Владимир Замлинский - Богдан Хмельницкий

На призыв гетмана откликнулся весь народ. Уже 28 февраля 1654 года грек Константинов, приехавший в Москву, сообщал в Посольском приказе об увиденном на Украине: «И в Красном-де при них приходили к полковнику и к начальным людям красногородцы мещане и давали начальным людям и всем солдатам кормы и питье, вино и пиво, а начальным людям и мед. А на лошади давали конские кормы. А сами начальные люди и солдаты у них корму не просили, а дали они кормы из чести, а знатно, что по гетманскому приказу. А во всех городах черкасы готовят запасы и делают телеги, и приказал им гетман всем быть готовым…»

В это время в соответствии с договором на Украину начали прибывать русские войска. В Киев были посланы воеводами боярин и наместник ростовский князь Федор Семенович Куракин, боярин и наместник галицкий князь Федор Федорович Волконский. С ними прибыл дьяк Посольского приказа Андрей Немиров. Их сопровождал возглавляемый полковником Юрием Готцыным русский отряд, состоящий из 2000 солдат-пехотинцев, 500 стрельцов, 100 детей боярских и 5 пушкарей. Такие отряды направлялись и в другие города. Это была серьезная сила.

В связи со вступлением русских войск на Украину правительство разослало воеводам специальные указания, предписывавшие «жить с великим бережением» и обо всем проведывать, «чтоб им безвестным не быть». Хмельницкому донесли об этом, и его несколько смутило это.

Однако далее в наказе ратным людям самым строгим образом запрещалось по дороге на Киев «чинить шкоды»[99] местным жителям, брать у них бесплатно продовольствие, фураж. «И велеть того берегти накрепко, — предупреждало правительство, — чтоб однолично черкасских городов никаким людям ни от кого обиды никакие не были». Наказ категорически предлагал всячески защищать жителей — «оборонить, и в плен и в разорение их не выдавать». Под угрозой наказания «без пощады» запрещено было «задираться или обиды им наши делать».

Куракину и Волконскому предписывалось укрепить кордоны, чтобы никто неузнанный не пробрался в Киев и не жил в нем. Всем беглым людям «давать волю» и не перечить им идти в казаки или записываться в мещане, «хто где хочет».

Русское войско строго придерживалось наказа.

Отряд вступил в Киев 23 февраля 1654 года. Еще на подходах к городу его радостно встречали наказной киевский полковник во главе тысячи казаков с развернутыми знаменами и горожане. Спешно началось строительство крепости. 17 марта киевские воеводы доносили, что «острог»[100] и всякие крепости делаем всеми людьми, днем и ночью, и стоим наготове».

Все это было известно Хмельницкому, и иного отношения к русским со стороны украинского народа он и не ожидал. Однако необходимо было укреплять эту дружбу. Сразу же после возвращения из Переяслава гетман со старшиной заседают в канцелярии для выработки условий воссоединения. Они должны были определить положение Украины в составе Российского государства, в чем были заинтересованы украинская старшина, светские и духовные феодалы. В короткое время гетман со старшиной всесторонне обсудили все вопросы. Многие из них уже затрагивались на встречах с Бутурлиным в Переяславе 9, 10 и 13 января 1654 года. Уже тогда гетман просил подтвердить права на земли, которыми владеют православные монастыри и церкви. Бутурлин заверил, что царь подтвердит эти права.

На встрече с Бутурлиным 10 января 1654 года гетман говорил ему: «В Запорожском Войске кто в каком чину был по ся места (до сих пор. — В. З.), и ныне бы государь пожаловал, велел быть по тому, чтоб шляхтич был шляхтичем, а казак казаком, а мещанин мещанином; а казакам бы судиться у полковников и у сотников. А чтоб не так быть, как были за польским королем: покамест казак жив, до тех пор за ним и маетность[101], а как умрет, паны те маетности отбирали себе, а жен и детей высылают вон; да и вольностей бы их пожаловал государь, отнимать у них не велел». Бутурлин и на это ответил утвердительно.

Тогда же гетман просил передать царю просьбу, чтобы в казачий реестр были включены по крайней мере 60 тысяч человек. Бутурлин сказал, что гетману следует бить челом государю, который и укажет, сколько должно быть казаков. Хмельницкий ответил, что если бы «государь пожаловал, велел у них войску быть и больше того, то и лучше». И чтобы сделать свою просьбу более приемлемой, добавил, что «жалования они у царского величества на тех казаков не просят» (на тех, которые будут вписаны в реестр сверх 60 тысяч).

Многое, о чем тогда говорилось, вошло в составленное царю прошение, которому в Москве думные дьяки дали вазвание «статей». Под названием «мартовские статьи» или «статьи Богдана Хмельницкого» они и вошли в историю. Прошение состояло из 23 пунктов.

Из прошения царю Алексею Михайловичу о подтверждении прав и привилеев украинского народа. 1654, февраля 17:

«Божиею милостию великий государю, царю и великий княже Алексею Михайловичю, всеа Великия и Малыя Русии самодержце и многих государств государю и обладателю, твоему царскому величеству, мы, Богдан Хмельницкий, гетман Войска Запорожского, и все Войско Запорожское и весь мир христианский российский до лица земли челом бьем.

Обрадовався вельми с пожалованья великого и милости неисчетные твоего царского величества, которую нам изволил твое царское величество показать, много челом бьем тебе, государю нашему, твоему царскому величеству, и служити прямо и верно во всяких делах и повелениях царских твоему царскому величеству будем во веки. Только просим вельми, яко и в грамоте просили есмя, изволь нам твое царское величество в том всем пожалованье и милость свою царскую указати, о чем посланники наши от нас твоему царскому величеству будут челом бити.

…1. Вначале изволь, твое царское величество, подтвердите права и вольности наши войсковые, как из веков бывало в Войске Запорожском, что своими правами суживалися, и вольности свои имели в добрах и в судах; чтоб ни воевода, ни боярин, ни стольник в суды войсковые не вступалися, но от старших своих чтоб товарищество сужены были: где три человека казаков, тогда два одного должны судити.

2. Войско Запорожское в числе 60000 чтоб всегда было полно.

3. Шляхта, которые в России обретаются и веру, по непорочной заповеди Христове, тебе, великому государю нашему, твоему царскому величеству, учинили, чтоб при своих шляхетских вольностях пребывали, и меж себя старших на уряды судовые обирали[102] и добрами своими и вольностями владели, как при королях польских бывало; чтоб и иныя, увидя таковое пожалованье твоего царского величества, клонилися под область и под крепкую и высокую руку твоего царского величества со всем миром христианским… Суды земские и градские через тех урядников, которых они сами себе добровольно выберут, исправливаны быти имеют, как и перед тем. Тако же шляхта, которые казну свою имели, по крепостям, на маетностях, тогда и ныне любо, чтоб им те деньги поплачены, или на маетностях додерживано.