Дмитрий Калюжный - Другая история Московского царства. От основания Москвы до раскола [= Забытая история Московии. От основания Москвы до Раскола]

Ознакомительный фрагмент

«Мнение… о происхождении татар от угнанных ассирийцами в плен евреев лишено основания».

Понятно: основания не лишена только традиционная схема. Всё, что ей противоречит, необходимо выкинуть.

Но того же мнения, что и Лызлов, придерживались по многим вопросам Иордан (историки «поселили» его в VI веке), Орбини (ум. в 1614) и другие. У Орбини читаем, что славянский народ:

«…озлоблял оружием своим чуть ли не все народы во вселенной; разорил Персиду: владел Азией, и Африкою, бился с египтянами и с великим Александром; покорил себе Грецию, Македонию, Иллирическую землю; завладел Моравиею, Шленскою землёю, Чешскою, Польскою, и берегами моря Балтийского, прошёл во Италию, где много время воевал против Римлян».

Против древних, надо полагать, римлян.

В XVIII веке В. Н. Татищев писал:

«…из Диодора Сикилиского и других древних довольно видимо, что славяне первее жили в Сирии и Финикии… Перешед оттуду обитали при Чёрном мори, в Колхиде и Пофлагонии, а оттуда во время Троянской войны с именем Генети, Галли и Мешини, по сказанию Гомера, в Европу перешли и берег моря Средиземного до Италии овладели, Венецию построили и пр., как древние многие, особливо Стрыковский, Бельский и другие, сказуют».

Здесь для нас интересно, что в число древних авторов вместе с Диодором и Гомером попали Стрыйковский, Бельский «и другие», творившие за 200 лет до самого Василия Никитича Татищева. Такие высказывания, конечно, противоречат схеме, в которой от Александра до появления Польши, Чехии, да и Венеции прошли многие столетия. А мы заметим, что Лызлов, Иордан и Орбини, так же, как крестоносцы XI века, которые в своих записках «на самом деле излагают античную историю» (по словам С. Лучицкой), тоже рисуют единую картину, где античность и средневековье — одно и то же суть.

В такой хронологии переустройство мира, затеянное Александром Македонским, едва ли не предшествует эпохе московских царей: Ивана III Васильевича, Василия III Ивановича, а то и Ивана IV Васильевича Грозного. Нам могут возразить, что нет, — дескать, времена Александра, в отличие от эпохи перечисленных русских царей, столь чудовищно далеки от нас, что никак не могло обойтись без ошибок, которые и порождают теперь сомнения. Но ведь и с нашими Иванами — дедом и внуком, тоже не всё ясно!

Во-первых, оба оказываются Грозными. Во-вторых, иногда Ивана IV Грозного именовали Иваном II. Карамзин писал:

«Ему — Ивану III (он и ныне третий, — Авт.) — первому в России дали имя Грозного… не будучи тираном, подобно своему внуку, Иоанну Васильевичу Второму (который у нас теперь четвёртый, — Авт.), он без сомнения имел природную жестокость во нраве, умеряемую силой разума».

(См. Н. М. Карамзин, История государства Российского, том 6, гл. 7.)

В статье «Исторические примечания об Архангельской губернии…» («Родина» № 3 за 1992 год, стр. 66–71) приведена цитата из малоизвестной «Сибирской истории» И. Фишера:[9]

«Настоящая от города Архангельска с европейскими народами торговля открылась в 1553 году по поводу прибывшего на двинское устье английского корабля под начальством Рышарда Шанцелорда (в современной транскрипции Ричард Ченслер, — Авт.), который прибывающим на Холмогорах царским правителям, объявив себя послом англинского короля, требовал свободного пропуску в Москву ко двору царского величества; получа же дозволение ездил в оную и 15 марта 1554 года в царствование царя и великаго князя Иоанна Васильевича Втораго заключил торговый союз между Англиею и Россиею договор…»

Между тем, речь опять об Иоанне IV.

Также и В. Н. Татищев, когда вёл поиски древних русских карт, писал, что:

«…царь Иоанн II, о котором в 1552 году сказуется, что земли велел измерить и чертёж государства зделать»…

И далее:

«…токмо книга, имянованная Большой чертёж, осталась… в ней описаны реки, озёра, горы и знатные селения с разстоянием, которая начата, мнится при Иоанне I Великом (теперь он III, — Авт.), а при внуке его царе Иоанне II и после при царе Алексии допалнивана, но… яко описание Москвы реки и других знатных не находится, и тако явных погрешностей и проронок в ней немало».

(См. Татищев В. Н., «История Российская», т.1, стр. 348.)

Отметим кстати, что в исторических источниках наиболее интересны самые невероятные сообщения, ибо придумать что-то совсем новое очень трудно, а потому то, что на первый взгляд кажется небывальщиной, как раз и может быть правдой. Либо сочинял этот текст гениальный выдумщик. Был ли таким выдумщиком Татищев? Ведь он пишет:

«…о черкасах-черкесах, о которых упоминает Геродот (!), которые… татарским губернатором на Днепр переведены и град Черкасы построили, а потом усмотря польское беспутное правление, всю Малую Русь в казаки превратили, гетмана или отомана избрав черкесы именовались… при царе Иоанне II-м на Дон с князем Вешневецким перешед, град Черкасской построили…»

(там же, стр. 324–325).

У Татищева имеются и другие места, где Иоанн IV именуется Иваном II, более того, IV-м он именуется только составителями именного указателя. А сам Василий Никитич вдруг разъясняет, что наш традиционный Иван III, — Иоан в князях III, а в царях I. Очевидно, аналогичный подход применяет он и к Ивану Грозному. Причём, Ивана III Татищев обычно именует Иоан, а его внука Ивана IV-го — Иоанн, а иногда они именуются рядом, как Иоан I и Иоанн I. (См., например, Татищев В. Н., Избранные произведения, 1979, стр. 283.)

А в четвёртой части «Истории Российской» Татищева (стр. 137, 139), найденной и опубликованной в середине XIX века, то есть уже после издания книг Миллера и Карамзина, следом за Великим князем Иваном III описывается Иван Грозный, но именуется он Иваном V-м! Почему же у Татищева Иван IV значится то первым, то вторым, то пятым, но никогда — четвёртым? Наверное, у историков найдутся ответы. Но мы не вопросы задаём, а показываем, на сколь странных, а порою зыбких основаниях построена вся русская историография.

Кстати, у Миллера в «Истории Сибири» (издание 1938–1941 годов) цари нумеруются крайне редко. Однако, на стр. 202 Иван III назван «Иван Васильевич Первый — Великий Князь», а не «Первый — царь», как должно было бы быть. И, наконец, апофеоз нумерации Ивана Грозного: у Карамзина он именуется «Великий князь и царь Иван IV Васильевич II»!

В книге Лызлова «Скифская история», выпущенной в 1692 году, цари ещё не пронумерованы.

А. К. Гуц, а ранее А. Бушков заметили, что в «Скифской истории» не упомянут Иван Калита…

Обратим своё внимание и на другие удивительные сообщения.

М. В. Ломоносов в «Древней Российской истории» пишет:

«О грамоте, данной от Александра Великого славянскому народу, повествование хотя невероятно кажется, и нам к особливой похвале служить не может, однако здесь об ней тем упоминаю, которые не знают, что, кроме наших новгородцев, и чехи оною похваляются».

«Должно мне упомянуть о происхождении Рурикове от Августа, кесаря римского, что в наших некоторых писателях показано… Многие римляне преселились к россам на варяжские береги. Из них, по великой вероятности, были сродники кое-нибудь римского кесаря, которые все общим именем Августы, сиречь величественные или самодержцы, назывались. Таким образом, Рурик мог быть кое-нибудь Августа, сиречь римского императора, сродник».

В XVI веке все европейские дворы охватила страсть к поиску «престижных» предков, — историкам тогда только за это и платили. Удивительно ли, что и княжества Восточной Европы не миновала эта мания? И бродили повсюду соображения: какой царь от кого произошёл. А идеи, они, раз возникнув, а тем более будучи записанными, живут дальше своею собственной жизнью. Новые поколения подхватывают их, толкуют и перетолковывают, ищут сокровенный смысл даже в самых никчёмных выдумках. Вот и русский гений, Михайла Васильевич Ломоносов, зная уже традиционное деление прошлого на периоды, прикладывает к сим периодам неизвестно чьё мнение о происхождении русских князей от римских императоров. Между тем, если правильно понимать, кто таковы эти императоры, где и когда правили, сообщение может оказаться совершенно верным!

Как и в остальной Европе, у нас в каждый отдельный период историю писали из каких-то политических выгод. Ведь этими вопросами занимались великие князья, а историки были чиновниками при них. Историк — тот, кто пишет книгу о прошлом, не более того. Каждый следующий переписывает из книг предыдущих со своими комментариями; получившийся текст и есть история. Это видно и сейчас. Авторы современных учебников пишут то, что считают нужным, что будет, так сказать, востребовано издателем. А издатель будет печатать только тот учебник, который утверждён министерством образования. А это министерство справится о мнении исторического отделения Академии наук. А в Академию попадают только твёрдые и последовательные традиционалисты, умеющие учитывать требования момента.