Сергей Чертопруд - Научно-техническая разведка от Ленина до Горбачева

В 1938 году парижская резидентура советской внешней разведки насчитывала более 20 источников научно-технической и военно-технической информации. Среди них были весьма ценные агенты, сообщавшие сведения, например в области счетно-вычислительной техники, бактериологии, искусственных волокон, а также о французской, немецкой, итальянской военной технике и вооружениях (в том числе о некоторых типах новейших боевых самолетов), о производстве немцами боевых отравляющих веществ. Информация подобного рода получала высокую оценку со стороны соответствующих советских ведомств[86].

В апреле 1937 года П. М. Журавлев, резидент в Италии с 1933 по 1938 год, доложил в Центр о результатах работы легальной резидентуры в этой стране. В своем выступлении он, в частности, сообщил: «До сих пор работа в Италии была ограничена в основном дипломатической разведкой по иностранным посольствам и военно-технической разведкой в области химии, радио, авиации и судостроения, которая началась фактически 7 месяцев назад после организации пункта в Милане»[87]. Однако более впечатляющие успехи были достигнуты коллегами из военной разведки, но об этом позже.

В Англии в начале 30-х годов параллельно с легальной действовала нелегальная резидентура, поставлявшая обширную документацию, в т. ч. секретную информацию о многих новых видах вооружения для армии и военно-морского флота. В одном из спецсообщений внешней разведки в СНК указывалось более 50 представляющих интерес сведений по авиации, радиотехнике, химии, бактериологии и военному судостроению[88].

В конце 20-х годов И НО (иностранный отдел — внешняя разведка) ОГПУ активно начал работать в США. Один из первых советских разведчиков-нелегалов Чарли сумел установить тесные деловые контакты с инженерами, техническими представителями коммерческих фирм, офицерами летных и морских частей. Это позволило ему в первые два года работы представить в Москву важную информацию о «спасательных аппаратах для моряков-подводников, данные об авиационных двигателях, характеристики двух типов танков, авиационном прицеле для бомбардировщика, а также детали конструкции гидросамолетов, сведения о дизельных моторах различного назначения». Полученных чертежей, формул, инструкций было достаточном для того, чтобы советские инженеры и техники смогли воссоздать необходимые механизмы или в точности воспроизвести какой-нибудь производственный процесс. В 1938 году Чарли отозвали в СССР и репрессировали. Личное дело в Архиве службы внешней разведки РФ не сохранилось[89].

Весной 1930 года в США прибыл А. О. Эйнгорн. Он выступал в роли бизнесмена, который решил наладить экспорт оборудования из Америки в Персию или одну из стран Ближнего Востока. Это позволило ему активно работать в сфере НТР. В числе добытых данных его агентами — информация о вертолетах и самолетах, разрабатываемых в конструкторском бюро И. И. Сикорского. Один из сотрудников бюро передал в Москву все необходимые чертежи.

Кроме добычи секретной информации по линии «X» (научно-техническая разведка) он активно переправлял в Советский Союз книги и журналы по различным отраслям науки, техники, промышленности и патентоведения.

В 1931 году в одном из рапортов на имя заместителя председателя ОГПУ С. А. Мессинга говорилось: «За последние время несколько оживилась работа по техразвед-ке в Америке. Работу пришлось ставить заново, и если учесть, что за последние годы результаты были низкими, то сейчас эти успехи нужно признать огромными. Получили материалы по химической промышленности (по оценке, экономия составила 1 млн. долларов), исчерпывающую информацию по дизель-мотору „Паккард“. С Америкой установлена регулярная связь (живая, нелегальная). В этом большая заслуга т. Эйнгорна А. О., который в сложных условиях проделал большую оперативную работу, выполнив полностью порученные ему задания.

Эйнгорн — работник ВЧК—ОГПУ с 1919 года, большую часть работал с нелегальных позиций, требующих преданности, личной смелости и риска. Ходатайствую о награждении Эйнгорна знаком «Почетный чекист»[90].

В 1935 году в США приехал разведчик-нелегал советской внешней разведки Л. Гелфот. Ему рекомендовалось, в первую очередь, обратить внимание на получение данных, о разрабатываемых в США защитных средствах против боевых отравляющих веществ. В Германии в это время велись работы по созданию современного химического оружия и оснащения им армии. Это вызывало большое беспокойство советского руководства и оно требовало от разведки сведений не только о видах и объемах производства боевых отравляющих веществ, но и данных о средствах защиты от них.

Гелфоту, в частности, поручалось изыскать возможность для получения образцов и материалов:

секретной пасты для лечения поражений от иприта;

технологии синтеза искусственного гемоглобина;

индивидуальных химических пакетов, применяемых в армии США;

технической установки для обмывки людей в полевых условиях после поражения ипритом;

средств-противоядий от боевых отравляющих веществ.

Он успешно начал выполнять поставленные перед ним задачи, к примеру сумел добыть портативный аппарат для переливания крови в полевых условиях. В 1938 году Л. Гель-фот заболел крупозным воспалением легких и умер[91].

В 1934 году по прямому указанию Коминтерна Компартия США создала свой «конспиративный аппарат», который специализировался на сборе информации научно-технического характера. Его сначала возглавлял Д. Петере (известен также, как И. Боорштейн, Гольдфарб, А. Стевенс), а с 1938 года выходец из Югославии Р. Бейкер (настоящая фамилия Блюм). Они руководили многочисленными группами коммунистов, занимающихся сбором информации Советского Союза.

Одну из таких групп инженеров возглавлял казненный впоследствии Ю. Розенберг. В нее среди прочих входили М. Собелл, А. Сарант и Д. Барр. Двое последних в начале 50-х годов бежали в СССР и, сменив имена, создали новую отрасль — разработка и производство вычислительной техники[92].

С 1933 по 1941 год в США находился в долгосрочной заграничной командировке Г. Б. Овакимян (до 1939 заместитель, а с 1939 по 1941 год резидент по линии научно-технической разведки). В стране находился под прикрытием должности инженера Амторга. В 1940 году стал аспирантом Нью-Йоркского химического института[93].

Энергичный и решительный, Овакимян приобрел в США новые многочисленные источники информации. Его целеустремленность и умение убеждать привлекали к нему все новых помощников. Приобретенные им источники добыли документальную информацию о технологии переработки сернистой нефти, производстве смазочных масел и авиабензина, синтетического каучука, полиэтилена, о некоторых видах боевых отравляющих веществ, красителях в обороной промышленности, о новейшем химическом оборудовании, о достижениях радиотехники и о многом другом[94].

Кратко о результатах работы этих людей. Только в 1939—1940 годах в США было добыто более 450 важных информационных документов (около 30 тысяч листов), 955 чертежей и 163 образца различных технических новинок. Наиболее важными были сведения о технологии производства синтетического бензина, чертежи станка для нарезки стволов артиллерийских орудий, чертежи нового эсминца и др[95].

Великие нелегалы работали не только в ИНО ОГПУ— НКВД СССР, но и в Разведуправлении РККА. Многие из них стали Героями Советского Союза, а некоторым было присвоено звание Героя Российской Федерации. Например, Я. П. Черняку Золотую Звезду вручили за десять дней до смерти в военном госпитале 9 февраля 1995 года. В 1934 году он возглавил небольшую группу, члены которой специализировались на сборе информации по Германии и ее союзникам в ряде стран. Приезжая в ту или иную страну, Черняк, как правило, по партийным каналам выходил на людей со связями и организационными способностями, которые ориентировали его в обстановке. Среди его агентов в то время были секретарь министра, глава научно-исследовательского отдела авиационной фирмы, офицер разведки, высокопоставленный военный в штабе и т. п.

Сам Черняк работал то стажером в фирме, то коммивояжёром, то лектором по научно-техническим вопросам.

Некоторое время ему пришлось служить в армии, причем делопроизводителем в штабе военного объедения.

В 1935 году произошел провал агента, знавшего его по совместной партийной работе. В связи с этим П. Черняка отозвали в Москву. После краткосрочной подготовки в Центре его вновь направили на работу за границу.

С 1935 по 1945 год, в течение десяти лет, Черняк возглавлял одну из самых результативных резидентур в истории мирового шпионажа. Он лично привлек к сотрудничеству 24 человека. Резидентура Черняка, действуя в ряде стран Европы, представляла образцы и документальные материалы по широчайшему спектру важнейших направлений развития систем оружия и военной техники, прежде всего в сфере авиации, в том числе реактивной. Были добыты сведения о новейших материалах и технологиях, применяемых в самолетостроении, авиадвигателях, стрелково-пушечном вооружении летательных аппаратов, бортовом радиоэлектронном оборудовании, авиабомбах и реактивных снарядах, ракетах (Фау-1 и Фау-2), а также в бронетанковой технике, артиллерийских системах, химическом и бактериологическом оружии и средствах защиты от него, средствах радиосвязи, радиолокации и радионаведения, инфракрасной и телевизионной технике, морском минно-торпедном вооружении, средствах обнаружения подводных лодок и радиоэлектронного противодействия.