Нежная магия Тосканы. Вино, коты и призраки - Юлия Владиславовна Евдокимова

– Да, там правда не работает, мы тоже так едем, вы не имеете права их штрафовать!

На что контролер ответил:

– Но у них билет Флоренция – Флоренция!

Хор замолчал.

– Как Флоренция – Флоренция??? – вдруг возопил мой обычно спокойный и уравновешенный муж. Дальше шла русская речь с итальянскими интонациями: – Мамма миа, куда ж ты смотрела, да как же это и да что же это, да вот послал Бог такую жену!

Только волосы на себе не рвал.

Контролер слегка опешил и медленно начал объяснять, в чем проблема и почему он обязан нас теперь оштрафовать.

Как сказал потом муж, во время этого монолога моя мимика была настолько богатой, что можно было немедленно отправлять меня на сцену. Я улыбалась, поднимала брови, округляла глаза в невообразимом ужасе, ахала и всплескивала руками.

Контролер вздохнул:

– Десять евро с вас! – И выдал квитанцию. Потом обернулся: – Только обратный билет купите, пожалуйста, во Флоренции.

То ли пантомима моя произвела неизгладимое впечатление, то ли контролер никогда не слышал такой итало-эмоциональной речи от иностранцев, но обошлись мы десятью процентами от суммы штрафа.

На этом история не закончилась.

На одной из следующих станций перестала закрываться задняя дверь. Тот же контролер примчался в вагон, одновременно разговаривая по мобильному телефону с машинистом. Закрыл дверь, крикнул в мобильник: «Поехали!», дошел до конца вагона, и тут дверь снова распахнулась.

Как я пожалела, что не успела схватить блокнот и ручку, как обогатился бы мой итальянский язык! Я услышала непередаваемые и непереводимые итальянские обороты, сколько рагацци и что делали с мадонной и сколько раз, и дальше в том же духе. Мы корчились от смеха.

Надо ли говорить, что при выходе из поезда муж вместо кнопки открытия дверей нажал кнопку их блокировки, и мы дружно с идиотскими улыбками держали двери, помогая выйти остальным пассажирам.

А денежки мне на следующий день вернули. Не нужны «Трениталии» мои пять евро.

Ночь святого Мартино

К нашему возвращению похолодало, дождь лил все сильнее, и пожилой синьор Пьеро зажег камин в ресторане замка, расставил свечи, из подвала принесли вино.

Самое время вспомнить какую-нибудь местную историю.

Давным-давно, когда по полям долины Эльза скакали рыцари, когда стоял нерушимым исчезнувший город Семифонте, бродили по лесам гномы и плескались в озерах русалки, не написал еще свой «Декамерон» Боккаччо, правили долиной графы Альберти.

Как во многих благородных семьях того времени, у графа Альберто Альберти был незаконнорожденный сын, звали его Филиппо.

Стоял замок Филиппо в землях Чертальдо. Всем был хорош сын графа, но была одна проблема: страдал он от неизлечимой болезни ног и практически не мог ходить. Многие врачи пытались помочь юноше, но безуспешно. Завидуя другим молодым людям, которые веселились на праздниках и гуляли с девушками, Филиппо решил, что жизнь его бессмысленна. Он надел самые красивые белые одежды, добрался до озера Пьянгранде и собрался броситься в воду. Лишь на минуту задержался он на берегу, чтобы проститься с окружающей землей.

Неожиданно на озеро спустился туман, и в его бледно-голубом свете появилась самая прекрасная девушка, какую он только видел. Вместо ног у нее был русалочий хвост.

– Не бойся, – услышал он нежный голос, – входи в озеро, его глина излечит твои ноги.

И юноша смело вошел в воду. Он сразу почувствовал, как небывалая прежде сила наполнила его ноги, и с этого дня полностью выздоровел, стал свободно выходить из дома, веселиться с друзьями.

Но день ото дня становился Филиппо все грустнее и грустнее. Стал он приходить по вечерам к озеру, но прекрасная русалка не появлялась. Однажды вечером увидели люди молодого графа, он печально постоял на берегу озера и вдруг бросился в его воды.

Это была ночь святого Мартино 13 апреля 1107 года.

Давно забылся граф Альберто Альберти, стерты с лица земли многие замки. Но старики Чертальдо рассказывают, что каждый год в ночь святого Мартино странный призрачный свет появляется над озером, и начинают свой танец две тени: кружатся в объятиях друг друга одетый в белое молодой граф Филиппо и его прекрасная русалка.

Старотосканский детектив

Сколько реальных историй хранят старые архивы! Страницы пожелтевших рукописей рассказывают о давних сражениях, сменяя друг друга, перед глазами проносятся драмы, мелодрамы и даже детективные истории.

Полистаем архивные страницы?

Это случилось в те времена, когда в палаццо Преторио еще заседал правитель долины – викарий Чертальдо.

На рассвете 12 декабря 1768 года прибыла плохая новость. Викарий заволновался, открыв послание от синдика (управляющего) Ченнини из деревушки Сант Аньезе ди Рада и сразу же отправил посланника своего двора, чтобы «ознакомиться на месте и составить детальное впечатление».

13 декабря кавальере Каммелли возвратился и представил его светлости викарию синьору Джузеппе Чьякки подтверждение того, что было изложено в депеше. К сожалению, все, что написал синдик в бумаге, прибывшей в палаццо днем раньше, оказалось правдой – произошло убийство.

Тело принадлежало молодой женщине, оно было найдено на спуске к местному источнику, плавающим в луже крови.

На место немедленно был отправлен доверенный эмиссар викария в компании с врачом, также был вызван хирург из ближайшего городка Подджибонси. Ничего не оставалось, как провести полное обследование тела и детально изучить сцену совершенного преступления.

«Убитая была низкого роста, приблизительно 24 лет от роду, со светло-каштановыми волосами, заплетенными в косу и уложенными таким образом, как это делают крестьянки. Она одета в женское платье темно-лилового цвета в полоску, хлопковую нижнюю юбку и кожаные туфли с завязками, с серьгами в виде колокольчиков в ушах», – рассказывает старинный документ.

На спуске к источнику виднелись следы борьбы, был найден разбитый глиняный кувшин с женскими волосами, при последующем детальном осмотре также был найден другой волос, по форме и виду принадлежащий мужчине. Также в кустах был найден мужской берет из хлопка с розовыми, белыми и голубыми полосками.

Но самая грустная новость пришла после обследования тела женщины: она была беременна приблизительно со сроком семь месяцев, а на шее были обнаружены четыре глубокие раны, которые и привели к смерти.

Собрав все сведения, кавальере вернулся в Чертальдо, известил викария и приготовился ждать необходимых указаний. Расследование началось, и практически на следующий день клубок начал разматываться…

Мария Лучия Чьяни, таково было имя бедняжки, дочь умершего Пьеро Чьяни, жила с дядей и тетей, и, по слухам, у нее была страстная любовь с неким молодым человеком по имени Антонио Бьянкарди, жителем деревни Сан-Донатино вблизи