Джейк Хорсли - Джейк Хорсли - Воин Матрицы

Морфеус заходит в мир матрицы Томаса, но он не часть этого мира. Он наставляет Томаса, взывает к его разуму и затем делает ему предложение, от которого тот не может отказаться: красная таблетка. Добившись согласия Томаса, Морфеус полностью изменяет его мир. Он ведет его вниз, в кроличью нору, от 1-го внимания ко 2-му. Там он показывает Томасу/Нео его как «полнота себя».

Томас пытается думать, что он спит в тот момент, когда просыпается в другом теле, в другом мире и в другое время, но вскоре ему ничего не останется, как признать, что все как раз наоборот. Он больше не тот, кто видит сны, он сам — сон, реальность осталась где-то в другом месте. Морфеус и его команда всячески портят жизнь Томасу. Они манипулируют им, обманывают его, загоняют в тупик и в конце концов спускают всю его жизнь по трубам. Они делают это потому, что у них нет выбора потому что они верят, что он Избранный. Какие бы этические соображения Томас ни считал разумными по отношению к людям, которые предположительно хотят тебе помочь и направить тебя, все это безжалостно отбрасывается. Томас осознает это гораздо позже, когда вступает в контакт с Морфеусом, входит во 2-е внимание, и его жизнь становится совершенно не похожей на ту, которую он был запрограммирован видеть. Она становится игрой.

Для воинов матрицы, волшебников и потенциальных Просветленных жизнь — это разновидность искусства. Она в точности совпадает с тем, что они из нее делают. Но в этом случае этика превращается в эстетику. Игра голограммы начинается тогда и только тогда, когда все, что существует, начиная и кончая собой, — всего лишь остаточная память о том, чего никогда не было (или о том, что еще не произошло).

Рис. 8. Жизнь для воина матрицы: добровольный путь

VI. Правила получения полномочий: отключение типа «сделай сам»

Правило первое: Все, что есть в матрице, следует использовать

Поскольку воины матрицы воспроизводят или провоцируют некоторые внутренние процессы, они, в отличие от хуматонов, абсолютно равнодушны к внешнему спасению. Все, что происходит с воинами внутри матрицы, — это часть замысла. Так как они знают, что разумный мир матрицы создан исключительно для того, чтобы обманывать, сбивать с толку и ограничивать передвижения, воины ничего не принимают близко к сердцу. Воины матрицы не верят тому, что видят, но действуют так, как если бы все это было настоящим. Это сводит на нет одержимость и беспокойство. Вместе с тем они знают, что матрица использует их ум как шаблон, и потому готовы нести ответственность за все те обстоятельства, в которых они терпят поражение или испытывают гнет, превращая таким образом любую трудность в испытание, в возможность проверить свою отвагу и изобретательность. Поскольку воины матрицы знают, что живут в мире грез, любое событие, сколь бы незначительным оно ни было, воспринимается как сообщение, знак или примета для определения следующего шага. Воины матрицы всегда действуют стратегически. Они живут в хищной среде, а значит, и действуют соответствующим образом. Любое обстоятельство следует использовать. У них нет чувства привязанности, и это позволяет им идти легко и не злоупотреблять обстоятельствами и не отвергать испытания как нежелательные или недостойные. Матрица для них — это и достойный соперник, и мелкий тиран (см. Словарь), и за все ее, даже самые недостойные, попытки одержать над ними верх они испытывают к ней только чувство благодарности. Смысл военных действий, в конце концов, в том, чтобы «узнать своего врага».

Правило второе: Воины матрицы никогда ни с кем себя не сравнивают и ничего на свой счет не принимают

Так как воины знают, что все, что происходит в матрице, не реально, ничто не способно вывести их из себя. Они никогда не принимают участия в мелочной борьбе за власть, которую ведут их собратья хуматоны, и даже не пытаются состязаться с ними на их уровне. Поступать так значило бы принимать матрицу за реальный мир и согласиться с ее правилами и требованиями. Воин матрицы воздерживается от критики, он — воплощение терпения и терпимости. Но если хуматоны попытаются посягнуть на время или энергию воинов матрицы или попытаются силой заставить их действовать на их уровне, воины сокрушат их не раздумывая. В любом случае хуматоны не реальны, и никто не может ничего сделать воину. Если воины непоколебимы в своих действиях, если они твердо придерживаются своей стратегии, никакие неблагоприятные обстоятельства, вмешательства и промахи невозможны. Поскольку хуматоны — это всего лишь проекции коллективного разума ИИ, который, согласно пониманию воинов матрицы, действует через их индивидуальное восприятие, все, что есть в матрице, воины воспринимают как продукт своего собственного сознания, как в зеркале, как во сне. Любое проявившееся в их среде отрицательное качество становится средством для уничтожения этого качества в себе. Жестокость воинов матрицы начинается с них и ими заканчивается. Так как все существующее — это продолжение «я» и так как «я» как таковое не существует, нет ничего, что могло бы обидеть воинов, ибо они не созданы для обид. Воинам матрицы нет нужды защищаться, потому что у них нет таких позиций (мнений, верований и т. д.), которыми можно было бы воспользоваться для защиты. Следовательно, их нельзя обидеть, нельзя сломить, нельзя атаковать.

Правило третье: Воины матрицы могут без конца стирать себя и создавать

Придя к пониманию правды и ответив на мучивший, подобно занозе в мозгу, вопрос: «Что такое матрица?», воины воспринимают свою жизнь как фикцию, кем-то придуманную историю с очень ограниченным участием с их стороны. Так как вся их жизнь основана на чувстве «я», которое иллюзорно, и так как это «я» есть продукт жизненного опыта (заведенный распорядок, привычки и т. д.), которого никогда не было, воины могут легко стереть себя по собственной воле. Таким образом они избавляются от багажа своего «жизненного опыта». Воины выгружают все те верования и мнения, которые запрограммировала в них матрица, чтобы поработить их. Реальность — это «я». Без «я» реальность невозможна. Принимая эго как необходимое средство функционирования внутри матрицы, воины тем не менее преобразуют себя и вновь формируют любым удобным способом. Они создают вокруг себя завесу таинственности и расстаются с вредной привычкой думать о себе постоянно, без передышки. В любом случае все их мысли приходят из матрицы, и матрица не может открыть им, кто они такие. Поэтому воины отказываются прислушиваться к своим мыслям, и через какое-то время эти мысли становятся менее настойчивыми, вследствие чего воины начинают сомневаться относительно того, кто они такие. Воины матрицы продолжают действовать, как если бы они это знали, и однако же их действия постепенно становятся более тонкими, текучими, спонтанными и непредсказуемыми. Теперь, когда у них больше нет «индивидуальности» (привычек), которой необходимо соответствовать, они могут создать себя.

Правило четвертое: воинам матрицы нечего проигрывать и нечего выигрывать, потому что матрице нечего им предложить и потому что матрица не может взять у них больше, чем уже взяла

Хуматонами движет в первую очередь их желания и страх, что что-нибудь помешает исполнению этих желаний. Они руководствуются внешними целями, которые сконцентрированы вокруг «я» и сформировались под постоянным давлением механизма страха и желаний. Хуматоны действуют механически, маниакально, эмоциональное отчаяние доводит их до состояния сдержанного, но постоянного бешенства. У воинов матрицы, наоборот, нет желаний, о которых можно было бы говорить. Они видят матрицу насквозь и понимают, что в ней нет абсолютно ничего, чего они могли бы пожелать. У них только одно желание — освободиться от матрицы, а так как матрица существует за счет желаний и крушения желаний (и страха крушения желаний), то желание воинов матрицы сводится к отсутствию желания — к желанию не желать. Воины ведут себя так, словно в их поступках есть смысл, словно поступки к чему-то ведут, но на самом деле, поскольку они знают, что их выслеживает смерть и ничто в этом мире не защитит их от нее, они не могут относиться к этому легкомысленно. Они действуют исключительно ради самого действия. Они ничего не продают, потому что у них нет ничего, кроме безупречного духа и цели, а это не продается. Они и не покупают, потому что им ничего больше не нужно. Следовательно, на рынке матрицы они ведут себя как равнодушные наблюдатели. Их настоящее дело не здесь, с хуматонами, а где-то еще. Поступками воинов движет не жадность и не нужда, а это позволяет извлечь максимум из того, что имеешь. Воины матрицы ничего не хотят, и поэтому все, что они встречают на пути, оказывается подарком, даром за безупречный дух. Так как они ничего не хотят и ни в чем не нуждаются, все, что попадается им на пути, не имеет никакого значения. Во всяком случае, оно не существует.