Александр Пушкин - Переписка 1826-1837

Покаместь не приведу в порядок и в известность сии запутанные дела, ничего не могу обещать О.[льге] С.[ергее]вне и не обещаю. Состояние мое позволяет мне не брать ничего из доходов батюшкина имения, но своих денег я не могу и не в состоянии приплачивать.

На днях […] [1034] 74 души не залож[енных…] [1035] Надеюсь получить тыся[ч… если не] [1036] будет запрещений на им[ении. Из] [1037] них пришлю Вам долг Л.[ьва] С.[ергеевича.] [1038]

С истинным почтением и преданностию остаюсь

Ваш покорнейший слуга А. Пушкин.

4 мая 1834 С.П.Б.

Я еще не получил от батюшки доверенности, [а уж]е [?] [1039] в один месяц из моих денег уп[латил] [1040] уже в один месяц [1041] 866 за батюшку, а за Л.[ьва] С.[ергеевича] 1,330: более не могу.

Адрес: Его высокоблагородию м. г. Николаю Ивановичу Павлищеву В Варшаву Помощнику статс-секретаря Гос.[ударственного] совета.

932. H. H. Пушкиной. Около 5 мая 1834 г. Петербург.

Что это, жена? вот уже 5 дней как я не имею о тебе известия. Надеюсь, что хлопоты отъезда и приезда [1042] одни помешали тебе ко мне писать и что ты и дети здоровы. Пишу к тебе в Ярополец. Не знаю, куда отправить тебе деньги, в Москву ли, в Волоколамск ли, в Калугу ли? На днях на что-нибудь решусь. Что тебе сказать о себе: жизнь моя очень однообразна. Обедаю у Дюме часа в 2, чтоб не встретиться с холостою шайкою. Вечером бываю в клобе. Вчера был у кн.[ягини] Вяземской, где находилась и твоя гр.[афиня] Сал[логуб]. Оттуда поехал я к Одоевскому, который едет в Ревель. Тетку вижу часто, она беспокоится, что давно нет об тебе известия. Погода у нас славная, а у Вас вероятно еще лучше. Пора тебе в деревню на лекарство, на ванны и на чистый воздух.

Сей час, мой ангел, получил я твое письмо от 1-го мая. Благодарю тебя, что ты переждешь свои временные. Это мне доказывает твое благоразумие, и я тебя втрое за то люблю. Радуюсь, что ты хорошеешь, хоть это du superflu [1043]. Сей час (в 5 ча[сов]) сидела у меня тетка, она тебя цалует. Летний сад полон. Все гуляют. Гр.[афиня] Фикельм.[он] звала меня на вечер. Явлюсь в свет [1044] в первый раз после твоего отъезда. За Салог.[уб] я не ухаживаю, вот-те Христос; и за Смирновой то же. Смирнова ужасно брюхата, а родит через месяц. Все тебе кланяются. Завтра еще буду писать.

Не смей купаться — с ума сошла, что ли. После завтра обедаю у Спасского — и буду на тебя жаловаться. Я не поехал к Фикельм[он], а остался дома, перечел твое письмо и ложусь спать. Брат Иван у меня. Лев Серг.[еевич] и отец меня очень сердят, а Ольга С.[ергеевна] начинает уже сердить. Откажусь ото всего — и стану жить припеваючи.

933. Д. Н. Бантыш-Каменский — Пушкину. 7 мая 1834 г. Москва.

Милостивый государь Александр Сергеевич!

Поспешаю представить Вам: 1) Биографию Пугачева; 2) разные краткие биографии, числом двадцать, отличившихся в сие смутное время верностию к престолу и содействовавших самозванцу; 3) биографию графа Петра Ивановича Панина, из коей, может быть, Вы что-либо почерпнете любопытное. — Первою (то-есть Пугачевскою) бью Вам челом, предоставляя оную в полное Ваше распоряжение; вторые прошу возвратить мне; а биографию графа Панина потрудитесь (если найдете достойною) передать г. Смирдину для помещения в издаваемой им Библиотеке.

Извините, почтеннейший Александр Сергеевич, что за скоростию посылаю я Вам некоторые черновые бумаги. Счастливым себя почту, удовлетворив любопытство Ваше. Верьте, что душевная преданность моя к Вам соответствует глубочайшему почтению, с коим имею честь быть

Вашим, милостивый государь! покорнейшим слугою Дмитрий Бантыш-Каменский.

Маия 7-го 1834 года. Москва.

В Молчановском переулке в доме госпожи Колошиной.

934. И. М. Пеньковский — Пушкину. 7 мая 1834 г. Болдино.

7-го маия 1834 году Село Болдино

Милостивый государь Александр Сергеевич!

Получил я Ваше приказание от 13-го апреля. На прошедшей почте не успел оного исполнить. Сего числа пересылаю Ведомость сколько мною принято от Михайлы Иванова при вступлении во управление разного хлеба с означением всего прихода [и] расхода и наличности, то же по оброчным сумам села Болдина и Кистенева.

Относился я к Сергею Львовичу! на счет оброчных тягол, что на 1834 год определено 77-мь, по сие число выбыло два тегла, из отпущенных в Уральск для зароботков на оброк, там же померло 2 человека, налицо остается оброчных тягол 75-ть на барщине 175. Каждое тегло пашет одну десятину, в прошедшем году было на барщине 150 тягол, по прибавлению тягол 25, отрезано земли у крестьян 25 десятин каждое тегло должно убрать 1 десятину. У крестьян остается земли на тегло по десятине. Как Вам угодно будет уважить мое распоряжение о чем буду ожидать решительного Вашего приказания.

Поле еравое оканьчиваю засевать купленным овсом которого высеится на 150 десятин 450 четвертей на каждую считая по 3 четверти остальные 25 десятин посеится разным мелким хлебом, после посеву уведомлю сколько именно.

Обозначенный семенной овес куплено у Апраксинских крестьян 200 четв.[ертей] в 9 мер, по 9 руб. 75 ко. каждая, у управляющего Малого Болдина Валентина Иванова 200 чет.[вертей] в 9-ть мер по 9 руб. каждая.

Время благоприятствует для посеву земля хорошо обработывается.

Озимое поле в селе Болдине очень мало обещает — по справке оказалось что Михайла Иванов засеил дурными семенами. Озими крестьян болдинских посредственные, естли будут дозжи и теплое время будут хороши. Села Кистенева озими в хорошом виде, хлеба для крестьян по сие время очень мало давал, по приказанию Сергея Львовича! намерен давать из числеющейся по ведомости наличной ржи тем которые не в состоянии пропитатся без господской помощи — тоже даю по части овса на посев взаимобразно, и принуждаю дабы всякой засеил свое поле а не отдавал посторонним засевать за самую малую цену.

Лесу продал одну десятину Николаю Петровичу Новосильцову за 380 руб. которые деньги переслал к Сергею Львовичу! — торговал две десятины, от другой отказался, нониче не спрашивает ни кто продажного лесу, в случаю естли найдутся купцы сколько оного прикажите продать и по какой цене, ожидать буду Вашего приказания.

Подворной описи не начинал, нонишнее время занимаюсь посевом по при казанию Вашему к сентябрю м[еся]цу составлю.

Я намерен в Болдинском доме нонишнего лета переменить пол перебрать печьки и покрыть новым тесом крыжу, естли Вам, Александр Сергеевич! заблагорассудится побывать в Болдине, желал бы знать в перед, и когда мне принятся перечинять.

Относился я по прозбе Ивана Степанова Вильянова к Сергею Львовичу! 26-го марта — дабы просить Сергея Львовича поселится на одной десятине ему Вильянову и за оное место естли заблагорассудится Сергею Львовичу получить 350 руб. асыгнац[иями] с тем дабы, покуда он будет жив и его наследники, не тревожить с места — или 500 руб. асыгнац. с условием когда очистится имение с залогу совершить купчую ему Вильянову — на сию прозьбу Вильянова Сергей Львович мне предписал от 13-го апреля дабы ожидать Вашего решения — он же Вильянов просит Александра Сергеевича! о решение его судьбы — меня простите Александр Сергеевич! что я Вас беспокою Вильяновой прозьбой. Я не мог иначей поступить на его частые посещение об оном.

Доносит с глубочайшим высокопочитанием и таковую же преданностию

Ваш милостивый государь всепокорнейший слуга И. Пеньковский.

935. H. H. Пушкиной. 12 мая 1834 г. Петербург.

Какая ты дура, мой ангел! конечно я не стану беспокоиться оттого, что ты три дня пропустишь без письма, так точно как я не стану ревновать, если ты три раза сряду провальсируешь с кавалер-гардом. Из этого еще не следует, что я равнодушен и не ревнив. Я отправил тебя из П.[етер]Б.[урга] с большим беспокойством; твое письмо из Бронницы еще более меня взволновало. Но когда узнал я, что до Торжка ты доехала здорова, у меня гора с сердца свалилась, и я не стал съизнова хандрить. Письмо твое очень мило; а опасения на счет истинных причин моей дружбы к Софьи К.[арамзиной] очень приятны для моего самолюбия. Отвечаю на твои запросы: Смирнова не бывает у К.[арамзиных], ей не встащить брюха на такую лестницу; кажется, она уже на даче; гр.[афиня] С.[оллогуб] там также не бывает, но я видел ее у кн.[ягини] В.[яземской]. Волочиться, я ни за кем не волочусь. У меня голова кругом идет. Не рад жизни, что взял имение, но что ж делать? Не для меня, так для детей. Тетка вчера сидела у меня, она тебя цалует. Вчера был большой парад, который, говорят, не удался. Царь посадил наследника под арест. Сюда ожидают Прусского принца и много других гостей. Надеюсь не быть ни на одном празднике. Одна мне и есть выгода от отсутствия твоего, что не обязан на балах дремать да жрать мороженое. Пишу тебе в Ярополец, где ты должна быть с третьегодняшнего дня. Кланяюсь сердечно Нат.[алье] Ив.[ановне], цалую тебя и детей. Христос с Вами.