Американцы - Кей Уэбстер
Структура блюзовых композиций легла в основу огромного количества песен различных музыкальных жанров от джаза до рок-н-ролла. Ритм-н-блюз (R&B) завоевал сердца радиослушателей. Исполнители этой музыки все еще были в большинстве своем афроамериканцы. Популярность этой музыки отчасти стирала расовые границы в американской молодежной среде. Но были и причины для беспокойства – темы, поднимавшиеся в рок-н-ролльных песнях, могли быть восприняты как вульгарные и пошлые, а вместе с этим такое отношение могло распространяться и на всю культуру черных американцев.
До 1954 года не такой уж и редкостью были откровенные тексты, в которых практически прямым текстом говорилось о сексе. Непристойные песни пытались запретить даже на законодательном уровне, но до этого не дошло, под давлением студий музыканты сами стали все больше цензурировать свои тексты, часто даже перезаписывая свои старые неприличные песни. Переломным моментом стала песня Work with Me, Annie Хэнка Балларда и The Midnighters[29], сразу же получившая огромную популярность. Несмотря на попытки ее запретить, было продано более миллиона копий – песня продержалась на первой строчке ритм-н-блюзового чарта журнала Billboard. Федеральная комиссия по связи запретила диск-жокеям ставить эту песню по радио. Это привело к целой волне песен с более завуалированными намеками. В начале 1955 года журнал Billboard заявил, что «большая часть ритм-н-блюз пластинок относительно без „грязи“».
Летом 1955 года песни в новом музыкальном жанре стали занимать первые строчки рейтингов – это было начало настоящей революции. Из всех музыкантов, приложивших свою руку к созданию рок-н-ролла, стоит особенно выделить двоих: Чака Берри и Бо Диддли. Именно Чак поставил агрессивно звучащую электрогитару в основу рок-н-ролльного звучания. В основу его первого хита Maybellene частично легла популярная на юге вестерн-свинг песня Ida Red. С оригинальным текстом и зажигательным соло на электрогитаре, песня о любви, сексе и быстрых машинах, под которую можно и нужно было танцевать, быстро завоевала сердца слушателей, особенно молодежи. Защитники общественного благонравия били в набат и называли рок-н-ролл современным образчиком средневековой танцевальной мании.
К началу 1960-х годов слушатели блюза меняются. Теперь это почти что антропологическая диковинка. Большая часть молодежи отдают предпочтение ритм-н-блюзу и рок-н-роллу, но в то же время увеличивается и интерес к народной музыке. Это время расцвета американского фолк-ревайвала, начавшегося после Второй мировой войны и сочетавшего в себе блюз, госпел (церковные песнопения), детские и рабочие песни, традиционные американские баллады. Не последнюю роль в этой популяризации играют исследования по истории музыки. В 1959 году публикуется книга и пластинка The Country Blues («Сельский блюз») Сэмюэля Чартерса, а в 1960-м Blues Fell This Mornin («Сегодня утром стало грустно») Пола Оливера.
Рок-н-ролльная революция случилась не сразу, но постепенно эта мощная музыка объединила слушателей различного расового, социального и экономического положения, а затем прорвалась и через географические и политические границы, завоевав сердца людей по всему миру. Особенно сильна стала связь между британским и американским музыкальным миром. «Британское вторжение» началось в середине 1960-х годов с сингла I Want to Hold Your Hand ливерпульской четверки The Beatles. Но битломанией все не закончилось, американские чарты наполнились музыкой, импортируемой из бывшей метрополии. Рок-н-ролл перестал быть исключительно американским жанром даже в самих США.
Возрождение «народной» музыки
Слово «фолк» с английского переводится как «народ». Но что может называться американской народной музыкой? Здесь столько «традиционных» звучаний – от напевов американских индейцев до польки и клезмера, от водяных барабанов и «поющего» тростника до банджо и скрипки. Но главными инструментами жанра, ставшего основой для уже упомянутого «возрождения», стали гитара и губная гармошка. На первом плане были песни рабочего движения. Из-за подозрений (порой вполне себе резонных) в коммунистических настроениях в 1950-е годы эти песни стали снимать с эфира, исполнители стали терять свои контракты с звукозаписывающими студиями, против некоторых даже начинались процессы.
Фолк стал музыкой запрещенной – и она полюбилась левонастроенным интеллектуалам, битникам и диссидентам. Прорвавшись сквозь эру «красной угрозы» маккартизма, фолк-ревайвл расправил свои крылья и вошел в мейнстрим. Именно в это время на сцену выходят Джоан Баэз, Боб Дилан и многие другие исполнители, песни которых становятся гимнами нарастающего протестного движения за гражданские права. Новой аудитории не были интересны ковбойские песни и народная музыка как таковая. Фолк-ревайвл полюбился своим протестным потенциалом, и массовое распространение получили именно эти народные песни, которые хотела слушать широкая публика.
Звукозапись и музыкальная индустрия
К 1970-м годам популярная музыка изменяется до неузнаваемости. От панк-рока и нью-вейва до прог-рока и глэм-метала – настоящий калейдоскоп жанров и поджанров, сосуществовавших и порой записывавшихся в одних и тех же студиях Нью-Йорка или Лос-Анджелеса.
Говорить о музыкальной индустрии в современном смысле этого слова можно начиная с того времени, когда появляется технология звукозаписи и записанной музыкой начинает интересоваться широкая публика. Теперь музыку можно услышать не только вживую, но и приобрести ее копию себе, чтобы снова и снова наслаждаться любимыми песнями. В 1877 году «великий маг Нового Света»[30] Томас Эдисон изобрел фонограф. Постепенно вощеные цилиндры стали вытеснять грампластинки, а дальше – больше: аудиокассеты, CD-диски, и, наконец, mp3.
От радио до спотифая, то, как люди знакомятся с музыкой, потребляют ее и взаимодействуют с ней, обусловливает ожидания и правила музыкальной индустрии. В 1950-е годы транзисторное радио позволило брать музыку с собой куда угодно. Поймав радиоволну, можно было услышать пластинку, поставленную диск-жокеем. Можно было даже позвонить в студию и заказать ту или иную песню. К этому времени музыка стала преобладать в сетке радиопередач, радиоварьете, комические программы и аудиодрамы утратили свою популярность с распространением телевидения. Но количество радиоприемников только увеличилось – их теперь у американцев было больше, чем ванн. А еще встроенные радио стали стандартной частью автомобиля. Уже в 1957 году каждый третий радиослушатель находился в машине.
Для того, чтобы диск-жокей мог поставить ту или иную пластинку во время эфира, у радиостанции должна была быть лицензия. Для этого они заключали контракты с организацией защиты авторских прав, представлявшей определенную часть музыкантов. К середине 1950-х
