Публикации на портале Rara Avis 2018-2019 - Владимир Сергеевич Березин

День Победы довольно давно стал в нашем Отечестве точкой, где сходятся интересы государства и народа, малой, но важной точкой соприкосновения. Поэтому речь пойдёт о символах, в которых государство сходится с частным человеком, и частный человек эту связь фиксирует винтом и булавкой. Сейчас основными частными символами праздника стали не довольно странные солдатские пилотки, которые продаются в супермаркетах. И даже не хорошая идея шествия с фотографиями предков. Мне она очень нравится, хотя я тут слышал, что появилась какая-то организация, которые всем этим делом будут управлять, и есть вероятность, что через несколько лет на это мероприятие примутся посылать по разнарядке. В своё время и первомайские демонстрации были делом радостным, а потом превратились в обязанность рабочих и служащих. Впрочем, дачные, вернее, садово-огороднические наклонности граждан всегда спасают русского человека, который может помянуть предков где угодно, и любовь его к отеческим гробам неуязвима, выживет при любой власти и в любых испытаниях.

Но настоящими символами праздника остались ордена — те, что в комоде, и те, что на немногочисленных доживших стариках.

Надо сказать, что советская наградная система тридцатых-шестидесятых годов прошлого века была если не совершенной, то хорошо продуманной. Она, конечно, эволюционировала, награды могли поменять места на груди, вводились новые… Однако пиджак ветерана с орденами и медалями и сейчас может служить тем, что теперь зовут Curriculum vitae. Это как паспорт и трудовая книжка, список перемещений по миру и ещё бог весть что. (Иногда признание в самозванстве).

Будь я не фалеристом-любителем, а профессионалом, так написал бы большой труд о государственных системах, которые предпочитают ордена на винте, против государственных систем, где знаки отличия крепятся на булавках. Это бы и обеспечило мне хлеб на оставшиеся годы. В СССР в первой половине существования системы орденов и медалей они крепились к одежде на прочных винтах, как бы предполагая, что орденоносцы будут ползать с ними под огнем. Во второй, уже последней фазе советской наградной системы победили булавки. Неверно, кстати, думать, к примеру, что у северных корейцев всё на винтах: есть масса узнаваемых фотографий северокорейских генералов, где они покрыты орденами, как бронёй. В современной КНДР полно орденов на булавках: например, орден Свободы и Независимости, да и многие прочие имеют степени на булавках. Колодок у них нет, но это отдельная тема для исследования, ведь ордена на колодках у них всё же есть. Вот сорвать с генерала ордена, кои держатся на винтах, сложно, а вот рвать их вместе с колодками куда как сподручнее. Но это имеет очень интересное следствие. В давние времена орденоносец прикреплял свою награду намертво. А булавка позволяет перевешивать орден многократно. Я как-то спросил своего деда, отчего он не привинтил Красную Звезду, отправляясь на встречу с друзьями. Он объяснил это просто — пиджак дорогой, и вертеть дырку жалко. Этот мотив нужно помнить тем, кто уличает ветеранов в неверном наборе наград.

В сакральной эстетике важно всё: одно дело, когда ордена носятся в горизонтальную линию, а совсем другое — когда они следуют косой линии пиджака или мундира. (По моему мнению, косые линии — признак упадка).

Молчание и звон — вот что рознит формации. Одно дело, когда орденоносцы государства несут свои награды тихо и величаво, а другое — когда от них исходит звон, и награды прыгают при парадном прохождении колон по площадям. Естественно, возникли промежуточные системы, начались споры об орденских лентах, но это меня не пугает. Я бы ещё написал поэму-монографию об орденских планках, как о грозном свидетельстве растущего орденского изобилия и предвестнике недобрых перемен для империй. В двадцатых годах прошлого века возникла прекрасная идея, в рамках которой предполагалось, что на груди будет не два ордена Боевого Красного Знамени, а один, но с цифрой «2» внизу. Увы, любовь к блестящему победила. Уже потом, в поздние годы советской власти произошла орденская девальвация. А про нынешнее состояние вещей мне бы вовсе не хотелось говорить.

Более того, сейчас военные ордена прошлого распространились на любую продукцию — от печенья и конфет до школьных тетрадей, наклеек и сувениров. Они и сами, вернее, их копии превращаются в сувениры. Уменьшенными (вдвое, кажется) знаками орденов торгуют на моей памяти лет примерно двадцать — причём самыми разными. Это не так называемые фрачники (устоявшееся название официального уменьшенного знака ордена). Нет, это именно сувениры за умеренную цену, иногда вызывающие раздражение сограждан. Я смотрю на распространение орденских знаков хмуро, хоть и считаю эстетику их повсеместного изображения сомнительной. Но тут есть опасность — каждый год в народе, как проснувшийся медведь, ворочается чувство гордости и желание святого. И это желание очень легко направить на какое-то общественное порицание, а уж что мы умеем, так это порицать. Как задумаем, одно искоренить, а всё остальное — улучшить, так постоянно выходят какие-то погромы, а не посадки яблонь.

Проблема не в факте существования копии, равно как и её ношения (в нашей и мировой практике есть масса укладов, связанных с наградами, что кажутся нам непривычными — французская практика покупки орденов при награждении, ношение наград умерших родственников, что, говорят, было распространено у казаков, а также содержалось в статуте одной из медалей Российской империи). Проблема и в том, что наше Отечество — территория отчаянности и неумеренности.

С одной стороны, каждую весну осваивается какое-то огромное количество средств на производство символов, а с другой — внутри нации просыпается желание наказать кого-то за недостаточное уважение к сакральному. К примеру, тот же орден Отечественной войны обоих степеней — им награждали и после войны, (мне известен по крайней мере один случай казуального награждения за спасение урожая), потом юбилейные награждения — начиная с 1965, и почти семь с половиной миллионов согласно указу Президиума Верховного Совета в 1985 — почти все дожившие — именно как дожившие, а не в знак конкретных подвигов. Согласно Указу 11 марта 1985 орденом Отечественной войны I степени награждались Герои Советского Союза, полные кавалеры «Славы», инвалиды войны, генералитет (весь, вне зависимости от званий на войне) и «лица, принимавшие непосредственное участие в Великой Отечественной войне в составе действующей армии, партизанских формирований или в подполье, получивших ранения в боях, награждённых в период Великой Отечественной войны орденами СССР либо медалями «За отвагу», Ушакова, «За боевые заслуги», Нахимова, «Партизану Отечественной войны». Вторая же степень полагалась «лицам, принимавших непосредственное участие в Великой Отечественной войне в составе действующей армии, партизанских формированиях или в подполье, если они