Сергей Чертопруд - Научно-техническая разведка от Ленина до Горбачева

В начале апреля 1941 года Центр принял решение о переходе на линейный принцип работы внешней разведки. Это означало, что оперработники в резидентурах теперь не должны были заниматься всеми вопросами разведдеятельности, а только в зависимости от их использования: политическими, экономическими, научно-техническими.

В мае 1941 года, после того, как была доказана теоретическая возможность создания атомного оружия, власти Великобритании учредили первую в истории человечества организацию по конструированию и производству атомной бомбы. Кодовое название этой программы «Тьюб эллойз».

В программу входили четыре независимые исследовательские группы. Одна из них — бирмингемская, в ней лидирующие позиции занимал физик-теоретик К. Фукс — немец-коммунист, бежавший от гитлеровского режима в Англию. Секретная информация от этого человека стала поступать уже в конце 1941 года[133]. Сначала с ним встречались сотрудники советской военной разведки — С. Кремер, Н. Аптекарь (Сергей) и Р. Вернер (Соня).

Во время первой встречи К. Фукс рассказал С. Креме-ру о начале работ по созданию атомной бомбы в США и Англии. На второй он вручил сотруднику советской военной разведки большой блокнот с материалами о британском проекте «Тьюб эллойз»[134].

Много лет спустя сотрудница советской военной разведки Р. Вернер буднично описала свой первый контакт с К. Фуксом: «Мы встретились, прогулялись под видом влюбленной парочки, Фукс передал мне толстую пачку документов и конвейер заработал». Как ей удалось избежать тогда провала? Некоторые британские эксперты утверждают, что сам шеф контрразведки (МИ-5) Р. Холлис был советским агентом и прикрывал Соню. Они оба находились в 30-е годы в Шанхае, посещали один и тот же клуб, вместе играли в теннис. Более того, у будущего главы МИ-6 был роман с подругой Р. Вернер. А в Англии советская разведчица поселилась рядом с местом работы своего высокопоставленного знакомого[135]. К сожалению, мы уже никогда не узнаем, что на самом деле связывало эти две знаменитые фигуры в мировой истории шпионажа.

За время работы с военной разведкой К. Фукс передал советской стороне ряд расчетов по расщеплению ядра и созданию атомной бомбы. Эти материалы получили высокую оценку уполномоченного по науке ГКО. Всего от К. Фукса в 1941—1943 годах было получено 7 весьма ценных материалов.

Оценить объем переданных К. Фуксом секретных материалов в период его работы в бирмингемской исследовательской группе (июнь 1941 — ноябрь 1943 года) можно с помощью меморандума директора ФБР Д. Э. Гувера специальному помощнику президента США контр-адмиралу С. Соуэрсу. Этот документ датирован 2 марта 1950 года.

В нем, в частности, указывалось: «В соответствии со своими намерениями передавать Советскому Союзу только результаты своих собственных работ, Фукс передавал советскому агенту копии всех докладов, подготовленных им в Бирмингемском университете…

Помимо копий документов, автором которых он был сам, Фукс действительно сообщил советскому агенту в общих чертах о научно-исследовательских работах в рамках программы «Тьюб эллойз» в Великобритании и о создании небольшой экспериментальной станции по изучению процессов диффузии урана на базе одного из заводов министерства снабжения в Северном Уэльсе (объект «Долина»). Он сказал, что никакой проектно-конструк-торской информации по этой экспериментальной станции и используемому на ней инженерному оборудованию он советским агентам не передавал. Кроме того, он сообщил русским, что аналогичные исследования проводятся так же в США и что между двумя странами сотрудничество в этой области»[136].

16 сентября 1941 года от агента советской внешней разведки Д. Маклина поступает информация, согласно которой британское правительство рассмотрело специальный доклад по созданию в течение двух лет урановой бомбы. Одновременно сообщалось, что летом того же года состоялось заседание уранового комитета, обсудившего реальность создания атомной бомбы, и что совещание комитета начальников штабов приняло рекомендацию о немедленном начале работ в этой области. Научной работой английских физиков в области атомной энергии руководил специальный комитет ученых во главе с известным физиком Д. Томсоном.

Как видим, в Центре располагали достаточным количеством информации о том, что происходило в Британии в сфере разработки атомного оружия. Понятно, что страна, находящаяся в состоянии войны, не будет инвестировать ресурсы в исследования, которые в относительно короткий срок не позволят получить преимущество в военной сфере.

Поэтому перед советской внешней разведкой по проблеме ядерного оружия, в оперативной переписке получившей в дальнейшем название «Энормоз», стояли следующие задачи:

— определить круг стран, ведущих практические работы по созданию атомного оружия;

— информировать Центр о содержании этих работ;

— через свои агентурные возможности приобретать необходимую научно-техническую информацию, способную облегчить создание подобного оружия в СССР.

В центральном аппарате было создано специальное подразделение научно-технической разведки. Возглавил его Л. Р. Квасников. Вскоре резидентуры внешней разведки в США и Великобритании получили ориентировку Центра, нацеливавшую их на поиск любой информации по проекту «Энормоз». Такая же ориентировка поступила и в Скандинавские страны, поскольку с началом войны резидентура в Берлине прекратила существование. Однако наладить получение информации о ведущихся в нацистской Германии работах в области атомной энергии с территории нейтральной Швеции не удалось.

В США нью-йоркский резидент П. Пастельняк в ответ на запрос Центра отправил 24 ноября 1941 г. телеграмму, в которой говорилось, что в Лондон выехали американские профессора Юри, Брагг и Фоулер для работы над взрывчатым веществом огромной силы. Других сведений на тот период из резидентур внешней разведки в США не поступало.

Тогда же Центр получил телеграмму, в которой говорилось о попытках группы американских ученых создать взрывчатое вещество огромной силы. Разумеется, речь шла об урановой бомбе, как первоначально называлось атомное оружие.

Несмотря на то, что в США с началом войны действовало значительное количество оперработников, научно-техническая разведка НКВД обращала первостепенное внимание на получение технической документации и образцов, в первую очередь вооружения и боевой техники. Задача добывания атомных секретов не выделялась в числе приоритетов внешней разведки. Да и кому могло прийти в голову заниматься какими-то теоретическими проблемами в тот момент, когда гитлеровские войска готовятся к последнему броску на Москву. На повестке дня стояли другие, более приоритетные задачи укрепления обороноспособности нашей страны.

Хотя ориентировка Центра была направлена в США еще в 1941 году, но добиться ощутимых результатов по сбору информации в области создания атомного оружия резидентуре долго не удавалось. Это объяснялось тем, что американские спецслужбы создали вокруг ученых, инженеров, техников и рабочих, сосредоточенных в Лос-Аламосе, прочную стену секретности, которую было непросто преодолеть.

В декабре того же года Белый дом принял решение о выделении крупных средств на разработку атомного оружия. К этому времени американские ученые Л. Силард, А. Эйнштейн, Р. Оппенгеймер и другие накопили множество данных о реальной возможности создания принципиально нового оружия. Резидентуры НКВД в США пока ничего об этом не знали.

Летом 1942 г. центр получил из Нью-Йорка шифровку с грифом «срочно» — «особой важности». В телеграмме сообщалось о том, что к агенту-групповоду (руководитель группы агентов) Луису обратился знакомый ученый-атомщик А. Филдинг из Чикагского университета с просьбой вывести его на кого-нибудь из советских людей, работающих в Амторге. При этом Филдинг заявил о том, что он хотел бы передать русским сверхсекретную информацию о начавшихся в США разработках супёроружия и что они должны узнать об этом как можно раньше[137].

Одновременно с этим событием важную документальную информацию по проекту «Манхэттен» удалось получить молодому, но уже имевшему хороший опыт оперативной работы по линии научно-технической разведки А. Феклисову.

Летом 1942 года к нему на прием в Генеральное консульство пришел инженер-химик из закупочной комиссии П. Н. Ласточкин, который поведал о своем знакомстве с руководителем инженерной группы «Монти». Эта группа строила химические предприятия в США и за рубежом, в том числе опытный завод в Ок-Ридже, (штат Теннесси), на котором вырабатывался уран-235.

От источника Монти была получена подробная информация о секретных работах компании «Кэллекс» по строительству в США опытного завода, на котором практически была отработана технология урана-235 для атомных зарядов. Кроме этого, он сообщил о возведении большого промышленного объекта в Ок-Ридже, на котором получали уран-235 методом газовой диффузии[138].