Живой Журнал. Публикации 2007 - Владимир Сергеевич Березин

звонила директору магазина. Узнавала, будут ли сегодня "ножки Буша". Время 8:30 утра. Дозвонилась. Он сказал, что не будут. Так что я спокойно могу отдохнуть. А то затомилась за неделю. В прошлую пятницу была у Нины в Шепелёво <нрзб> А эту неделю всю ищу еду, макароны, масло и другие продукты — ещё не купила по талонам. Колбаса сейчас без талонов продаётся. Но я не беру — хорошей нет "Степной", "Любительской", "Чайной" а остальные мне не годятся. Сыро-копчёная 54 р. — мне "не по зубам". От смерти счастлива её покушать, как наша мамочка говорила. Ну! всё, пока Целую нежно. Привет Косте, Оле и Клаве.

10.07.1991, 198005, Ленинград. Московский пр. д. 20/36, кв. 29

По тому же адресу:

10 февраля 1993. г. Красноводск

Уважаемый Константин Николаевич!

С глубокой скорбью мы узнали о кончине дорогой Евгении Николаевны. Она навсегда останется в моей памяти такой же милой, доброй, обаятельной, какой мы с Аллой Щукиной видели её во время нашей последней встречи в Москве. Мы искренне полюбили эту прекрасную женщину и часто вспоминаем её.

Уважаемый Константин Николаевич, мы разделяем горе, которое постигло вашу семью и надеемся, что Вы найдёте в себе силы мужественно перенести его, ведь Евгения Николаевна была очень сильным человеком. Мы всегда восхищались её мужеством и оптимизмом.

Мир её праху!

Здоровья и оптимизма Вам и вашим близким.

Пишите нам, не забывайте.

Марина Малыгина,

Алла Щукина.

Туркмменистан, г. Красноводск, пл. Ленина, 2, музей.

Я это всё читал, и сразу вспомнил старый анекдот про старика, у которого социологи спрашивали, при ком тому жилось лучше.

Вторая мысль тут о приватности — чем мы рискуем в нашей частной жизни, электронные письма сохраняются не хуже бумажных. Вообще, всё сохраняется — вся наша мелкая, маленькая жизнь.

Извините, если кого обидел.

11 августа 2007

История про кукольные мультфильмы

Сейчас за чаем смотрю старые кукольные мультфильмы Supermarionation. Это "Мистероны" и "Джо 90".

Чуть не поперхнулся, когда главной негодяйкой в одной из серий оказалась некая Анжела Дэвис. Кстати, сериал британский, 1968–1969 года.

Ещё они там испытывают самолёт F-116, что тоже само по себе неплохо, ну и угоняют у русских МиГ-242. Одна инъекция противоядия — и все мировые лидеры вышли из комы.

Принялся, отставив чай, читать статью из английской вики, и как-то "The heads contained solenoid motors that created the synchronised mouth movements for dialogue and other functions. The voice synchronisation was achieved by using a specially designed audio filter which was actuated by the signal from the pre-recorded tapes of the voice actors; this filter would convert the signal into a series of pulses which then travelled down the wire to the solenoids controlling the puppet's lips, creating lip movements that were precisely synchronised with the dialogue"- всё это прошло мимо меня. Вообще, мультфильм производит впечатление идеального средства для промоушена детских, вернеее "мальчиковых" игрушек.

Куклы, впрочем, там страшные, похожие на банду манекенов, сбежавших с манекеновой фабрики.

Извините, если кого обидел.

12 августа 2007

История про флэшмоб им. doctor_livsy

По-хорошему, во флэшмобе нужно участвовать тогда, когда все уже им насытились и разбрелись по кустам. И вот ты появляешься, будто лыжник летом или всплывшая в июне фигуристка. Это я к тому, что сперва doctor_livsy вывесил свой список из десяти книг, "вдохновивших на творчество", а потом огромное количество народа сделало тоже самое. Тут я, правда, задумался — слово «творчество» я ненавижу не хуже анчаровского героя, и решил задуматься над первой десяткой книг, что подтолкнули меня составлять буковки на бумаге именно тем способом, каким я это делаю. (Тут надо было бы написать пару абзацев про то, какой это тупой флэшмоб. Но только это неправда, потому что идея doctor_livsy оказалась очень полезна для меня персонально, и к тому же я извлёк из всего этого немалое удовольствие. Просто охуеть, какое я получил удовольствие). Удивило меня то, что большинство этих книг (за исключением трёх) стоят кучно на соседних полках. Нет, не все из них я прочитал именно в указанных изданиях — но всё же они тут, рядом.

1. Шкловский В. «Ещё ничего не кончилось…»/ Сентиментальное путешествие. ZOO/ Письма не о любви или Третья Элоиза. Третья фабрика. — М.: Вагриус, 2002. — 464 с.

Это одна книга, но именно «Сентиментальное путешествие» — тот текст, от которого я много для себя взял. В нём горит вечный огонь отчаяния и одиночество на фоне исторических событий. При этом я читал «Сентиментальное путешествие» именно на фоне исторических событий — натурально война, распад империи, я катался как колобок по всей стране — как и полагается. Настоящая трагедия должна быть написана просто.

2. Тынянов Ю. Собрание сочинений в 3-х томах. т. 1. /Кюхля. Подпоручик Киже. Восковая персона. Малолетний Витушишников. — М.: Вагриус, 2006. — 606 с.

«Восковая персона» — текст, стоящий как бы в тени остальных, более популярных текстов Тынянова. Но в нём липкое время, вязкое время, время, которое как кисель наполняет комнаты и дома. Очень важный текст.

3. Каверин В. Собрание сочинений в шести томах. Т. 1. Рассказы и повести (1921–1927) Скандалист или Вечера на Васильевском острове — М.: Государственное издательство художественной литературы, 1963. — 478 с.

«Скандалист» — роман, написанный на спор, в котором прототипы с раздражением узнавали себя в персонажах, был для меня самоценен. Но это ещё «Художник неизвестен» — судьба героя, попавшего под колёса авторского замысла незавидна. Если не положат на рельсы, то разорвут на части степными кобылицами и бросят в ковыль. Поэты и вовсе баловники — во рву некошеном. Шея лебедя, сломанный цветок на асфальте… «Она лежит, сломав руки, полная теней. Как невод, они опутывают весь перекрёсток. Они качаются на присевших домах, в перекошенных ромбах окон. В пустынных перспективах пригорода они проходят с угрюмой важностью одиноких, они падают на платок, сдвинувшийся при падении с глаз, на закушенные от усилий губы… А она лежит такая, как будто это был полёт, а не падение, и она не разбилась, а умерла от высоты. И кажется, что последний близкий человек только что повернул за угол — и скрылся… Цвета: светло-зелёный, чёрный, глубокий синий. Кое-где, очевидно с намерением, оставлен грунт. Фигуры выписаны отрывистыми мазками. Картон — что придаёт отпечаток некоторой деревянности в фактуре. Масло. 80Х120. Художник неизвестен».