Алина Ребель - Евреи в России: самые влиятельные и богатые

Ознакомительный фрагмент

Порассуждав о смерти, Шафиров добился от турок заключения мира и по возвращении получил от царя высший орден Российской империи – Андреевскую звезду. Далее Шафирова ждали головокружительные почести и жестокое падение.

После смерти Петра I Сенат обвинил его в утаивании еврейского происхождения и казнокрадстве и приговорил к смертной казни. Но в последний момент Шафирова сняли с эшафота и отправили в ссылку в Сибирь. При Екатерине I ссыльный вернулся в столицу, снова получил место президента Коммерц-коллегии, стал сенатором. Вел переговоры с Персией и Турцией.

Среди евреев, удивлявших и забавлявших Петра, был, к примеру, Ян д'Акоста, которого в России прозвали Лакостой. Он был потомком евреев-маранов, которые бежали в Португалию от инквизиции. Случайно оказавшись в России, Лакоста так понравился царю, что в 1714 г. был назначен им на должность придворного шута. Он отлично разбирался в Торе и Библии, и царь любил вести с шутом богословские беседы. Все при дворе знали, что Лакоста еврей, но относились к шуту даже с почтением, поскольку царь весьма благоволил ученому шутнику.

Шут Ян Лакоста

Анекдоты от Лакосты:

Однажды глупый придворный спросил Лакосту, почему он разыгрывает из себя дурака. «Конечно, по разным с вами причинам, – ответил шут. – Ибо у меня – недостаток в деньгах, а у вас – недостаток в уме».

По какому-то делу Лакоста вел долгую судебную тяжбу, обернувшуюся массой намеренных затяжек и проволочек. В один прекрасный день судья сказал ему: «Я не вижу благоприятного для тебя завершения дела». Лакоста тут же протянул ему две золотые монеты и сказал: «Вот вам, сударь, отличные очки!».

Однако евреям, которые остались верны иудаизму, в Москве при Петре жить не позволялось. Поэтому в столице иудеи встречались редко и только те, которые были полезны лично царю: так, ко двору были допущены Израиль Гирш – финансовый агент государя, поставщик серебра на монетный двор Зундель Гирш, прусский банкир Липман, которому понадобились специальные въездные документы, чтобы попасть в Москву в свите герцога Карла Фридриха.

Несмотря на официальные запреты на въезд иудеев в Россию, они попадали сюда через границы с Польшей и Литвой. Особенно много евреев в Малороссии. И если основными их занятиями в России были ювелирное дело, торговля и финансовые операции, то в Малороссии, выражаясь современным языком, получил развитие малый бизнес.

Еврейский малый бизнес в Малороссии

Экономические и политические трудности, преследовавшие евреев в европейских странах, гнали их дальше, вглубь Восточной Европы. Через Малороссию еврейские купцы возили товары, осуществляли сделки с русскими купцами, поскольку в Россию им доступ был закрыт. И так постепенно стали переезжать в Малороссию вместе со своими семьями и делами. Нельзя не признать, что основные доходы на этих землях евреям приносила контрабанда, ведь официально въезд евреям был запрещен, а торговать разрешалось только оптом, с большими ограничениями. Через Украину в обход высоких ввозных пошлин поступали товары, подрывавшие позиции российских купцов и ремесленников.

Петр I, как мы уже знаем, был лишен национальных и религиозных предрассудков, поэтому массовость переселения евреев в Малороссию не волновала его. Пока не стало понятно, что контрабанда, проходившая через новых поселенцев, мешает царю строить российскую экономику. Поэтому он неоднократно указывал украинским гетманам на необходимость выслать с левого берега Днепра и из Киева всех евреев. Гетман Скоропадский несколько раз издавал указы о выселении иудеев, но указы эти не выполнялись. Напротив, число их в Малороссии продолжало расти.

Причина такого бессилия властей перед их переселением – в зажиточных местных помещиках и казацких старшинах. Они с удовольствием пользовались услугами евреев и не желали лишаться такого значительного подспорья в делах.

Дело в том, что евреи в России ограничены в выборе вида деятельности. По закону у них не было права покупать земельные участки и недвижимость. И, соответственно, они не имели возможности заниматься сельским хозяйством или промышленным производством (приобрести фабрику, завод или хотя бы мельницу иудею было нельзя). Такие законодательные ограничения привели к тому, что евреи в России могли быть либо купцами, либо ремесленниками, либо шинкарями. Или же наемными менеджерами, выражаясь современным языком.

Еврейские купцы наряду с греками и румынами в основном занимались ввозом и продажей восточных товаров: пряностей, специй, экзотических тканей, меда. Искушение велико – и далеко не за все товары купцы платили пошлину. В стремлении побороть потоки контрабанды, попадающие таким образом в Россию, Петр подписал указ в 1708 г., согласно которому евреи могли въезжать только в Киев и продавать товары только оптом. Указ, естественно, постоянно нарушался.

Другим видом деятельности, к которому евреи были допущены в России, стало шинкарство.

Шинкарство – 1) содержание шинка как род занятий; 2) изготовление спиртных напитков, хранение и торговля ими.

Помещики и казацкие старшины были заинтересованы в присутствии евреев в Малороссии в первую очередь потому, что сами вести дела в своих корчмах и шинках просто ленились. Иудеи не могли владеть недвижимым имуществом, а потому охотно соглашались становиться кем-то вроде наемных менеджеров на предприятиях местной знати. Так, украинские помещики нанимали евреев для ведения винокуренного промысла и торговли вином.

В корчме. Литография 1840 г.

Несмотря на тяжелый ежедневный труд, они были отчаянно бедны, и поэтому все время оказывались в долгу у своих арендодателей. Такое ведение дела было крайне выгодно знатным малороссам: ничего не делая, они получали от шинкарей прибыль, а те еще и платили им арендную плату за использование шинков и предприятий. Поэтому местные власти закрывали глаза на указы из Санкт-Петербурга и Киева. Выселить евреев означало бы лишиться бесплатной рабочей силы, которая не просто прекрасно зарабатывает для своего нанимателя, но еще и платит ежемесячную дань. При этом именно шинкарство стало для малороссов (а потом и их соседей из России) поводом ненавидеть евреев: их обвиняли в стяжательстве и спаивании русского мужика.

Подобные нападки, которые со временем у темных и суеверных крестьян переняли даже литераторы, вызывали острые дискуссии. И вот как реагирует на них, к примеру, Николай Лесков в своих записках «Еврей в России»:

«Еврей сидит в шинке по двум причинам: 1. Потому, что при непомерной скученности евреев в черте их оседлости слишком сильна всякая торговая конкуренция на малые средства, и еврей хватается за все, за что только возможно. 2. Еврей шинкует потому, что он также любит производство, на которое более спроса. В местности, где живет еврей в России, всего более спроса на водку, и еврей является продавцом этого ходкого продукта. На книгу здесь спрос всего менее, и евреи книгами не торгуют, но в Варшаве, в Вильне и в Петербурге они торгуют и книгами. Их живой коммерческий смысл сейчас же везде прилаживается к спросу». Хотя в период, о котором мы говорим, понятие «черта оседлости» еще не появилось, районы расселения евреев в Малороссии в XVIII в. до введения этого понятия также ограничены.

Шинкарство, пожалуй, одно из самых уникальных экономических явлений, в котором участвовали евреи. С одной стороны, нельзя назвать его бизнесом еврейским, поскольку ни один шинок евреям не принадлежал. С другой – именно евреи создали законы развития шинкарства в Украине и России, владели секретами винокурения, придумали систему кредитования в шинках (наливали крестьянам в долг). И за это горько поплатились. Впоследствии шинкарей-евреев обвинят в злоумышленном спаивании русского крестьянства. «Как будто без евреев русские не пили!» – восклицает в ответ Лесков.

Ремесленники-евреи в свою очередь тоже внесли немалый вклад в укрепление шаткого экономического положения Малороссии. Они изготавливали товары, которые продавались дешевле внутри страны и очень хорошо расходились за ее пределами. Ремесленников, кстати, было в численном соотношении значительно больше, чем шинкарей, – все-таки количество питейных заведений в том или ином населенном пункте ограничено, а вот изготавливать свою продукцию (если это не тяжелая промышленность) можно и дома.

Таким образом, с одной стороны, в России начала XVIII в. отсутствовал государственный антисемитизм. А с другой – законодательные ограничения, существующие в стране, превратили евреев России в наемных рабов зажиточных помещиков. Так, кроме шинков они возглавляли, к примеру, крестьянские хозяйства, и их руками помещики проводили самые непопулярные нововведения. Все это заложило основы бытового антисемитизма, преодолеть который не удается по сей день.