Эстафета поколений: Статьи, очерки, выступления, письма - Всеволод Анисимович Кочетов

От Ильменя до Киришей в дни минувшей войны лежал вдоль Волхова Волховский фронт. Громилы и факельщики из дивизий Гитлера, более двух лет сидевшие против наших траншей в своих блиндажах, врытых в чужую для них почву, жгли и ломали, взрывали толом, сокрушали артиллерией неисчислимые ценности старой и новой Новгородчины. Не скажешь сегодня, что следов этого разгрома уже не осталось, — остались еще такие горькие следы и посейчас, и многое из древнего, разрушенного гитлеровцами ушло, утрачено безвозвратно. Но большее все же выстояло, выдержало и перед фашистским варварством, как выстаивало перед временем, перед любыми невзгодами былого долгую тысячу лет, стряхнуло с себя пепел пожарищ и вновь бело-каменно отражается в илистых струях седого Волхова.

Учащиеся сельскохозяйственного техникума. 1927 г.

Во втором ряду в центре — В. Кочетов.

В. Кочетов с друзьями детства В. Силуяновым и Р. Лисичкиным.

Первая публикация. Стихи В. Кочетова в газете «Красногвардейская правда» от 15 августа 1934 года в день открытия I съезда советских писателей.

Но поле опытной сельскохозяйственной станции в Детском» Селе. 1936 г.

Корреспондент газеты «Ленинградская правда» В. Кочетов на конференции в Таврическом дворце. 1940 г.

Утро на передовой. 1941 г.

Ленинградский фронт. Сотрудники редакции газеты «На страже Родины» в одном из прифронтовых штабов. 1944 г.

Блокадный Ленинград. После выписки из госпиталя.

В. Кочетов с фронтовыми друзьями-журналистами В. Меркурьевым и А. Кутейниковым.

Ленинградский фронт. 1942 г.

Удостоверение корреспондента фронтовой газеты «На страже Родины».

Выдали свежий табачок...Ленинградский фронт. 1943 г.

Дома, в своем рабочем кабинете.

В гостях у нефтяников Грозного. В. Кочетов и поэт М. Мамакаев.1959 г.

Встреча с земляками, работниками редакции газеты «Новгородский комсомолец». 1959 г.

У рабочих в городе Дзержинске. 1959 г.

В. Кочетов и поэт С. Смирнов

В. Кочетов выступает на читательской конференции в Ростове-на-Дону. 1960 г.

В. Кочетов и В. Закруткин.

У кронштадтских моряков. 1953 г.

Занятие окончено, разговор продолжается...

8. Кочетов и А. Софронов в литгруппе завода «Ростсельмаш». 1960 г.

На даче в Переделкине. Народный художник РСФСР А. Яр-Кравченко, В. Кочетов и народный артист РСФСР А. Гершт.

Встреча с фронтовым другом.

В. Кочетов, Т. Семушкин, А. Софронов.

Встреча деятелей литературы и искусства СССР с Луи Арагоном. Франция. 1955 г.

Еще один автограф.

У военных моряков Балтики. 1968 г.

В. Кочетов и В. Кочетова на даче в Переделкине.

В Новгороде есть одно чудесное место: высокий обрыв над рекой по выходе из ворот кремля. Это, собственно, не обрыв, а остатки берегового устоя цепного моста, уничтоженного гитлеровцами. Сейчас здесь устроили парапет и расставили скамейки: можешь сидеть и любоваться красотой города и окружающих его далей. Прямо перед тобой, за Волховом, Торговая сторона. Церкви, соборы, остатки Ярославова дворища, Гридница, на которой когда-то висел вечевой колокол, улицы, скверы, засаженные деревьями и цветами. Вправо — широкая голубая бесконечность; там озеро Ильмень, из которого вытекает Волхов; там древний Юрьев монастырь, а напротив него, на осыпающемся обрыве, Рюриково городище, где — было и такое время лет около сорока назад — мальчишки, подкапываясь под деревенские бани, разыскивали золотой гроб Рюрика. Золота мы не находили, конечно, но год за годом обретали нечто более дорогое, чем золото: любовь к родным местам, овеянным мужественными легендами, к русской мягкой по краскам природе, к своему народу, к Родине.

Посмотрев влево, в ту сторону, куда утекает Волхов, увидишь новый большой мост на автомобильной дороге Москва — Ленинград, дальше — Антониевский монастырь, зеленые речные берега. А за твоей спиной — кремлевские стены, ярусы звонницы, купола Софийского собора.

Человека, где бы ни приходилось жить ему позже, где бы ни странствовалось ему, время от времени влечет в родные места, в края, где он родился, где вырос. Месяц назад я вновь стоял на обрыве над Волховом. Вечерело, но в сумерках еще угадывались дальние монастыри, на горке в Летнем саду, как бывало и в пору наших поисков клада под городищенскими банями, играла музыка. Под нее танцевали. Правда, танцевали уже совсем другие люди. Искатели кладов почти все ушли на войну, и многие, слишком многие из них с нее не вернулись. Уходили они не потому, конечно, что их, как утверждал недавно один поэт, «стуча машинкой, гнал военкомат», а шли добровольцами, шли из любви к родным местам, к своему народу, к Родине. История помнит тяжкие годины, когда конница Батыя, пролетев Поволжские степи, захватив Рязань, предав огню Владимир, пройдя сквозь битву на Ситке, все неслась и неслась вперед, выжигая и вытаптывая русские земли. Полчища кочевников были уже в ста верстах от Новгорода, и в это же время к псковским и новгородским пределам устремились бронированные псы-рыцари Ливонского и Тевтонского орденов, двинулись шведы.

Тогда тоже поднимались на битву отважные новгородцы, шли под знамена русских военачальников, шли по зову сердца, по любви к родным местам, к своему народу, к своей родине. Тогда тоже отстаивали и отстояли они бесценные национальные святыни и свою независимость, чтобы потомки их в этих местах смогли со временем начать строительство новой жизни.