Василий Петров - Наркотики и яды: психоделики и токсические вещества, ядовитые животные и растения

Поражающее действие иприта в жаркую погоду проявляется значительно сильнее, чем в холодную. Это объясняется тем, что с повышением температуры скорость испарения иприта быстро возрастает, к тому же потная кожа более подвержена поражающему действию его паров, чем сухая.

Химически чистый иприт замерзает при температуре около 14 градусов по Цельсию. Однако, смешивая иприт с другими химическими веществами, можно получить такие смеси, которые затвердевают при значительно более низких температурах. Эти смеси могут быть с успехом применены в районах с холодным климатом. При использовании соответствующих средств иприт может быть эффективно применен даже в условиях Арктики. При распылении его при низких температурах до мельчайших капелек последние быстро затвердевают и оседают на одежде личного состава. В закрытом помещении эти частички переходят в жидкое состояние и, испаряясь, вызывают поражения находящихся там людей.

Иприт в жидком виде очень легко проникает через одежду, обувь и другие материалы и вызывает под ними поражения соответствующих участков кожи. Все зараженные ипритом предметы, а также продукты питания становятся опасными.

В парообразном состоянии иприт легко проникает через обычную одежду и вызывает поражения.

Иприт обладает рядом свойств, которые делают его очень ценным отравляющим веществом. Среди них можно отметить следующие: способность действовать на кожу (в обход противогаза); возможность применения его как в жидком, так и парообразном и аэрозольном состояниях (в жидком состоянии это стойкое ОВ, сохраняющее свое действие в течение нескольких суток; в парообразном и аэрозольном – нестойкое ОВ); возможность длительного хранения; дешевизна производства.

Азотистые иприты (HN-1, HN-2, HN-3)

Азотистые иприты – бесцветные жидкости с очень слабым запахом свежей рыбы. Плохо растворимы в воде, хорошо растворимы в органических растворителях, горючем и смазочных махериалах.

Основное боевое состояние – пар, аэрозоль, капли.

Токсическое действие азотистых ипритов основано на поражении клеток организма. Обладают как местным, так и общеядовитым действием на организм, но более сильным по сравнению с HD.

В настоящее время азотистые иприты самостоятельного значения не имеют.

Би-зет (ВZ)

Би-зет (ВZ) – твердое кристаллическое вещество, практически не растворяется в воде, хорошо – в органических растворителях. Промышленностью производится в виде порошка.

Основное боевое состояние – тонкодисперсный аэрозоль (дым). В боевое состояние переводится способом термической возгонки с помощью термических генераторов аэрозолей (шашек).

Незащищенную живую силу ВZ поражает через органы дыхания или желудочно-кишечный тракт. При действии ВZ симптомы поражения возникают через 0,5–1 ч (период скрытого действия): сухость и покраснение кожи, расширение зрачков, общая слабость, угнетение психики, нарушение контакта с окружающими, потеря ориентировки во времени и пространстве, зрительные и слуховые галлюцинации (часто – устрашающего характера). Продолжительность токсического действия – от нескольких часов до суток (в зависимости от дозы).

Психохимические ОВ

LSD-25

Психохимические (психогенные) ОВ – химические соединения, способные в боевой обстановке вызывать нарушение психики у людей. Их нередко называют галлюциногенами, так как при их воздействии у пораженных обычно появляются галлюцинации.

Психохимические ОВ представляют собой соединения, воздействие которых на организм человека делает его поведение ненормальным. Одним из представителей этих веществ, получивших наибольшую известность, является LSD-25 (ди-этиламид лизергиновой кислоты).

Об этом веществе впервые было сообщено в 1943 г. шведскими химиками Штолем и Гофманом. Позже, во время экспериментальных работ с этим веществом, один из упомянутых исследователей случайно оказался пораженным. За этим случаем последовала серия экспериментов с этим веществом, цель которых состояла в том, чтобы искусственно вызывать временные расстройства психической деятельности у нормальных людей.

LSD-25 воздействует на человека в ничтожно малых дозах: достаточно вдохнуть всего лишь 0,00000045 г этого вещества. Смертельная доза для человека, по оценочным данным, в 100–1000 раз больше упомянутого количества. LSD-25 не имеет ни запаха, ни вкуса, ни цвета. Существующий в настоящее время способ производства этого вещества очень сложен.

Результат воздействия LSD-25 на каждого человека различен. Реакция организма на действие LSD-25 зависит от окружающей обстановки и от физического состояния человека. Воздействие LSD-25 на организм начинает проявляться обычно через полчаса и продолжается около 12 часов. Продолжительность этого периода зависит главным образом от полученной дозьГОБ. В течение этого периода человек может быть в состоянии сильной возбудимости и тревоги, которые могут затем перейти в состояние апатии и подавленности. Человек может быть охвачен также манией величия, преследования и безотчетного страха.

В одной серии испытаний были получены весьма интересные объективные и субъективные данные о результатах воздействия LSD-25 на психически нормальных людей. У женщины-психиатра с вполне здоровой психикой было отмечено резкое ослабление способности выполнять заданную программу испытаний.

Объективно это выразилось в следующем. Общая картина нарушения психической деятельности хорошо выявляется в способности начертить на бумаге определенные фигуры. До введения препарата испытуемая рисовала крупные, легко узнаваемые фигуры мужчины и женщины. Когда препарат был введен, она оказалась способной лишь поставить два вопросительных знака в верхнем правом углу листа бумаги. Кроме того, возле одной из фигур было нарисовано изображение предмета, напоминающего маленький ящик. В дальнейшем наблюдалось изменение психической деятельности, сопровождаемое явлениями некоторого возбуждения. Отмечались и явления, характерные для кататони-ческой формы шизофрении.

Отчет самой испытуемой, подвергшейся воздействию LSD-25, содержал следующее:

«Психиатр предложил мне встать, подойти к столу и произвести некоторые испытания. Я хотела идти, но ничего не получалось. Я усиленно пыталась двигаться, рванулась, но мое тело словно окаменело. Когда мне наконец удалось пойти, было трудно остановиться. Если кто-либо задавал мне вопросы, я старалась отвечать. Иногда я вовсе не могла сосредоточиться, моя голова была как бы пустой. Временами я точно представляла себе, что я хотела сказать. Я старалась говорить, но ничего не получалось. Иногда у меня в голове группировались некоторые слова, которые я готова была произнести, и даже первое из этих слов было у меня на губах. Я считала, что если произнесу первое слово, то остальные смогу высказать легко. Но обычно это мне не удавалось».

Исследователи, проводившие наблюдения над другими людьми, пришли к следующим выводам: «Поведение исследуемых было самым различным. Казалось, что влияние вещества то значительно усиливало, то ослабляло тонус, так что было очень трудно предсказать, в каком направлении будут развиваться клинические изменения».

Один исследуемый показал, что он проходил через серию этапов, когда окружающие его предметы то сильно приближались и казались очень большими, то удалялись, сильно уменьшаясь в своем размере. Во время первого этапа он ощущал эйфорию, выражавшуюся в сильно преувеличенном ощущении полного благополучия; во время второго он находился в состоянии полной депрессии. Его суждения о времени в течение первого и второго периодов были сильно искаженными. Во время периода возбуждения, когда он проходил по кафе, ему все представлялось в очень ярких и выразительных красках. Салаты и десертные блюда представлялись ему в невыразимо прекрасном виде. В течение периода депрессии он пребывал в угрюмом настроении, в состоянии полузабытья. Когда он намеревался посидеть и сосредоточиться, ему это не удавалось. Он ни о чем не мог думать. У него было такое чувство, что ему ни о чем не следует беспокоиться, что любое действие требует слишком больших усилий.

Другой исследуемый в отчете о своих ощущениях сообщил следующее: «Когда я начинал рассказывать о том, что видел, я внезапно останавливался и изумлялся всему, о чем говорил. Так нельзя, думал я про себя, мне в разговоре следует быть более осторожным и не говорить больше так, как я это делал до сих пор. Через мгновение я находил, что говорю нечто еще более несуразное, чем ранее. Сознание, что я теряю над собой контроль, подавляло меня. Я чувствовал, что все мои усилия должны быть направлены на то, чтобы проявлять сдержанность и контролировать свои действия.

Мой мозг усиленно работал. Было ли это результатом страха, который овладевал мной при мысли, что рассудок мой может помутиться? Стремление «притихнуть» и замкнуться в свой внутренний мир не было преобладающим… Моя обычная склонность видеть во всем только хорошее исчезла. Чтобы успокоиться, я устремил свой взор на картину с прекрасным пейзажем штата Юта, но и там не увидел ничего хорошего, кроме очертаний облака и линии горизонта, образовавших пару неприятных губ на угрожающем лице. Мое тело было напряжено: ноги начали потеть, мне казалось, что я сползаю со стула. Трудно описать мои переживания, которые переплетались в сложных комбинациях.