Владислав Кардашов - Ворошилов

В предвоенные годы были разработаны и изготовлены опытные образцы реактивных минометных установок, знаменитых, наводивших ужас на врагов «катюш». Всего же в Красной Армии на 22 июня 1941 года имелось 67 335 орудий и минометов (кроме того, имелось 24158 50-миллиметровых минометов). Это была огромная сила.

Реализуя постановление правительства от 1938 года, советские танкостроители спроектировали и уже во второй половине 1939 года построили первые опытные образцы новейших, оригинальных конструкций машин. Коллектив под руководством M. И. Кошкина, А. А. Морозова и Н. А. Кучеренко создал лучший в ту пору и на многие последующие годы танк Т-34. Нарком обороны следил за работой над ним, помогал конструкторам и, конечно, с волнением ждал испытаний.

На танкодром он приехал вместе с Н. А. Вознесенским, A. А. Ждановым и А. И. Микояном. Начались испытания, и стоявший рядом с маршалом ученый-металлург B. С. Емельянов почувствовал, что Ворошилов тревожится, нервничает. Он крепко, до боли сжал плечо Емельянову, когда Т-34 пошел к холму с очень крутым склоном. Не отводя глаз от стального чудища, нарком приговаривал:

— С ума он сошел, ведь переверпет машину! Не может танк взлезть на такую кручу!

Но оказалось, что может, и Ворошилов первым зааплодировал искусству танкостроителей и водителя.

— Здорово! — кричал он. — Здорово! Атаковать противника по такому откосу! Ай да молодцы!

Подошел начальник Автоброневого управления Д. Г. Павлов.

— Товарищ народный комиссар! Разрешите повалить лес?

— Знаю я тебя, — засмеялся маршал, — разреши, и ты действительно весь лес валять начнешь! Только одно дерево!

Павлов передал приказ водителю, Т-34 направился к высокой сосне, свалил ее, а затем с деревом, повисшим на броне, спустился к реке и форсировал поток…

Очень удачной вышла и машина, изготовленная коллективом под руководством Ж. Я. Котина. Она получила название KB — «Клим Ворошилов». Это был тяжелый танк принципиально нового типа. До того все иностранные и советские тяжелые танки были многобашенными: они имели 2, 3, даже 5 башен. Команда, обслуживавшая такие танки, насчитывала 10–12 человек, вес их достигал 45–55 тонн, а броня в большинстве случаев не превышала 30 миллиметров. KB был первым однобашенным тяжелым танком. Экипаж его — всего 5 человек, броня — 75 миллиметров, при общем весе в 46 тонн. Ни одна из противотанковых пушек того времени, даже с близкого расстояния, не могла пробить такую броню. KB имел 76-миллпметровую пушку с высокой начальной скоростью снарядов и (так же как и Т-34) дизельный двигатель — новшество, которое дало советским танкам немалое преимущество перед немецкими. Конструкторы танков в Германии до конца войны не смогли освоить дизельный двигатель, хотя и пытались это сделать.

Таким образом, KB и особенно Т-34 были вершинами танкостроения того времени. Именно такими танками и намеревалось руководство Красной Армии перевооружить бронетанковые войска в 1941–1942 годах. К началу войны они находились в стадии реорганизации. Формировалось большое количество механизированных корпусов (в 1940 году было создано 9, в феврале — марте 1941 года началась организация еще 20 механизированных корпусов). Для их полного укомплектования требовалось 15 тысяч Т-34 и KB, однако до 22 июня 1941 года заводы успели выпустить лишь 636 KB и 1225 Т-34. Этого, конечно, было мало, новые танки поступали в войска поздно, не были должным образом освоены. Большинство механизированных корпусов к началу войны либо располагали устаревшими танками, изношенными, с ограниченным моторесурсом, либо остались вообще неукомплектованными.

Перевооружались и ВВС страны. Опыт войны в Испании показал, что новейшие немецкие самолеты превосходили наши боевые машины, созданные еще во второй пятилетке, и советским авиаконструкторам следовало наверстать это отставание. В 1939–1940 годах под руководством С. В. Ильюшина, С. А. Лавочкина, А. И. Микояна, В. М. Петлякова и А. С. Яковлева были созданы новые истребители — Як-1, МиГ-3, ЛаГГ-3, штурмовик Ил-2, пикирующий бомбардировщик Пе-2 и другие. В 1940 году был произведен 8331 боевой самолет, но подавляющее большинство составляли машины устаревших конструкций. В первой половине 1941 года промышленность выпустила 2650 новых самолетов, но это количество не могло радикально изменить неблагоприятное соотношение в случае столкновения с авиацией Германии.

Не стояла на месте и советская военная наука. В определении основных направлений оборонного строительства, в подготовке к отражению агрессоров советская военно-теоретическая мысль исходила из вероятности столкновения с гитлеровской Германией и ее союзниками. Руководствуясь этим, командование Красной Армии соответствующим образом вело боевую и политическую подготовку войск.

Надо сказать, что и в вооружении войск, и в их подготовке, и в военно-теоретических установках того времени были ошибки, недостатки, недочеты. Такое большое дело не могло во всем идти гладко. Необходимо напомнить также, что, как сказано в «Истории второй мировой войны», «в 1937–1938 годах вследствие необоснованных обвинений из армии было уволено значительное количество командиров и политработников».

Многие из этих недостатков, недочетов, промахов в вооружении, подготовке войск, в тактических установках стали очевидными во время советско-финской войны 1939–1940 годов.

Провокации финской военщины на границе с СССР продолжались уже более 20 лет, с 1918 года, но осенью 1939 года они стали особенно нетерпимыми. Государственная граница проходила тогда всего лишь в 30 километрах от Ленинграда, крупнейшего промышленно-оборонного центра нашей страны. Неоднократно Советское правительство предлагало правительству Финляндии передвинуть границу еще на несколько десятков километров от Ленинграда и взамен предоставляло значительно большую территорию к северу от Ладожского озера. После этого предполагалось заключить пакт о ненападении и взаимопомощи. Но правительство Финляндии отклонило эти миролюбивые предложения, и провокации на границе продолжались.

Военные действия на Карельском перешейке начались 30 ноября 1939 года и оказались гораздо более сложными и затяжными, чем это предполагало командование Ленинградского военного округа, которому было поручено осуществить операцию. Финская армия, опираясь на новейшую, мощную линию обороны — линию Маннергейма, — ожесточенно сопротивлялась. Задача советских войск была очень и очень нелегкой, так как боевые действия развернулись в лесисто-болотистой местности, затруднявшей а иногда и исключавшей применение техники, особенно танков, и в условиях невиданно суровой зимы. Только после прорыва линии Маннергейма и взятия Выборга в начале марта 1940 года начались мирные переговоры.