Комиссия по борьбе с фальсификацией научных исследований РАН - В защиту науки (Бюллетень 1)

Первое: автор излагает каждую деталь своей точки зрения в статьях. Второе: статьи направляются в общеизвестные, признанные научным сообществом журналы. По «полям» это — "Оптика и спектроскопия", "Ядерная физика" и другие. Венчает такой список в России "Журнал экспериментальной и теоретической физики" — ЖЭТФ, который печатает статьи по всем принципиальным вопросам физики. Есть и общепризнанные международные журналы (Nature и др.). Третье: в журналах статьи попадают к рецензентам, людям, авторитет которых по данному конкретному вопросу научным сообществом признан. Четвертое: рецензенты дают свое заключение, и фактически все, что не может быть отвергнуто как противоречащее общеизвестным фактам, в таких журналах печатают. Как показывают ретроспективные исследования, печатают массу (до 20 %) статей ошибочных, но содержащих результаты, которые возможны. Пятое: всякий член научного сообщества видит, что статья напечатана в рецензируемом журнале и делает вывод: "автор признан авторитетными специалистами, значит, и я могу его признать, хотя сам я не специалист в этом вопросе". Специалисты, человека три-четыре, прежде чем применять и цитировать материал конкретной статьи, проверяют ее уже подробно. Тут и выявляется: "Что автор хотел сказать? Что автор сказал? Что автор хотел скрыть?" Чаще всего задача проверки учеными специально и не ставится: если в статье есть заслуживающая внимания и дальнейших разработок новизна, то эту работу начинают использовать, и тут вступает в силу последний и единственно непреложный критерий истины научной работы: ее воспроизводимость.

Если результаты экспериментов воспроизводятся другими учеными в их собственных работах, работа сама собой включается кирпичиком в здание Науки. Ее начинают цитировать в соответствующих областях. Если статья может быть интересна для более широкого круга исследователей, то она попадет в обзоры или в монографии. Теперь о ней узнает человек сто во всем ми-

ре, а исследователь станет признан в кругах знатоков. В редких случаях новое знание попадает в учебники. Тогда автор, а чаще только его достижение, станет известен всем специалистам данной научной дисциплины, — например, всем физикам-теоретикам. Это — уже тысячи. И лишь в редчайших случаях приходят призвание, слава, известность в обществе в целом. Это уровень нобелевских лауреатов, уровень Эйнштейна.

Можно выделить следующие причины появления современных псевдоученых.

1. Гордыню как главную причину. Комментарии, видимо, излишни.

2. Плохое образование и нежелание это образование пополнить. Некоторые успешно работающие в своих областях специалисты, у которых есть реальные достижения и связанные с этим положение, награды, ученики, признание, считают, что они могут достичь успехов и в других областях, не затрачивая те усилия, которые они затратили в молодости на освоение специальности.

3. Аберрация популяризации — восприятие простоты, да и просто ошибок популярного изложения как отражения реального состояния науки. Чтобы хорошо написать научно-популярный текст, нужно быть талантливым в двух областях: а) в журналистике и, шире, в литературе; б) в науке, так как только тот, кто сам проявил себя в науке, вполне ее понимает. Кроме того, в) необходим высокий уровень общей культуры. Вероятность, что индивид талантлив хотя бы в одной области, равна примерно 5 %. Например, установлено, что примерно столько процентов людей воспринимают стихи или способны к математике. При одновременном наступлении событий вероятности перемножаются. Следовательно, вероятность появления идеального популяризатора науки примерно 1/8000, а вероятность даже скучной, но верной популярной статьи не больше 1/400. Лишь один из тысяч пишущих и один из тысяч исследователей может быть хорошим популяризатором.

Список этот, конечно, можно продолжить.

Можно констатировать, что предлагаемые количественные (тест) методы демаркации границы между истинными исследователями и псевдоучеными работают. Их может использовать большая группа людей, которые не являются учеными, но которым на практике приходится определять границу между исследователями и псевдоучеными. Всем им можно рекомендовать использовать предлагаемые методы демаркации, чтобы принимать решения сознательно. Тест или, по крайней мере, идею, заложенную в нем, может применять любой человек, обладающий здравым смыслом.

Несколько слов об опасности псевдоученых. (Именно псевдоученых, а не псевдонауки. О вреде и опасности псевдонауки говорят и пишут крупнейшие философы и ученые, работает Комиссия по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований при Президиуме РАН.) Здесь же хочется сказать о лицах. Псевдоученые могут запачкать. Что важнее для человека и ученого, истинного исследователя, чем доброе имя? И вот, посмотрите, Г.И. Шипов (см. [14] стр. 286) пишет, что его теории экспериментально подтвердил не кто иной, как Г.Н. Фурсей, вице-президент РАЕН, известный в мире науки человек. Те, кто не знает Георгия Николаевича, что же могут о нем подумать? Хочется призвать: "Избегайте псевдоученых в жизни и на работе".

Систематически борьбой с псевдонаукой занимается журнал Российского гуманистического общества "Здравый смысл". Читайте это издание!

Автор благодарен А.Я. Винникову за указание на роль качественных методов в анализе обсуждаемых проблем. Особая благодарность А. Бузину [19]. Без острой полемики с ним эта работа вообще бы, наверное, не была написана. Благодарю руководство Санкт-Петербургского отделения РГО и, в частности, проф. Б.Я. Пукшанского за моральную поддержку. Отдельную благодарность хочется выразить В.А. Кувакину. При рецензировании статьи им были высказаны конструктивные замечания, позволившие существенно улучшить изложение.

Работа выполнена в Социологическом институте РАН при поддержке гранта РФФИ 03-06-80153.

1. Эйдельман Е.Д. Ученые и псевдоученые: критерии демаркации. // Здравый смысл, ‹4(33), 2004. С. 15–16.

2. Лауреаты Нобелевской премии. Энциклопедия. Т. 1–2, М., 1992.

3. Суворов С.Г. Эволюция физики в представлении Эйнштейна // А. Эйнштейн, Л. Инфельд. Эволюция физики. М.: Наука, 1965. 245 с.

4. Рубаков В.А. О книге Г.П. Шилова "Теория физического вакуума. Теория, эксперименты и технологии" // УФН. Т. 170, ‹3. С. 351–352 (2000).

5. Гинзбург В.Л. По поводу письма проф. С. Шноля в № 1-2004 «Универсум» // Универсум. № 2, 2004. С. 20.

6. Кругляков Э.П. "Ученые" с большой дороги. М., 2001.

7. Кругляков Э.П. Лженаука. Чем она угрожает науке и обществу. Доклад на заседании Президиума РАН 27 мая 2003 // Здравый смысл. № 3(28), 2003.

8. Кругляков Э.П. Несколько комментариев по поводу аферы, которую пытаются осуществить в Болгарии // Здравый смысл. № 3(28). 2003. С. 24–25.

9. Александров Е.Б. Теневая наука // Наука и жизнь. № 1. 1991. С. 56–60.

10. Александров Е.Б., Ансельм А.А. О «микролептонах» Охатрина // Вестник

11. Александров Е.Б. Наука и мракобесие: кто набирает обороты (подготовила Елена Журавлева) // Ваш тайный советник № 2(57) 20 января 2003. С. 10–12.

12. Александров Е.Б. Вихревой генератор // Здравый смысл. № 3(28). 2003.

13. Гриб А.А. О полях кручения (в связи с выходом книги Г.И. Шипова "Теория физического вакуума. Теория, эксперименты и технологии".) Доклад на заседании Секции физики Санкт-Петербургского отделения РАЕН 4 ноября 2002 (не опубликовано).

14. Шипов Г.И. Теория физического вакуума: Теория, эксперименты и технологии. 2-е изд., испр. и доп. М.: Наука, 1997.

15. Тихоплав В.Ю., Тихоплав Т.С Наша встреча с Грабовым. СПб., изд. "Весь",

16. Зубарев Е. Оптический обман // Петербургский час пик. Еженедельное обозрение, № 40(246), 2–8 октябрь 2002. С. 1, 4.

18. Эйдельман Е.Д. Где граница между исследователями и «переворотчиками» // Здравый смысл. № 2(23). 2002. С. 19–24.

19. Бузин А. О лженауке. // Известия. № 67 (26384). 16 апреля 2003. С. 16.

Туринская плащаница: научное расследование

В.Г. Сурдин

Уже несколько столетий этот невзрачный кусок ткани не дает покоя верующим и неверующим, ученым и священнослужителям, журналистам и даже криминалистам. Время от времени вспыхивают споры о том, что же такое на самом деле эта Туринская плащаница — христианская святыня или подделка? нерукотворное произведение или полотно художника? Никто не сомневается, что это документ эпохи, но не ясно — какой именно? Высказываются даже сомнения: можно ли надеяться восстановить истинную историю предмета, ставшего опорой идеологии?

Еще несколько лет назад я даже не догадывался о грандиозном масштабе дискуссии, развернувшейся вокруг Туринской плащаницы. Все это было очень далеко от моей профессии — астрономии. Но, как говорится, задача сама нашла меня. Как выяснилось, в фокусе Туринской плащаницы скрестились не только исторические и богословские, но и научные проблемы. В этой заметке я вкратце расскажу о них, а также о некоторых историко-детективных эпизодах, сопровождающих научное расследование этого феномена.