Живой Журнал. Публикации 2011 - Владимир Сергеевич Березин

думает, что хочу — и обижается. Наверное в идеальном общении (которого нет) есть особая мудрость, позволяющая не обижаться, то есть даже не прощать что-то, а отгонять нарождающуюся обиду: "Тьфу, глупость какая! Прочь, прочь!".

— Березин, а по чему не Вы приглашены, а Джон Шемякин? Да Джон хорош. Кто же спорит. Но вот Вы как себе объясняете.

— Это в «Школу злословия»-то? Понятия не имею. Я полагаю, что в таких передачах гостя зовут по принципу: вот пришёл Синдершкин, он уфолог и расскажет нам про летающие тарелки, что там с ними и как. Или вот пришёл Какашкин — он специалист по молекулярной кулинарии и… Ну а что про меня сказать? Пришёл писатель — ну что в том уникального? Пелевин бы пришёл — да, событие. Не про фантастику же рассказывать или про печку на даче.

Извините, если кого обидел.

31 октября 2011

История чтобы два раза не вставать

Кстати, с толком провёл Хелловин. Участвовал в игре "Корпоративное убийство".

Это легко представить — вот многие ещё помнят фильм «Чисто английское убийство». Интеллектуал Баталов в английском замке, дохлый баронет в исполнении артиста Тараторкина, и все дороги занесены снегом, так что гостям предстоит самим разобраться, кто убийца. Так вот, есть фирма, что предоставляет людям возможность самим инсценировать подобный сюжет — так сказать, доставить топ-менеджменту фирмы удовольствие. Начальник службы безопасности предлагает директору департамента маркетинга дунуть в туалете, потому что он — наркодилер, а эффектная дама из PR представляется девушкой по вызову.

— (Простых менеджеров и экспедиторов в игру не зовут). Так что я как человек пришлый, наблюдал и темперу, и морес, но в результате придумал собственный сюжет.

На следующий день уборщица должна позвонить устроителям игры с вопросом, можно ли выкинуть тело убитого, потому что оно вздулось, и вообще, кажется, оно — настоящее.

И, чтобы два раза не вставать — сегодня Синдерюшкин помогал мне паковать книги, и говорит:

— Знаешь, ближе к старости все хотят быть магистрами Йода, и никто не хочет быть стариками Мармеладовыми. Никто! А все становятся Мармеладовыми.

Я уронил ящик себе на ногу.

Извините, если кого обидел.

03 ноября 2011

История про то, что два раза не вставать

Кстати, мы ещё с Синдерюшкиным, таская книги, говорили об оппозиции.

Ну это шарманка старая, а я держу своих друзей за вменяемых людей, и поэтому никакой ажитации в этом мы не проявляли, кроме известного мнения о трагедии России. А трагедия, собственно, в том, что в России нет вменяемой оппозиции.

Вопрос, конечно, в том, была ли она когда.

— Но, — говорю я Синдерюшкину, — вот загадка. Смотри: несколько поколений советских людей заставляли читать классиков марксизма, учить определение революционной ситуации, которое перекочевало в анекдоты про "Виагру", ведь, помнишь, в школе ведь учили, в девятом классе! Причём ведь не только идиоты занимались идеологией… Режиссёры с человеческим лицом снимали фильмы о коммунистах с человеческим лицом, и диссиденты писали хорошие романы в серию "Пламенные революционеры". И вот скажи, Ваня, скажи, в преддверии дня 7 ноября, красного дня календаря — почему у нас при этом нет коммунистической партии?

— Как нет?.. Ну, нет.

Синдерюшкин задумался, а я опечалился.

— Даже левой партии нет, Ваня. Эсэров нет, эсдеков нет, только бомбисты есть какие-то, но они даже наследники Камо, а какие-то дети Шамиля. Ну вот скажи, отчего сто лет впустую?

Кстати, чтобы два раза не вставать: это я в кафе зашёл, и стал составлять свои горестные заметки. Жизнь без Интернета вовсе не так уж плоха, тем более, что и Интернет норовит меня отторгнуть, как донорская жопа — чукчу. К примеру, как я стал писать сюда не ежедневно, а два раза в неделю, меня тут же выкинула из ленты пара знакомых. Но жить нужно так, чтобы даже боты выкидывали тебя из ленты.

Так что многое у меня впереди.

Извините, если кого обидел.

04 ноября 2011

История, чтобы два раза не вставать

Приснился сегодня очень странный по своей конструкции сон — в этом сне я вижу немецкий фильм, снятый в сороковые годы, и он удивительным образом повторяет сюжет старого советского фильма «Ошибка инженера Кочина». Немецкий ученый занимается стеклом, которое идёт на танковые прицелы. Но когда следователь из гестапо спрашивает его о работе, он отвечает:

— Конечно! Из него можно делать удивительной красоты вазы!

Гестаповец, а это красавец-интеллектуал, скорбно говорит:

— Это прекрасно, милый профессор, но сейчас на дворе 1943 год, и мы воюем.

И видно, как он благороден, он устал, и как его замучили унтерменши со своими радистками.

Фильм этот чёрно-белый, а диалоги чем-то напоминают беседы Штирлица с пастором Шлагом.

Чтобы два раза не вставать, так на днях мне и вовсе снился ужасный сон — я в этом сне я попёрся куда-то с писателями фантастами. Они сразу принялись жрать какое-то кровавое пойло, утверждая, что это борщевая самогонка. Оно и было видно — в пойле плавали куски свеклы и укроп. При этом я разговаривал сам с собой и недовольно бормотал:

— Ну тебе-то, Савва Игнатьич, тебе-то зачем это было нужно?! С твоей-то абстиненцией? На этих вурдалаков смотреть? Ну тебе-то зачем это нужно?!

Но ответа мне не было.

Извините, если кого обидел.

08 ноября 2011

История про то, что два раза не вставать

В своём знаменитом письме от 7 октября 1835 года Гоголь пишет Пушкину: "Сделайте милость, дайте какой-нибудь сюжет, хоть какой-нибудь, смешной или не смешной, но русский чисто анекдот… Сделайте милость, дайте сюжет, духом будет комедия из пяти актов, и, клянусь, будет смешнее чорта. Ради Бога".

Чем дольше я живу, тем с большим удивлением возвращаюсь я к этой фразе — она отражает чрезвычайно важные изменения в литературе.

Причём в десятках прозаических текстов и воспоминаний я встречаю персонажей, что норовят предложить писателю сюжет как ценность. Но никакой ценности в сюжетах нет — ценность в их воплощении.

Литературный труд стремительно демократизовался и, одновременно, обесценился. Ценность в готовом продукте — шкафах и столах, а не в пилёном дереве.

А сюжетов всего, как известно, четыре.

Их разновидности я могу придумывать по десять раз на дню — для тех, кому лень читать уже написанные книги и сборники анекдотов.

И, чтобы два раза не вставать, о путешествии. Тот же Пушкин