Дилан Трой - Ария: Легенда о динозавре

«Змей» на самом деле очень пригодился «арийцам», когда после самостоятельного «увольнения» Сергея Маврина у них возникли проблемы с записью сольных гитарных партий. Терентьев сразу же стал кандидатом № 1. В качестве испытания ему предложили сыграть некоторые куски, отведенные под маврин-скую соло-гитару. Сергей не стал долго ломать голову и практически сходу записал свои первые же «мысли», которые он трактует как импровизации. Как оказалось впоследствии, он не прогадал. «Куски» встали на место, а Терентьев был принят в состав самой именитой тяжелой рок-группы России.

— Теперь, если ты не против, расскажи о своем участии в записи альбома «Ночь Короче Дня».

— Ну что тебе рассказать? Все свои соло я готовил здесь, на репетиционной базе в ДК «Чайка». У меня были минусовки, и я периодически показывал Холстинину и Дубинину все, что мне удалось наваять. Холст отечески хлопал меня по плечу и говорил: «Молодец, все здорово!». И тут же добавлял: «Только вот здесь надо, по-моему, — так, а здесь — вот так». То есть, я хочу подчеркнуть, что Владимир делал достаточно конкретные замечания по «драматургии» импровизации, и, как я теперь осознаю, по большей части совершенно справедливые. Холсту за это отдельное большое спасибо.

— Вообще, насколько быстро получилось у тебя адаптироваться к группе «Ария»?

— Не могу сказать, что все это происходило легко и непринужденно. Например, сказывался тот факт, что я в течение долгого времени практически не записывался. Студия сковывает человека, который к ней не привык. Достаточно не побыть на студии с полгодика, как начинается мандраж. Это сейчас, когда я каждый день сижу за пультом, лампочка включенного микрофона уже не действует на мою психику.

— Так все-таки твои соло на «Ночь Короче Дня» — это импровизации или тщательно подготовленные партии?

— На 90 % — импровизации. Времени было в обрез, и подготовиться более основательно я бы вряд ли успел. Мне на самом деле не нравится, что я там сделал. Слушаю сейчас и все время думаю: «Что-то неправильно, что-то не так…». Единственно это не относится к соло, которое я придумал в песне «Зверь».

— А какие гитары ты использовал?

— Я записывался на «Gibson Soloist», взятой напрокат. Потом уже, через пару лет, я с большим удовольствием купил себе эту модель.

— Через пару лет — это мы уже подходим вплотную к «Генератору Зла». На этом альбоме ты уже выступил не только как гитарист, но и как автор двух песен — «Грязь» и «Дьявольский Зной». Скажи, а это правда, что сначала твои вещи вообще не планировали использовать?

— Было такое. Чуть раньше я начал заниматься своим вторым сольным альбомом, и «Дьявольский Зной» (тогда он правда еще никак не назывался) был записан вместе с барабанщиком «Мастера» Тони Шендером как инструментал. А потом ситуация резко изменилась, и эта песня потребовалась. Не знаю… в мои задачи, наверное, не входит оценка собственных творений.

— Ну по крайней мере, «Грязь» удалась вполне. Народ ее уже наизусть знает. Стопроцентный хит…

— Народ успел выучить все песни с «Генератора Зла», так что это не показатель. Хотя тебе виднее.

— «Генератор Зла» — твой первый «полноценный» альбом в составе группы. Каково работалось?

— Запись, конечно, шла очень тяжело. Сначала я со сцены свалился, в больницу угодил, потом — время для записи было выбрано не самое удачное: слякоть, грязь, снег и дождь вперемежку. Кипелов чувствовал себя не лучшим образом и ходил вечно простуженный. Альбомы все-таки лучше записывать и сводить летом. Были и творческие проблемы. Допустим, часто мы не могли найти консенсуса, какую аранжировку сделать, какой «момент» вставить, а какой — наоборот, изъять. Ну, это понятно — творческий процесс. Споров было очень много… На самом деле это и хорошо, и плохо одновременно. Факт общеизвестный.

— «Генератор Зла» по звучанию стал едва ли не самым жестким альбомом со времен «С Кем Ты?». Можно предположить, что в этом есть и твоя заслуга? Или это новые барабаны Манякина посеяли такую бурю?

— Ну уж от новых барабанов Манякина звучание гитар никак не зависит. Все гитарные партии записаны по новой технологии, очень примитивной и простой, Для того чтобы записать такие жесткие гитары, нужно было купить несколько современных и дорогих приборов, что, собственно, мы и сделали. Гитары записаны без какой-либо коррекции вообще!

— На самом деле мой вопрос был с некоторым подвохом. Я хотел ненавязчиво поинтересоваться, не получилось ли звучание таким жестким потому, что именно ты больше записывал ритмовые подкладки?

— Я не помню точно, кто, сколько и чего записал. Интересен результат. (Хотя, скажем, песню «Обман» Холстинин записал абсолютно самостоятельно.) То, что по звуку альбом превосходит все предыдущие работы группы, — это факт очевидный. У «Арии» появился новый подход к саунду. Опять же барабаны нам помогал отстраивать Женя Трушин, ведущий специалист в этой области. Его услугами мы воспользовались с огромным удовольствием. Басовый звук мы «придумывали» вдвоем с Дубининым. И надо сказать, что довольно смело мы обошлись с бас-гитарой! Бас записывался с перегрузкой, как и все остальные гитары. Прототипом послужил один альбом, на котором родной «Rickenbacker» прописывали через усилитель, который перегружался по входу. И он звучал там просто шикарно, он рычал! И я предложил Дубинину: «Вот перегруженный «Rickenbacker», давай перегрузим твой «Fender Precision»!». Виталий кричал: «Терентии, вся ответственность за этот звук лежит на тебе! Если получится плохо, то я всем расскажу, что это ты придумал!». Но я был уверен, что нужно делать именно так, а не иначе. Кстати, я не думаю, что «Генератор Зла» — это какой-то особенный, экспериментальный альбом. Просто нормальный альбом с хорошим звуком!

ТРИ ДНЯ ВМЕСТЕ С АРИЕЙ

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ. РЕПЕТИЦИЯ

Эта глава была затеяна для того, чтобы вы могли наиболее точно почувствовать разницу между внешней «обложкой» деятельности группы и столь тонкой материей, каковой является «творческий процесс». Именно поэтому я внедрился в коллектив.

Самое сложное в нашем шпионском деле — создать иллюзию собственного отсутствия. В идеале, конечно, неплохо бы, чтобы музыканты перестали замечать меня хоть на некоторое время. Как поется в какой-то дурацкой песне: «на три дня, на три дня вы забудьте про меня…».

«Три дня» были выбраны совершенно произвольно. Мне повезло, что за это время «арийцы» плодотворно репетировали, съездили в гастрольный микротур и дали один большой концерт в Москве. Вообще наблюдать за «арийцами» интересно и забавно. Особенно на репетиции. Особенно тогда, когда «на производственный поток» ставятся новые вещи. Вот я и сижу на их репетиционной базе, вяло потягивая пиво — жарко! — и выкуривая одну сигарету за другой: очень люблю курить.