Последний заговор Гитлера. История спасения 139 VIP-заключенных - Иан Сэйер

Например, от позиции 351-го полка в Борго-Вальсугане до «Прагзер-Вильдзее» через Тренто было около 200 километров. Офицеры 88-й покачали головами. Эту задачу нужно было передать кому-то вышестоящему.

Дэй и Дуча снова вернулись в джип и отправились в штаб II корпуса в Падуе. Они ехали в сумерках и прибыли около 9 часов вечера. Дэй был словно в полусне от усталости, язык его из-за постоянного пересказа и описания бедственного положения заключенных череде командующих офицеров и G-2 начал заплетаться. На этот раз его слушал штаб генерал-майора Джеффри Киза, командира корпуса.

Снова появились предложения отправить бронетанковую колонну. Дучу, который был экспертом по ситуации в районе озера Прагзер-Вильдзее, отвели в сторону и допросили отдельно. Перед тем как они расстались, Дуча пожал руку своему другу. «Я не могу выразить, насколько благодарен тебе, Вингз, – сказал он. – Я бы никогда не смог зайти так далеко без тебя. Без тебя я буду чувствовать себя потерянным и одиноким»[733].

Дэй ощущал то же самое по отношению к Антону Дуче. Вместе они прошли через многое и стали крепкими товарищами. Измученный и уже скучающий по другу, Дэй направился в штаб-квартиру, где ему предложили остаться на ночь. Он обнаружил, что сохранил портфель Дучи, который итальянец пронес через Доломитовые Альпы, с драгоценной бутылкой шнапса внутри. Вингз достал ее и молча отхлебнул – выпил за их миссию и хороший сон.

Тем временем штаб II корпуса занялся проблемой VIP-заложников, не подозревая, что у гестапо и регионального командира СС на них также были планы. 88-я дивизия помочь была не в состоянии, но другое пехотное формирование корпуса, 85-я «дивизия Кастера», могла. Один из их полков отправился вперед как раз в тот день и должен был оказаться в нужном месте для организации спасательной операции.

4:45 утра, среда, 4 мая 1945 года: Сан-Кандидо

Лейтенант Мелвин Дж. Эш оглядел ряд грузовиков и джипов, которые кашляли и ревели, наполняя деревенскую улицу шумом и выхлопными газами. Красивые фасады шале казались тусклыми и безжизненными в утреннем сумраке. Свет восходящего солнца сиял на горных вершинах, но еще не разлился по зеленой долине[734]. Лейтенант Эш устал. Его люди тоже. Полк продвигался с головокружительной скоростью, пожирая сотню километров вражеской территории за день – и теперь, как раз когда они думали, что война закончилась, им поручили новую рискованную миссию[735].

Эш исполнял обязанности командира роты G 2-го батальона 339-го пехотного полка, приняв на себя обязанности капитана Джона Этвелла, который задержался во время наступления[736].

Солдаты 339-го полка, прозванные «Белыми медведями» из-за того, что служили в России во время Первой мировой, находились далеко от своих соотечественников-американцев. Накануне утром они были в городе Беллуно в долине Пьяве, на том же восточно-западном фронте II корпуса, который проходил через Борго-Вальсугану. Когда 2 мая вступило в силу прекращение огня, бо́льшая часть войск союзников находилась на этой линии, занимая южный край Доломитовых Альп или равнину Венето – высшую точку их быстрого боевого наступления с Апеннин и через реку По. Позже в тот же день из штаба 85-й пехотной дивизии пришел приказ направить силы на блокирование дорог в северо-восточную Италию на австрийской границе, чтобы помочь сдержать сдающиеся немецкие войска в Италии и не дать силам противника, не соблюдающим прекращение огня, создать проблемы. По сути, это была часть той же миссии, которую в тот день выполняла оперативная группа 10-й горной дивизии, с которой столкнулся Безумный Джек Черчилль к северу от Больцано. Главной целью 339-й было обеспечение безопасности шоссе 49 – дороги, которая проходила вдоль долины Пустерталь через Нидердорф и пересекала австрийскую границу к востоку от Сан-Кандидо. Поскольку это был также главный путь из северо-восточной Италии к перевалу Бреннер, шоссе 49 стало важным вдвойне.

Перед рассветом 3 мая оперативная группа выступила на север от линии отправления дивизии. Благодаря своему оснащению она могла действовать как самостоятельная единица. 339-й пехотный полк был ядром полковой боевой группы 9 – формирования, состоящего из полка, артиллерийского батальона, инженерной роты и медицинского батальона. Для выполнения миссии была задействована вся боевая группа.

Целый день боевая группа мчалась на север от Беллуно по шоссе 51. На полпути они разделились, один батальон направился на северо-запад, чтобы пересечь шоссе 49 в Доббиако, около Нидердорфа (вероятно, именно передовой элемент этой силы встретил Питера Черчилля и Санте Гарибальди), в то время как два других продолжали двигаться на север к Сан-Кандидо. Продвигаться было трудно. Инженерная рота совершала настоящие подвиги, сооружая импровизированные переправы через реки на месте взорванных мостов и расчищая заснеженные горные перевалы[737]. Через полчаса после полуночи, примерно через 21 час после отправления из Беллуно, оперативная группа 2-го батальона достигла контрольно-пропускного пункта в Сан-Кандидо, продвинувшись на сто километров – дальше, чем любое другое подразделение Пятой армии[738].

Солдаты роты G 2-го батальона едва успели установить блокпост и устроиться на ночлег, когда пришел новый приказ от командира полка полковника Джона Инглиша, переданный из II корпуса. В нем говорилось, что генерал Киз получил информацию от сбежавшего заключенного, что немцы держат в заложниках более 130 VIP-персон и военнопленных в отеле на озере Прагзер-Вильдзее. Полковник Инглиш приказал подполковнику Джону Гессе, командиру 2-го батальона, немедленно организовать и отправить «сильный боевой патруль» для их спасения.

Гессе выбрал для этой работы роту G, усиленную взводом ведения разведки и обработки разведывательной информации и радиоточкой. В отсутствие капитана Джона Этвелла патруль должен был возглавить лейтенант Мелвин Эш. Они собрались в сонном Сан-Кандидо в предрассветной темноте, готовые выступить с первыми лучами солнца[739].

Под руководством Эша и выкрики приказов сержантами взвода по всей линии рядовой Артур Фердинанд и его товарищи по отделению со слипающимися от недостатка сна глазами поднялись в кузов своего автомобиля. 19-летний Фердинанд уже был ветераном боевых действий, закаленным годом на передовой. Уроженец Нью-Джерси, он вступил в армию в сентябре 1943 года, всего через два месяца после своего 18-го дня рождения. Пройдя базовую подготовку, он должен был поступить на годичную программу в колледж, но потребность в людях на передовой взяла верх, и в марте 1944 года его отправили в Италию заменить боевого пехотинца[740]. Еще до вчерашнего головокружительного рывка на север, последние четыре дня 339-й неустанно преследовал остатки немецких войск. Фердинанд и его товарищи, уже на грани истощения, сумели поспать всего пару часов, прежде чем сержант отправил их на это особое задание.

После инструктажа у солдат появилось дурное предчувствие. Да, официально объявили о прекращении огня, но местность впереди и вокруг кишела фанатичными немецкими военными. Они также находились прямо у границы с Австрией – охранять ее входило в обязанности полка. К юго-востоку, в секторе