Дмитрий Хмельницкий - Запретная правда Виктора Суворова

«История — наука безумно простая, — пишет русско-американский историк Юрий Фелыитинский. — В ней все сходится, как в кроссворде»[156]. После публикаций Виктора Суворова любое свидетельство или документ, относящиеся к рассматриваемому периоду, становятся аргументом в пользу его концепции.

Приведем в подтверждение некоторые эпизоды, рассказанные выдающимся ученым Юрием Михайловичем Лотманом в автобиографии. В 1940 году его, восемнадцатилетнего студента-первокурсника Ленинградского университета, призвали на военную службу. Он был направлен в 427-й артиллерийский полк, дислоцированный в Грузии. Этот полк готовился для военных действий в горах — но о каких горах думало советское военное командование в 1940 году? Вряд ли предполагалось, что в войне с немецко-фашистскими захватчиками в ближайшем будущем придется вести военные действия на Кавказе. Но это еще не все: воинская часть, в которой служил Ю.МЛотман, ВЕСНОЙ 1941 года была переброшена на Украину, на ЗАПАДНУЮ границу СССР. «На ростовском вокзале солдаты слышали из орущих громкоговорителей… опровержение ТАСС: английские газеты клевещут, что якобы в Советском Союзе происходит переброска военных частей к западной границе…ЗА ТРИ ДНЯ ДО НАЧАЛА ВОЙНЫ (выделено мной. — В.Х.) полк был поднят по боевой тревоге и ночными маршами, в строгой секретности («за курение ночью — расстрел на месте») переведен в район Могилева-Подольского, к «старой (до 1939 г.)» границе»[157].

Виктор Суворов ставит и такой вопрос: кто же выиграл Вторую мировую войну? И отвечает так: Сталин ее проиграл, потому что ему досталась «только» половина Европы, отчего другая ее половина оставалась неуязвимой — демократический мир выжил, что означало неминуемую гибель, со временем, тоталитарного мира и Советского Союза.

* * *

В Италии о книгах Виктора Суворова говорилось в первый раз (насколько мне известно) в апреле 1997 года: автор этих строк выступила, по своей инициативе, в Падуе, в литературном клубе «Casa di Cristallo» с конференцией «Кто победил во Второй мировой войне! Виктор Суворов и его версия событий 1939–1945 гг.». В объявлении о конференции в местной газете «Il Gazzettino» название конференции почему-то оказалось напечатанным без второй своей части.

Через несколько лет, в 2000 году, вышла первая книга Виктора Суворова по-итальянски: большой том издательства книг по философии и социологии «Spirali» под заглавием «Stalin, Hitler е la rivoluzione bolscevica mondiale» («Сталин, Гитлер и большевистская революция»). По этому поводу в крупнейшей из центральных газет правого уклона «II Giornale» было напечатано (в номере от 6 ноября, стр. 22) интервью известного журналиста Массимо Каррара с автором, свободно изложившим свои мысли.

На следующий день, с символической датой 7 ноября, крупнейшая центральная газета левого толка «Corriere della sera» поместила (на стр. 41) и свою публикацию — на мой взгляд, очень показательную. Постоянная рубрика «Комната Монтанелли» была целиком занята «ответом» маститого мэтра итальянской журналистики Индро Монтанелли «озадаченному читателю» только что вышедшей книги Виктора Суворова. Титул — «Сталин, Гитлер и простой здравый смысл».

Монтанелли начинает с признания того, что книгу он не дочитал — не сумел, но из того, что следует далее, становится ясно, что он ее просто не читал. «Автор, — пишет Монтанелли, — окончивший неизвестно какую школу в Москве… говорит о себе, что он представитель узкого круга «номенклатуры», которой были известны все секреты режима» — хотя с первых же строк в «рецензируемой» книге говорится, как во всех изданиях книг Виктора Суворова (выделено в оригинале): «Мои источники — открытые советские публикации…Мои главные свидетели: Маркс, Энгельс, Ленин, Троцкий, Сталин, все советские маршалы во время войны и многие ведущие генералы. Коммунисты сами признают, что руками Гитлера они развязали в Европе войну и готовили внезапный удар по самому Гитлеру, чтобы захватить разрушенную им Европу. Ценность моих источников в том и заключается, что преступники сами говорят о своих преступлениях».

Мэтр Монтанелли категорически отказывается ознакомиться с аргументами книги, потому что «дойти до утверждения, которое делает Суворов и которое демонстрирует при помощи документов (в обычной манере приводить только те, что подтверждают его теорию), — дойти до утверждения, что с 1925 года, т. е. когда Гитлер был всего лишь одним из многих завлекателей толпы, проповедовавших свое Дело в мюнхенских пивных и окрестностях, Сталин распознал в нем орудие, при помощи которого можно сокрушить Запад!? Этот вывод недоступен моему пониманию, то есть простому здравому смыслу».

«Простой здравый смысл» Монтанелли 2000 года — не что иное, как политика страуса: вместо того, чтобы ответить своими контраргументами на аргументы коллеги-историка, наш мэтр считает, что читателям достаточно напомнить, что Земля — плоская и покоится на трех китах. С высоты своего (пардон — всеобщего) здравого смысла Монтанелли делает заключение, прямо скажем — весьма неосторожное для автора многотомной «Истории Италии» (пунктуация соответствует оригиналу): «Что ж поделаешь: книги, известное дело, пишутся для того, чтобы их продавать: чтобы продать книги по истории, нужно историю рассказать не так, как делают другие. Но кое-кто в этом перебарщивает».

Можно только пожалеть, что живучесть сталинского мифа, тогда уже пятидесятилетней давности, о «Великой Отечественной войне советского народа» оставила нас без серьезного вывода Индро Монтанелли — свидетеля стольких ключевых событий XX века, таких, например, как венгерское восстание 1956 года!

Как известно, Христофор Колумб не был первым «бледнолицым», высадившимся на берегах Америки. Но рассказы о неизвестном континенте его предшественников оказались не вовремя и не к месту. Даже историческим фактам приходится ждать своего часа и соответствующего состояния общественного сознания, чтобы быть понятыми как «реально состоявшиеся».

Сегодня, накануне 65-й годовщины окончания Второй мировой войны, которая будет отмечаться, тем или иным образом, во многих странах мира, нельзя даже предположить, что где-нибудь вопрос о перестановке акцентов и переоценке событий будет рассмотрен на уровне официальных организаций. И это не от боязни глобальных переоценок, хотя бы правовых (с юридической точки зрения захватнические планы Сталина так планами и остались, и это гитлеровская армия вторглась в СССР, а не наоборот).

Сейчас, когда нельзя не понимать, какими были истинные намерения Сталина, необходимо обеспечить должное прочтение отдельных исторических фактов — таких, например, как вторжение Красной Армии в Польшу 17 сентября 1939 года, через 16 дней после вторжения туда армии вермахта, поскольку было договорено о совместной агрессии, или того, что на 22 июня 1941 года Советский Союз был агрессором по отношению к Польше, Финляндии, странам Прибалтики, Бессарабии. Необходимо также ввести в официальную историю текст Секретного приложения к пакту Риббентропа — Молотова и текст Меморандума, врученного министром Иоахимом фон Риббентропом, вместе с декларацией об объявлении войны, в 4 часа утра 22 июня 1941 года в Берлине советскому послу Владимиру Деканозову, в котором перечислялись все мотивы объявления войны. Этот Меморандум был обнаружен и опубликован историком Юрием Фельштинским еще в 1983 году. И давно пора проанализировать режиссуру и ход Нюрнбергского процесса.

Первые публикации Виктора Суворова появились 25 лет назад, но страсти вокруг них все не утихают. «Независимые от советской власти историки — Авторханов, Конквест, Солженицын — очень многое прояснили в отдельных областях жизни сталинского государства, — пишет Дмитрий Хмельницкий, — выявили и описали многие секретные страницы сталинской истории. Но на вопрос о том, чего Сталин добивался, ради чего он вылепил свой абсолютно бесчеловечный режим и уничтожил миллионы людей, впервые ответил именно Виктор Суворов в «Ледоколе». Собственно говоря, он и впервые его поставил»[158]. И Виктор Суворов не остался одиночкой, противостоящим остальному научному миру, поскольку он убедительно обосновал весь спектр намерений и действий Сталина для развязывания тотальной мировой войны и предложил новые точки зрения и новую систему оценки всем давно известных фактов, казалось бы, уже навсегда замурованных в определенную нишу причинно-следственных связей, применив к истории методику профессионального военного анализа, основанного на глубоком знании фактов.

Уинстон Черчилль назвал нацистский режим «чудовищной тиранией, чей мрачный и постыдный список преступлений против человечества не может быть превзойден». Лилианна Зиновьевна Лунгина, переводчик художественной литературы, свидетельствует о советском режиме: «Один из самых катастрофических аспектов нашего режима в том, что он деформировал личность каждого. Жизнь была настолько сложна, настолько полна ловушек, опасность погибнуть была так реальна, так ощутима, что все это развивало в нас самые худшие черты. Человек…, который в нормальном обществе никому не причинил бы зла, в атмосфере начала пятидесятых годов стал настоящим мерзавцем. Безусловно, чтобы остаться порядочным, нужен был героизм»[159]. «Мы ведь не могли позволить себе роскошь быть собой. Все-таки психологически все мы были рабами. Мы мирились с подневольным положением, со страхом, ложью…В этом мире, где с детского сада надо было учиться приспосабливаться…»[160]Последствия тоталитарного режима долговечны — и так же смертельно опасны для человеческой психики, индивидуальной и коллективной, как опасны последствия атомного заражения для физического мира природы и людей. Виктор Суворов заложил первый камень в здание подлинной истории нашего прошлого, без которого мы не сможем обратиться лицом к своему будущему.