Алан Клейсон - Ринго Старр

Сложные и массивные «труды» на тот момент пришлись как раз к столу. Прецедент создал скорее «Tubular Bells» в 1973 году, чем «The Whale», и вот уже «Yes», «Jethro Tull» и «Hawkwind» — три наиболее значительные команды в этом направлении — стали записывать свои монументальные «шедевры», которые были объединены общими темами, цитатами и лейтмотивами. Даже Дэйв Ди — в миллионах световых лет от «Legends of Xanadu» — спел на одном из них («Few and Far Between» Жана Музи, француза с густой бородой), тогда как Стив Уинвуд внес еще больший вклад в пафосный «Go» Стому Ямашта. Не без помощи продюсера EMI в 1976 году «The Alan Parsons Project», знаменитые коллеги Парсонса, пополнили стройные ряды создателей «трудов».

Компания Ring О' ответила альбомом «Startling Music» Дэвида Хентшеля, звукоинженера и клавишника, который, среди прочих, работал с Маккартни, Карли Саймоном, Джимом Уэббом, Элтоном Джоном и Риком Уэйкманом, пока не получил более престижное «назначение» — продюсировать «The Nice», «Genesis» и им подобных. Через сопродюсера Дэвида Хентшеля из Сассекса, Джона Гилберта и Нейла Аспинелла демозапись аранжированного им «Also Sprach Zarathustra» ошеломленный Ринго узнал в мелодии 2001 года; Старр когда–то предложил «воскресить» «самую успешную вещь, которую я сделал со времен «The Beatles»». Когда Дэвид успел перетащить всю свою аппаратуру в студию в Эскоте? К его услугам там уже стоял вполне современный синтезатор ARP 2500.

В полном переложении всего альбома «Ringo» для синтезатора, в котором также приняли участие сессионный гитарист Ронни Кэрил и барабанщик из «Genesis» Фил Коллинз, техника Хентшеля, несмотря на джазовые и помпезные «симфонические» интерлюдии, была стой же «легковесной», как и у Джеймса Ласта. Во время работы над этим альбомом Хентшель нашел Ринго «нормальным парнем», который, хотя и очень любил слегка накатить, не обременял его излишним контролем, когда заглядывал в студию посмотреть, как идет дело, — и записать щелчки пальцев для «Step Lightly». Тем не менее, несмотря на массу положительных рецензий на радио и в газетах, «Startling Music» было вскоре суждено кануть в Лету.

Следующим клиентом компании был Грэхэм Боннет, который, несмотря на неудачное прослушивание у «Texans» Алана Колдуэлла, продолжал свою музыкальную карьеру — в 1968 году он, в составе дуэта «Marbles», перепел песню «Only A Woman» группы «Bee Gees» эта кавер–версия заняла пятую позицию в британских чартах. Четыре года спустя он получил главную роль в мюзикле «Tommy» в постановке Лу Рейзнера, а также заручился поддержкой талантливого менеджера, комедийного актера Билла Одди. Хотя он был неплохим вокалистом, композиторские способности Боннета сводились к сочинению второсортных синглов, за которые он получал скромные авторские отчисления во время своей эпопеи с Ring О'. После того как несколько записанных им кавер–версий хитов «Bee Gees» и опус «Hall and Oddie» потерпели неудачу, лейбл продолжал маршировать под знаменами очередных «артефактов», выкопанных амбициозным Боннетом: «Rock Island Line», «Danny» — ранее не изданная песня Пресли — и «It's All Over Now, Baby Blue» Боба Дилана. Боннет понимал, что недостаточно лишь иметь суперголос, чтобы добиться успеха, — это могли подтвердить Джо Кокер и Сюзанн, также выпустившая свою версию древнейшей «You Really Got to Hold on Me» — хотя после того, как он короткое время был фронтменом отколовшейся от «Deep Purple» команды «Rainbow», Грэхэм в 1981 году попал в чарты под собственным именем.

Карл Гроцман, поющий гитарист калибра Кэта Стивенса австралийского происхождения, также не пошел далеко с Ring О'. Написав «Down the Dustpiре» — хит для «Status Quo» — через год после появления в Великобритании (1969), Гроцман сочинил еще пару безделушек вроде «A Doze of Rock 'n 'Roll» для Ринго, который соизволил выпустить его дебютную «сорокапятку» «Face of a Permanent Stranger».

Этому многообещающему молодому композитору было позволено записать «альбом, который так и не удался. В смысле, он не имел успеха», после того как Ринго «пропадал на всех этих собраниях. Я чуть не свихнулся от того, что вокруг ничего не происходило. Артисты не понимают, что рекорд–компания — это такой же бизнес, который требует самоотдачи». На этих смехотворных собраниях, на которых решалось, что делать на следующем, Ринго и Энтони выражали беспокойство по поводу того, что Polydor утратила веру в Ring О' и практически перестала выпускать ее продукцию в континентальной Европе. Таким образом, очередное детище Ринго приказало долго жить еще до истечения его контракта с Polydor в августе 1978 года.

Пытаясь удержаться на плаву, Ring О' возродилась в виде организации более низкого уровня, Able Label Productions, которая — делая упор на творческую инициативу — предоставляла материал более крупным компаниям; это и многое другое входило в компетенцию нового директора — Терри Кондона, который заседал в свежевыкрашенном офисе на Мэйфэр, всего лишь в нескольких сотнях ярдов от того места, где Ринго управлял Apple Films. Еще до того, как Ring О' объявила о своей несостоятельности, он одобрил кандидатуры Уормана, Сюзанн, Гроцмана и Стормера, а также нескольких продюсеров, работавших с новичками вроде певца (еще одного) Рэба Ноукса или «Dirk and Stig», чья «Ging Gang Goolie» — песенка для бойскаутов — стала первым релизом Able Label, так же как «Restless» Ноукса — последним.

До смерти пресытившись вытягиванием хитов из зачастую бездарных и строптивых исполнителей, Старр «прикрыл лавочку» в декабре 1978 года.

«Если ты не продаешь пластинки, то работаешь себе в убыток, — рассуждал Ринго. — Приходится посмотреть правде в глаза и задуматься: «Что за фигня?», а после этого ты либо пытаешься изменить все в лучшую сторону, либо, как я это сделал в очередной раз, сказать себе, что пришло время завязывать».

14. «Если я не получу тебя, ты достанешься кому нибудь еще»

Для Ринго это был, наверное, весьма двусмысленный комплимент, когда подающие надежды киноактеры Джон Белуши, Дэн Экройд вместе с Джо Уолшем и другими музыкантами «The Eagles» собрались на сцене одного ночного клуба в Чикаго и устроили затяжной джем на тему «With a Little Help From My Friends» (заметьте, не «It Don't Come Easy» или «Photograph»). Ринго, однако, не знал, что на его «коронные» «Boys» и «I Wanna Be Your Man» покушались «The Milkshakes», которые в начале восьмидесятых возглавляли музыкальную сцену города Медуэй, ставшего чем–то вроде Мерсисайда, правда, меньшего значения.