зависимость от главного (умение, которого я, похоже, лишен совершенно).

Можно сколько угодно считать недочеты и провалы, которые или по недосмотру, или, что вернее, совершенно сознательно допустил Лукас. Это занятие может многому научить и зрителя, и критика, и, конечно, самого режиссера (ибо ясно видно, что за тридцать лет своей звездной кинокарьеры Лукас не переставал учиться ни на секунду). Hо этот анализ не в состоянии отменить главного.

"Звездные войны" - шедевр.

Этот цикл похож на автомобиль, на который при сборке не поставили мотор, бензобак, коробку передач, карбюратор и даже колеса - но который берет на всех гонках первые призы. Это чудо, которое вызывает оторопь и благоговение. Это лидер, за которым легко и приятно идти. Это мираж, который хочется любить.

Яркое впечатление - бог "Звездных войн". Сага Лукаса - это новый "импрессионизм", жаркий и роскошный, не стесненный в средствах и не обремененный иными гандикапами. Если хотите, это художественный эксперимент, родственный бунюэлевскому "Андалузскому псу" (сейчас меня будут бить), который тоже лишен логичного сюжета (логика сновидения ее вовсе не заменяет) и снят в жуткой комбинации устаревших к 1928 году приемов немого кино (вспомним хотя бы постоянные сужения диафрагм на крупном плане) и новаторского монтажа, сюрреалистически рифмующего образы. Это новая степень свободы, отвоеванная Лукасом у кинематографической традиции...

"Звездные войны" создали совершенно новое эстетическое экранное пространство.

Будущее вышло на экран не образом города, как в "Метрополисе" Ланга, и не умирающей планетой, как в "Машине времени" Джорджа Пэла - оно обернулось живой и бескрайней Вселенной, не имеющей границ вообще ни в чем - ни в пространстве, ни во времени, ни в фантазии ее обитателей...

И не будем забывать, что "Звездные войны" - это еще и чертовски удачный коммерческий эксперимент, каковое обстоятельство некоторые деятели пытаются поставить Лукасу в вину. И этот же успех постоянно мешает взглянуть на цикл именно как на художественное явление, заслоняет все эстетические достижения создателей саги...

Впрочем, о том, что "Звездным войнам" суждено навеки остаться в истории киноискусства, уже почти никто не спорит. С этим, по большому счету, все уже ясно. Бои идут вокруг того, кто первым рискнет признать за этой махровой попсней факт принадлежности к Великому.

Вот он я, братцы.

И даже не сопротивляюсь.