Владимир Григорьевич Орлов - Двойной агент. Записки русского контрразведчика

Мне сейчас шестой десяток при их конце. Недавно меня освидетельствовали в Брюссельском Военном Госпитале (я военный инвалид, две трещины в черепе и дырка в животе от красноармейской пули) и мне определили 70 процентов потери трудоспособности и инвалидности. На руках у меня жена, у которой во время операции 16 лет тому назад вынули на 18 сантиметров позвонки и перерезали центральные двигательные нервы ног, рук и желудка, чем обрекли ее на полный паралич. Я сам сейчас за 10 франков в сутки работаю в ночном ресторане и мою там грязные тарелки по 12-14 часов. Домой прихожу с опухшими и разъеденными содой и горячей водой пальцами. У меня нет ни домов, ни автомобилей, что есть у моих обвинителей и их московских покровителей. Но я каждую минуту покоя и отдыха работаю над своими материалами по изобличению красных дипломатов в совершении уголовных преступлений. Сейчас уже у меня скопился огромной важности материал, который знает В. Л. Бурцев, знающий, в какой тяжелой материальной обстановке живу я и жил в Германии.

Пишу все это я Вам не в виде жалобы. Я ни на что не жалуюсь и меня ни Верховный Круг, ни Силлакт с их покровителями из Москвы не запугают. Я буду бороться для России и за Россию так же, как, вероятно, работаете и Вы, так как в Вашем лице я всегда видел такого же коренного русского активиста, как и я сам.

Искренно Вас уважающий,

Ваш покорнейший слуга.

ГАРФ, ф. 5802, оп. 1, я— 2268, л. 116—118.

ЗАЯВЛЕНИЕ

Г. Председателю Совета Комбатантов Русской Императорской Армии, проживающих в Бельгии,

генералу П. С. Шорину.

Г. Председателю Содружества «Амикаль»

Русских Военных Инвалидов при Федерации Союзов

Бельгийских Инвалидов Генералу Н. Н. Ходаковскому.

Г. Председателю Объединения Офицеров и Солдат, участников Великой Войны, проживающих в Бельгии, полковнику А. А. Кулицкому

Юрисконсульта этих Организаций, прапорщика,

Действительного Статского Советника

Владимира Григорьевича ОРЛОВА,

проживающего в Брюсселе, Иксель, ул. Кейенвельд, 48

Прошу меня уволить от моей должности и исключить из всех выше указанных Организаций.

Основания к тому:

Травля меня Москвой и ее агентами, вкрапленными в русские эмигрантские организации, вот уже 20 лет, спровоцированный в Берлине в 1929 году против меня Москвой процесс. Высылка меня Прусским Социал-демократическим правительством в угоду Советскому правительству из Пруссии. Клеветническая кампания, поднятая против меня в русской зарубежной прессе Семеновым и Амфитеатровым. Нежелание газет помещать мои протесты против выступлений агентов ГПУ, замаскированных третьими лицами, — все это сделало свое дело, и мое имя стало одиозным не только среди русского беженства, случайно попавшего за границу по экономическим причинам, но и среди политической эмиграции, умственные способности которой оказались не на достаточной высоте.

Бесконечные и глупейшие доносы на меня в Бельгийскую полицию с приложением статьи А. Амфитеатрова из «Возрождения», сводки о моей деятельности такого же характера в Бельгийские министерства, всевозможные ходящие по рукам пасквили и листовки, сочиняемые агентами ГПУ, спрятанными за спиной различных иностранных, якобы антибольшевистских организаций — все это не дает мне здесь, в Бельгии, вот уже семь лет, возможности работать где бы то ни было.

Все это мне известно как от Бельгийских властей, так и от представителей других иностранных государств.

Мало того.

Мои политические недоброжелатели, желая бить по мне и сводить со мною свои идеологические счеты, стремятся разрушить и те русские воинские организации, где я работал все эти семь лет как бесплатный юрисконсульт.

Не желая ни в коем случае причинять этим русским воинским организациям ни малейшего вреда и стремясь дать им возможность дальнейшего преуспевания, я принужден сложить с себя мои обязанности юрисконсульта и выйти из числа членов всех этих организаций.

Таким образом, у ГПУ и покрывающих его организаций и лиц будет отнят их главный козырь — мое пребывание в воинских организациях, и они будут лишены возможности продолжать свою вредительскую, провокаторскую и разлагательную работу среди военной эмиграции, под предлогом, что я состою юрисконсультом в этих организациях.

Мне кончается шестой десяток, здоровье мое все ухудшается, нервная система пришла в совершенную негодность, и я испытываю чувство глубочайшего отвращения по поводу необходимости занимать время этих организаций вопросами личного характера.

Из этого вовсе не следует, чтобы я, как и раньше совершенно бескорыстно, не помог своим юридическим советом и своими связями здесь, в Бельгии, среди адвокатуры, магистратуры и прокуратуры, но только в виде частного лица, а не юрисконсульта воинских организаций, не только обездоленному солдату или офицеру, но и каждому русскому эмигранту, поскольку он действительно нуждается в моей бесплатной юридической помощи.

Прапорщик Орлов

9 июля 1937 года

ГАРФ, ф. Р-5802, оп. 1, д. 2268.

ЧУЖОЙ СРЕДИ СВОИХ

Об авторе этой книги В. Г. Орлове (основано на материалах, не предназначенных при его жизни для широкой публики)

Беспрецедентный политический скандал разразился в Берлине в самом начале марта 1929 года. Практически все городские газеты, вне зависимости от их приверженности тем или иным идейным и нравственным ценностям, протрубили на всю страну, что полиция арестовала группу русских эмигрантов, промышлявших продажей сфальсифицированных документов.

Под прицел провокаторов, как утверждали многие журналисты, попали два сенатора США — Бора и Норрис, которые якобы лоббировали интересы СССР, добиваясь признания его со стороны Соединенных Штатов Америки. И делали они это отнюдь не бескорыстно, получая значительные суммы в долларах по тайным, скорее всего коминтерновским, каналам.

У арестованных фальсификаторов были проведены обыски, результаты которых подбросили еще одну охапку хвороста в разгорающийся костер политического и уголовного скандала. Полицейский комиссар Венцель сообщил жаждущим сенсаций журналистам, что в одной из квартир на Потсдамштрассе обнаружена настоящая фабрика по производству фальшивок, с большим набором разнообразных печатей, штампов и бланков советских учреждений, известных далеко за пределами России, таких, как Государственное политическое управление (ГПУ), военная разведка штаба РККА, а также пугающего всех обывателей монстра — Коммунистического Интернационала. Здесь же сыщики берлинского Полицей-Президиума нашли картотеку, содержащую подробные сведения и фотографии более чем на пятьсот представителей внешнеполитических, торговых и разведывательных служб СССР, а также деятелей Коминтерна.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});