Лев Соцков - Код операции - Тарантелла. Из архива Внешней разведки России

После разрыва дипломатических отношений между Ираком и Германией ведал иракской проблематикой в центральном аппарате своего министерства, в том числе разрабатывал мероприятия по стимулированию в стране антибританских настроений. В мае 1941 года иракский кабинет, возглавляемый Гейлани, получив при посредничестве правительства Виши помощь оружием, начал враждебные действия против англичан, в которых в качестве командира одной из частей участвовал и Каукджи, к тому времени получивший известность как один из способных арабских командиров.

В качестве советника к Гейлани был направлен из Берлина Гробба, который при удачном исходе боевых операций стал бы вновь германским послом в Багдаде. Однако в результате трехнедельных боев иракская армия потерпела поражение, а руководители акции Гейлани, муфтий Амин Хуссейни и Каукджи скрылись в Иране и Турции, а затем выехали в Берлин.

А Гробба, как знатоку Ближнего и Среднего Востока, было поручено возглавить созданный Риббентропом штаб по планированию внешней политики рейха в отношении стран этого региона. Сделаем несколько пояснений касательно места этого органа в управленческом механизме.

Германское политическое руководство, планируя захват Кавказа, а затем бросок на юг, образовало три структуры, или, как они официально назывались, штаба. Ими были:

1. Военный штаб во главе с генералом Фелми с местом дислокации в Афинах. В его задачу входила организация арабских частей для совместных с вермахтом действий после вторжения на Ближний Восток, подготовка офицерского состава для будущей арабской армии, политическая работа в уже сформированных арабских легионах.

2. Штаб абвера, начальником которого был назначен подполковник Круммахер, с задачей проведения разведывательно-диверсионной работы в ближневосточных странах.

3. Штаб министерства иностранных дел, руководителем которого в ранге посла назначили Гробба. Его обязанность состояла в дипломатическом обеспечении германских интересов в упомянутых регионах. В этом своем качестве Гробба обсуждал с Гейлани, муфтием Иерусалимским, Каукджи и другими арабскими деятелями перспективы создания прогерманского союза арабских стран в составе Ирака, Сирии, Палестины и Трансиордании. Гробба привлекался к разработке планов послевоенного сотрудничества арабских стран с Германией, «ликвидации еврейского очага» и других проблем германской политики. Он вел переговоры с прибывшим из Индии лидером одной из антианглийски ориентированных организаций Субха Чандра Босом по вопросу оказания со стороны Германии помощи для инспирации антианглий-ских выступлений в Индии.

Из протокола допроса Гробба:

Вопрос. Что вам известно о полковнике иракской армии Каукджи?

Ответ. Во время вооруженного восстания Гейлани он был командиром части, оперировавшей в пустыне в целях сдерживания наступления английских войск. После подавления восстания бежал в Сирию, где участвовал в составе франко-сирийской армии вишистского генерала Денуа в боевых действиях против союзнических войск.

Вопрос. С какого времени Каукджи является агентом германской разведки?

Ответ. Активное сотрудничество Каукджи с абвером началось с момента его приезда в Германию. Непосредственный контакт с ним поддерживал подполковник Кроммахер.

Вопрос. Кто из лидеров арабского национального движения был вывезен в Германию после их неудачного выступления?

Ответ. После поражения антианглийского восстания в Германию были вывезены муфтий, бывший премьер Гейлани и сопровождавшие их лица. Там их постоянно опекал абвер.

Вопрос. Имелись ли среди арабов, находившихся в Германии, политические группировки?

Ответ. Политических группировок не было, но существовали две обособленные группы — муфтия и Гейлани. Разногласия сводились, по существу, к вопросу, кто будет лидером арабского единства после победы. Деление арабской эмиграции на группы мешало германскому правительству, и потому их стремились примирить.

Вопрос. В какую группу входил Каукджи, его положение в ней?

Ответ. Каукджи имел большой авторитет как в среде арабской эмиграции, так и на Ближнем Востоке вообще. С этим считался муфтий, и поэтому участники его группы старались умалить роль Каукджи.

Вопрос. В чем заключалось активное сотрудничество Каукджи с абвером?

Ответ. Он использовался абвером в качестве консультанта по арабским делам. С его участием при зондер-штабе генерала Фелми создавался Арабский легион, который предназначался для операций на Ближнем Востоке. Имелось в виду назначить Каукджи командиром этого формирования.

Интересную деталь того военного времени представляет ходатайство в отношении Каукджи, обнаруженное среди конфискованных бумаг Гробба.

«Срочно

Берлин, 4 октября 1941

Известный деятель освободительного движения полковник Каукджи, доставленный с ранением в голову несколько месяцев тому назад на самолете в Берлин и находившийся на излечении, выписывается из госпиталя в Тегеле. Он будет проживать по адресу: Берлин, Куксха-фенштрассе, 18 и из соображений безопасности значиться там как полковник Муни Неджид. В соответствии с указанием министерства иностранных дел я и впредь буду нести политическую ответственность за него, учитывая пропагандистскую значимость этой персоны.

Он находится в стадии выздоровления и нуждается в дополнительном обеспечении. Его положение здесь соответствует положению военного атташе будущего иракского правительства. Принимая это во внимание, есть необходимость выделения ему усиленного питания и соответственно продовольственных карточек, которых он не имеет. Поскольку его снимают с довольствия госпиталя люфтваффе, желательно решить этот вопрос скорейшим образом.

Гробба».

Из донесения Гробба о его поездке в Афины:

«В зондерштаб входят: генерал Фелми, майор Майер-Рикс, полковник фон Нидермайер, 20 офицеров и 200 унтер-офицеров и солдат. Ему приданы 27 арабов, предусмотрено увеличение арабского контингента до 200 человек.

Немецкие офицеры изучают арабский язык, а арабы немецкий. Арабы проходят обучение под руководством владеющих арабским языком немецких офицеров и носят немецкую форму. Их достижения в изучении военного дела удовлетворительны, иногда даже отличны, их успехи в стрельбе превосходны.

Между мною и генералом Фелми достигнута договоренность о том, что в отношении Каукджи необходим постоянный контакт между мною и зондерштабом «Ф». Наблюдение за политической деятельностью Каукджи крайне желательно, потому что он, не обладая необходимыми качествами, пытается из честолюбивых побуждений стать арабским вождем, в то время как предназначается нами только для использования в военном отношении».