Владимир Захаров - Первый военный аэродром

В феврале 1922 года на базе 1-го и 3-го авиадивизионов была сформирована 1-я советская эскадрилья истребителей. В ее состав вошел отряд, которым в 1914 году командовал Петр Николаевич Нестеров, и личный состав эскадрильи справедливо считал себя продолжателем его славных дел. В 1928 году, когда эскадрилья отмечала свое десятилетие, она была награждена орденом Красного Знамени. Продолжая и умножая традиции героев гражданской войны, летчики Краснознаменной эскадрильи высоко несли честь советских авиаторов. Здесь выросли выдающиеся летчики Валерий Павлович Чкалов и Анатолий Константинович Серов, впоследствии удостоенные высокого звания Героя Советского Союза. Из этой же эскадрильи вышел дважды Герой Советского Союза Сергей Иванович Грицевец.

Закончилась гражданская война, и 1-й истребительный авиадивизион был переведен в Петроград, куда еще в январе 1922 года прибыл личный состав 3-го истребительного авиадивизиона. Легендарная 1-я эскадрилья, входившая в его состав, была хорошо подготовлена, и командование Петроградского военного округа поручило ей совершить первый в истории советских ВВС групповой перелет на истребителях из Петрограда в Москву. Через три часа после старта самолеты благополучно произвели посадку на Центральном аэродроме столицы. Среди встречающих был Иван Ульянович Павлов, работавший в то время летчиком-инспектором ВВС.

В 1924 году, после окончания Серпуховской высшей военно-авиационной школы, в эскадрилью прибыл Валерий Чкалов. Он был направлен в Ленинград с аттестацией летчика-истребителя и сразу же зарекомендовал себя хорошим товарищем и смелым летчиком. Как вспоминал впоследствии командир эскадрильи Иван Панфилович Антошин, Валерий целыми днями находился на аэродроме, вместе с механиком А. И. Прошляковым возился со своим самолетом. Его «Ньюпор-24-бис» был сильно потрепан, поэтому Чкалову было запрещено выполнять на этой машине фигуры высшего пилотажа.

«Механик самолета Прошляков, старательно ухаживавший за стареньким калекой, предупредил новичка об ограничениях в полетах на этой машине, а командир звена ему строго сказал:

— Только по кругу. И никаких сарталь-морталь не вздумайте делать: «ньюпор» может рассыпаться…

Чкалов все больше и больше тяготился этими ограничениями и с тоской вспоминал полеты в московской и серпуховской школах, акробатические полеты инструкторов А. И. Жукова и М. М. Громова»[50].

Командиру эскадрильи И. П. Антошину нравилась смелость молодого летчика-истребителя, и он распорядился закрепить за Чкаловым прочный пилотажный самолет «Фоккер-Д-7». Валерий ликовал, помогая своему механику готовить машину, на которой можно летать без особых ограничений.

В те годы над эскадрильей шефствовал Ленинградский педагогический институт имени Герцена, где училась Ольга Орехова. Она должна была петь на новогоднем концерте для авиаторов на Каменном острове. В зале распорядители гостеприимно встречали студентов.

Подошла очередь выступать Ольге. Она спела романс Чайковского «Ночь». Празднично настроенные зрители щедро наградили студентку аплодисментами.

Когда концерт окончился, крепыш в кожаной куртке подошел к Ольге и, поклонившись, представился:

— Валерий Чкалов.

Ольга не была знакома с Валерием, но по разговорам в институте и в клубе много слышала о смелых и рискованных полетах Чкалова.

Вскоре Валерий и Ольга вступили в драмкружок клуба части, играли в одной пьесе, вместе занимались с красноармейцами: она — русским языком, он — математикой.

В феврале 1927 года они поженились, а 1 января следующего года у них родился сын Игорь. В летние месяцы эскадрилья выезжала в лагеря: сначала — в Дудергоф, затем — в Гатчину. Вскоре часть полностью перебазировалась на Гатчинский аэродром. В 1926—1928 годах Валерий Чкалов жил в доме № 4 по Красноармейскому проспекту, где ныне установлена мемориальная доска. Ольга работала преподавателем русского языка в одной из школ Василеостровского района Ленинграда и приезжала с сыном в Гатчину только летом. В другое время года Валерий Павлович приезжал к семье один-два раза в неделю. Ездил он на «передаче», как тогда называли пригородный поезд.

Летом 1927 года, когда семья жила в Гатчине, Валерий как-то шепотом сообщил жене:

— Лелик, выходи в поле смотреть, я буду летать вниз головой.

Аэродром располагался неподалеку от дома, и Ольга поспешила туда. Заслышав резкий звук мотора, она увидела приближающийся самолет, который летел на недозволенной высоте и к тому же… вверх колесами.

А вот как рассказывал об этом «цирковом трюке» Валерия Чкалова его командир И. П. Антошин: «Как-то пришлось мне отлучиться на несколько дней в Ленинград. Вернувшись, узнал, что Чкалов совершил полет вверх колесами. Я вспомнил, как Валерий мечтательно говорил о таком полете, и вызвал его для объяснений. Валерий рассказал, что, делая „мертвую петлю“, он в верхней ее точке „завис“, и самолет, вместо того чтобы свалиться на крыло, стал планировать „на спине“. Чкалов явно хитрил… Я выразил удивление и сказал, что сегодня же вечером проверю это сам».

Перед началом вечерних полетов Чкалов подошел к командиру и сказал: «Батя, ругай меня, наказывай, но я хочу сказать, что полет вверх колесами я сделал преднамеренно. По моим расчетам, „Фоккер-Д-7“ должен летать вверх колесами».

Командиру нравились в Чкалове честность и прямота, поэтому Валерий был наказан за опасный трюк не очень строго.

Это был не первый рискованный эксперимент летчика. Ранее Валерий Чкалов на глазах у многих ленинградцев пролетел на самолете-истребителе под аркой Троицкого (ныне Кировский) моста. Он предпринял этот полет, искусственно создавая труднейшие условия, чтобы проверить себя. В другой раз Валерий заключил с товарищем пари, что беспрерывно сделает 50 «мертвых петель». Войдя во вкус, он сделал больше. И снова попался на глаза командиру, а затем раскаивался, писал в записке с гауптвахты, что осознал проступок. Командиру пришлось освободить его досрочно, взяв слово не повторять подобных экспериментов.

27 июля 1927 года на Гатчинском аэродроме состоялись соревнования, в которых принимали участие летчики нескольких подразделений. Последними выступали красвоенлеты 1-й особой истребительной эскадрильи. Как всегда, блеснул летным мастерством Валерий Чкалов, а завершал воздушные соревнования летчик Владимир Алексеевич Дроздов. Вот его «фоккер» открутил зачетные фигуры, затем набрал высоту и вошел в глубокий штопор. Наблюдавшие успели насчитать 12 полных витков, и лишь у самой земли Дроздов твердой и опытной рукой вывел самолет в горизонтальный полет. На одобрительное замечание председателя жюри командир эскадрильи ответил:

— Держим гатчинскую марку!

По результатам состязаний первым призером стал Чкалов, второе место занял Дроздов. Полученная Дроздовым Грамота ныне хранится в музее.

Автору этого очерка довелось встретиться с генерал-полковником авиации П. В. Родимовым, лично знавшим Валерия Чкалова и Владимира Дроздова. Петр Васильевич с 1923 по 1928 год служил в 1-й Краснознаменной истребительной эскадрилье.

— В конце лета 1926 года, — вспоминал ветеран авиации, — наша эскадрилья перебазировалась с Комендантского аэродрома в Ленинграде на Гатчинский. К этому времени он был капитально отремонтирован, вдоль железной дороги напротив Балтийского вокзала построены ангары. Штаб и все подразделения располагались рядом с аэродромом. Работа спорилась, стали много летать, совершенствуя боевую подготовку. Особенно рвались в полет молодые летчики, в том числе Валерий Чкалов и Владимир Дроздов. Чкалов выделялся своим неуемным желанием летать и блестящими способностями в технике пилотирования.

Все авиаторы знали о блестящих результатах учебных воздушных боев и об успехе Чкалова на морских маневрах, где он в сложнейших условиях нашел в море линкор «Марат» и сбросил на его палубу вымпел. Была осенняя пора. Шел третий день учений. Согласно вводной оборвалась связь с флагманом эскадры «красных». Командир получил категорическое требование: «Установить связь с линкором „Марат“ и предупредить его о появлении „противника“. Валерий Чкалов на последних литрах горючего нашел линкор, выполнил задание, а до аэродрома не дотянул. Пришлось сесть в нескольких километрах от Ораниенбаума, прямо у берега моря. Командование высоко оценило эту успешную операцию Краснознаменной эскадрильи.

Но… случилось новое происшествие. В лагерях отряды приступили к воздушной стрельбе. Мишенями служили окрашенные в черный цвет шары. Валерию поначалу не удавалось их сбивать. А тут еще на истребителе отказал один из пулеметов. Произвел атаку, вторую — безуспешно. Тогда Валерий подвел истребитель вплотную к шару и уничтожил цель винтом самолета. По существу, это был своего рода таран в стиле Нестерова.