Марина Логунова - Печальные ритуалы императорской России

Ознакомительный фрагмент

Посещали Архангельский собор и иностранцы, оставившие свои воспоминания о нем. Брауншвейгский резидент Вебер осматривал гробницы всех русских царей в церкви Михаила Архангела в марте 1716 г. Священник провел его в «отдаленную камеру», по выражению Вебера, к стороне позади алтаря, где стояли три каменных «гроба». В первом из них покоился царь Иван Васильевич, а в остальных – оба сына его. «Истинный Димитрий, убитый в 1591 году своим главным гофмейстером Борисом Годуновым, лежит в особом месте в этой церкви, гробница его стоит в колоннаде против алтаря, под другим небольшим приделом или алтарем в честь его, и русские чтут этого Димитрия почти как святого. Отец ныне царствующего государя Алексей Михайлович с двумя сыновьями своими Федором и Иваном Алексеевичами, которые оба царствовали, лежат почти посреди церкви, близко друг от друга, и три медные гроба их одеты великолепнейшими покровами. Бирюзовый камень, который царь носил на себе и который вделан здесь в крышку его гробницы, ценится особенно дорого по необычайной величине».[151]

Св. царевич Димитрий. Шитый покров. Фотография С. Прокудина-Горского. Углич, 1910 г. (Библиотека Конгресса США)

По словам автора воспоминаний, остальные цари лежат длинным рядом вдоль стены, тесно один к одному, и гробы их также покрыты драгоценными покровами. Великие князья царской крови, не правившие царством, покоятся в особом месте, и гробы их – Вебер насчитал в церкви около 30 – менее великолепны. Все покровы на царских гробах раскладывались только в большие праздничные дни или для показа чужестранцам и никогда в другое время, «…работы они превосходной, по русскому образцу, самая основа их шелковая или бархатная, сверху на многих из них массивный золотой крест, а по краям каждого покрова обозначено имя покойника, вышитые или низанные русскими буквами из многих тысяч жемчужин и дорогих каменьев разного рода».[152]

В 1917 г. собор был поврежден при обстреле Кремля и в 1918 г. закрыт. В 1929 г. после сноса в Кремле Вознесенского монастыря, где находилась усыпальница цариц и великих княжон, в подклеть Архангельского собора перенесли их останки. С 1955 г. в Архангельском соборе работает музей. В 1970-х гг. проведена внешняя реставрация.

В 1988 г. Поместный собор Русской православной церкви причислил Дмитрия Донского к лику святых, а 28 мая 1991 г. патриарх Алексий II провел богослужение над мощами святого благоверного князя Димитрия.

Вознесенский монастырь[153]

Женский Вознесенский монастырь в Московском Кремле находился недалеко от Спасской башни. История этой государственной усыпальницы для русских великих княгинь и цариц насчитывает почти 300 лет и заканчивается в первой половине XVIII в., когда Петр I перенес столицу в Санкт-Петербург.

Основала монастырь вдова великого князя Дмитрия Донского великая княгиня Евдокия Дмитриевна, построившая деревянный храм Вознесения на месте княжеского терема, откуда она провожала мужа на Куликовскую битву.[154] Точная дата основания обители неизвестна, предположительно это 1386 г., однако свой 500-летний юбилей монастырь праздновал в 1889 г.[155] Строительство каменного монастырского храма, согласно летописному источнику, началось 20 мая 1407 г.,[156] а спустя несколько дней 7 июня того же года княгиня Евдокия, принявшая постриг с именем Евфросинья, была похоронена в строящемся соборе. Она открыла длинный список представительниц правящей семьи, нашедших упокоение в монастыре. Исследователь Т. Д. Панова, много лет занимающаяся исследованиями некрополя Московского Кремля, считает, что для захоронения княгини недостроенную церковь освятили, а иначе погребение было бы невозможно.[157] Преподобную Евфросинию Московскую стали почитать покровительницей Москвы.

Вознесенский монастырь в Московском Кремле. Екатерининский храм. Справа – церковь Михаила Малеина. Фото конца XIX в.

Строительство продолжила ее невестка великая княгиня Софья Витовтовна, мать Василия II Темного, но ее смерть в 1453 г. не позволила завершить работу. Строительство храма-усыпальницы великих и удельных княгинь растянулось на долгие 60 лет и завершилось в 1468 г. После постройки в 1520-е гг. Новодевичьего монастыря Вознесенский стали называть Стародевичьим, это название сохранялось до 1817 г.

В 1587–1588 гг. при царе Федоре Иоанновиче Вознесенский собор строился по подобию Архангельского собора – храма-усыпальницы мужчин из правящего дома. Обитель не раз горела и восстанавливалась.

В Вознесенском монастыре были не только похоронены, но и жили многие из представительниц правящих фамилий – вдовы или монахини, а также царские невесты до свадьбы. Здесь Мария Нагая, в постриге инокиня Марфа, приветствовала Марину Мнишек, проведшую в монастыре несколько дней до своей свадьбы с мнимым сыном Нагой Дмитрием. Мать первого царя из династии Романовых Михаила Федоровича Ксения Ивановна Шестова, в иночестве Марфа, после приезда в Москву с новоизбранным царем своим сыном 2 мая 1613 г. «удалилась в Вознесенский девичий монастырь, коего она с 1619 г. была игуменьей до самой своей кончины 28 января 1631 г.».[158]

Вознесенский собор Вознесенского монастыря. Вид с северной стороны

Кроме главного Вознесенского собора в монастыре были еще две церкви: Михаила Малеина и святой великомученицы Екатерины. В 1634 г. по приказу царя Михаила Федоровича зодчий Бажен Огурцов построил новую церковь в монастыре в честь святого покровителя царя Михаила Малеина. Третью церковь начали возводить по проекту К. И. Росси в 1809 г. и освятили в 1817 г. во имя святой великомученицы Екатерины. Это единственное сооружение великого архитектора в Москве, дожившее до наших дней. Строительством церкви Росси занимался до 1812 г., заканчивал постройку архитектор А. Н. Бакарев. Грандиозное сооружение, по размерам не уступающее соборному храму, было выдержано в романтическом готическом стиле.

Интерьер церкви Св. Екатерины Вознесенского монастыря

Вознесенский собор являлся усыпальницей женщин царского рода, вдоль стен и столпов стояли 38 гробниц, всего 51 захоронение[159] – от основательницы обители Евдокии до сестры Петра II великой княжны Натальи Алексеевны (21.07.1714–22.11.1728, похоронена спустя 2 месяца после своей смерти 22.01.1729). Среди погребенных в соборе: Софья Витовтовна (жена Василия I), София Палеолог (жена Ивана III), несколько жен Ивана Грозного, начиная с Анастасии Романовны и кончая Марией Федоровной Нагой, матерью царевича Дмитрия. В обители нашли упокоение представительницы царской династии Романовых: первая и вторая супруги царя Михаила Федоровича Мария Владимировна Долгорукая (умерла 06.01.1625) и Евдокия Лукьяновна Стрешнева (умерла 18.08.1645); дочери Михаила Федоровича и Евдокии Лукьяновны царевны Пелагея (20.04.1628–25.01.1629), Анна (14.07.1630–27.10.1692), Марфа (14.08.1631–21.09.1632), Софья (30.09.1634–23.06.1636), Татьяна (05.01.1636–24.08.1706), Евдокия (родилась и умерла 10.02.1637) Михайловны; первая и вторая супруги царя Алексея Михайловича Мария Ильинична Милославская (01.04.1626–03.03.1669) и Наталья Кирилловна Нарышкина (22.08.1651–25.01.1694); дочери царя Алексея Михайловича и Марии Милославской царевны Анна (23.01.1655–03.03.1670) и Евдокия (26.02–28.02.1669) Алексеевны; дочь царя Алексея Михайловича и Натальи Кирилловны царевна Феодора (04.09.1674–28.11.1677); первая супруга царя Федора Алексеевича Агафья Семеновна Грушецкая (умерла 14.07.1681). Из дочерей царя Иоанна Алексеевича упокоились царевны Мария (21.03.1689–12.02.1692), Феодосия (04.06.1690–12.05.1691) и Прасковья Иоанновны (24.09.1694–08.10.1731), последняя в замужестве за сенатором и генерал-аншефом Иваном Ильичом Дмитриевым-Мамоновым.[160]

На северной стене Вознесенского собора и в северо-восточном углу были погребены опальные княгини Елена Волошанка, Евфросинья Старицкая, Евдокия Романовна Старицкая и четыре княжны Старицкие.[161]

Ф.-Х. Вебер смог посетить Вознесенский монастырь в 1716 г., о чем упомянул в своем произведении, посвященном пребыванию в России. Получение разрешения для посещения монастыря оказалось делом сложным. В монастыре монахини после него кадили ладаном и «сделавши. легкое замечание, показали гробницы всех цариц и царевен, которые были украшены так же как и гробы царей, и вообще убраны очень хорошо. Царицы и царевны покоятся большей частью в каменных гробах, они положены в том последовательном порядке, в каком умирали одна за другою».[162] Характерно замечание мемуариста о том, что «кадили ладаном» после него. Очевидно, посещение православного женского монастыря иностранцем неправославного вероисповедания привело монахинь в некоторое замешательство, выразившееся в желание тут же за ним «очистить» обитель с помощью ладана. Так как русские надгробия имеют либо антропоморфную форму, т. е. форму человеческого тела, либо форму гроба, иностранцы часто их принимали за саркофаги, в которых, по аналогии с Западной Европой, останки оставались над землей, однако такой способ погребения не был характерен для светских лиц в России. Надгробия в форме призмы, т. е. гроба, часто путали с раками, где хранили святые мощи – останки святых.