Карл Сэндберг - Линкольн

Грант приводил в действие один план за другим. Потерпев неудачу, он намечал новый план: у него была одна цель — взять Виксберг. Однажды в течение десяти дней он не подавал о себе никаких вестей. Его солдаты прошли за это время 180 миль, участвовали в пяти сражениях, убили больше народу, чем потеряли, взяли 6 тысяч пленных, захватили 90 орудий. Бронированные корабли Портера вступили в перестрелку с береговыми батареями на длинной петле реки, выдержали страшную бомбардировку, приведшую к потере угольных барж и одного транспорта и осе же прошли к месту назначения. Две другие флотилии приняли участие в операциях против Виксберга и перерезали коммуникации города с трех сторон. Дважды Грант пытался взять город штурмом, но, потерпев неудачу, взялся за кирку и лопату, продвигался из траншеи в траншею, перехватывал продовольствие и снабжение для города.

Так прошло шесть месяцев. Северяне, решили, что Гранту не справиться со своей задачей. Генерал Шерман писал своим родным, что нет на земле лучших естественных укреплений, чем у Виксберга. Он опасался, что Гранта ждет провал. Шерман не переводился из армии Гранта потому, что он любил командующего и преклонялся перед ним. Он написал своему брату-сенатору, что Грант честный, способный, умный воин и герой. Это мнение Шермана дошло до Линкольна.

Чарльз Дана получил полномочия на поездку в армию Гранта. Ему предстояло ознакомиться с людьми, с положением дел на месте и высказать свое мнение президенту и военному министру. Отчет Дана был положительным: Грант, Шерман и Мак-Персон абсолютно доверяют друг другу, нет ни зависти, ни ссор. Друг Гранта, помощник генерал-адъютанта Джон Роулинс, зорко следил за тем, чтобы Грант не пил, напоминая ему при случае, что он дал слово чести не притрагиваться к вину.

В Белый дом шел поток писем, в которых люди требовали от Линкольна, чтобы ради спасения страны он отстранил Гранта от командования армией. Того же требовали и многие настойчивые посетители Белого дома. Редактор газеты «Коммершэл» в городе Цинциннати писал Чэйзу: «Как это получается, что Грант, который опоздал к атаке форта Генри, напился в бою за Донелсон, не предусмотрел атаки врага у Шайло и был им побит, Грант, бежавший под Оксфордом в Миссури, все еще состоит командующим? Этот глупый, бестолковый пьяница Грант изводит нашу замечательную армию на Миссисипи. Он не может ни организовать, ни управлять, ни командовать армией в бою. Лично у меня к нему ничего нет, но я знаю, что он осел. Любой генерал-майор в отставке лучше Гранта».

На этом письме Чэйз написал свое мнение и передал письмо Линкольну. «Сообщений, подобных этому, — писал Чэйз, — слишком много, чтобы можно было их игнорировать…»

Однажды Белый дом посетил командир бригады Джон Тэйер, прибывший в командировку из армии Гранта. Линкольн вперил пронизывающий взгляд в посетителя и спросил его:

— Что собой представляет Грант?

Бригадир ответил, что Грант настоящий командир, пользующийся популярностью в армии, отдающий все свои силы делу. Тэйер два года воевал под началом Гранта.

— Пресса Севера утверждала, что Грант был пьян в боях под Донелсоном и Шайло. Это обвинение злостное, мерзкое и ложное. В бою не было более трезвого человека, нежели Грант.

— Ваши слова значительно облегчили мне задачу, — сказал Линкольн. — Ко мне часто приходят делегации с требованиями отстранить Гранта. Однажды пришла делегация, возглавляемая доктором богословия, заявившим протест против оставления Гранта на посту командующего. Я спросил у делегатов, не хотят ли они добавить что-нибудь к сказанному. Таких не нашлось. Я очень серьезно спросил: «Доктор, не можете ли вы мне сказать, где Грант достает напитки?» Доктор был озадачен, но все же ответил, что не может сказать. А я ему говорю: «Очень жаль, а то я уже хотел дать указание главному квартирмейстеру армии сделать запас этих напитков, с тем чтобы снабдить ими некоторых других моих генералов, не добившихся до сих пор ни одной победы».

Линкольн дружески хлопнул Тэйера по колену и, откинувшись на спинку кресла, рассмеялся. Линкольн как-то сказал Николаи, что во всей Америке, вероятно, только он, президент, единственный друг Гранта.

В июне Грант получил подкрепления, и у него стало не 40, а 70 тысяч солдат. Он захватил плантации Джефферсона Дэвиса и его брата Джозефа. Всех интересовало, сколько еще времени будет продолжаться осада Виксберга.

80-тысячная армия Ли шла по Пенсильвании. По его пятам следовала армия Мида, намеревавшегося остановить Ли и навязать ему бой. Своим дерзким маршем, угрожавшим безопасности северных городов, Ли надеялся заставить Линкольна и Галлека оттянуть войска Гранта с фронта. Это дало бы возможность Пембертону, командующему войсками в Виксберге, выскользнуть из семимильного кольца траншей, которыми Грант окружил Виксберг.

В осажденном городе в июне съели последнего мула. Пембертон, как и обещал, перешел на собак, крыс, стебли тростника и древесную кору. Солдаты в окопах еле держались на ногах, но Пембертон выполнял приказ президента Дэвиса: любой ценой удерживать Виксберг.

8. Черные тени. Линкольн в первые месяцы 1863 года

Негритянские части армии Союза впервые сражались с белыми конфедератами в бою под Виксбергом. Тысяча черных добровольцев с Севера защищала излучину Миликен на реке Миссисипи. Их атаковали 2 тысячи человек. Сражение в основном велось врукопашную. Когда вести о сражении достигли Севера, начались жестокие споры: одни стояли за, другие против негритянских полков. Резкие споры северян очень беспокоили Линкольна. Он сказал генералу Тэйеру:

— Враги за нашей спиной опаснее для страны, чем противник на фронте.

Ричмондское правительство не могло бы пожелать лучшего оратора в конгрессе, нежели Климент Валандигам из Дэйтона, Огайо. Он обвинял Линкольна в том, что он получил миллион солдат и половина их уже растаяла. Нужно ли продолжать войну? «Я отвечаю: нет, ни одного дня дольше, ни одного часа!» — кричал Валандигам. Он предлагал, чтобы солдаты воюющих сторон начали брататься и отправились по домам, а Вашингтону и Ричмонду незачем даже и договариваться об условиях заключения мира.

Более искусно действовал Вилбур Стори, издатель чикагской «Таймс» — газеты, в которую он вдохнул жизнь печатанием сплетен, сенсаций, лжи. Он сделал газету рупором крайних противников правительства Линкольна. В марте 1863 года «Таймс» писала, что «…преступления президента… дают достаточно оснований для привлечения его к суду, и каждый патриот с радостью узнает, что он будет наказан…». Несколько газет, в том числе и «Таймс», напечатали краткое сообщение: «Сын президента по имени Боб, юноша лет двадцати, нажил полмиллиона на правительственных контрактах». И это все. Каким образом он нажил эти деньги, на каких поставках, об этом ни слова, ни намека.