Ямвлих - О Пифагоровой жизни

(48) Они должны заботиться также и вот о чем: чтобы жить лишь с законными женами и чтобы женщины не имели внебрачного потомства из-за пренебрежения и порочности своих мужей. А также им следует считать, что жена как просительница перед богами взята с симпатией от очага и введена в новый дом[48]. Дисциплиной и благоразумием они должны стать примером для домочадцев и сограждан и должны заботиться о том, чтобы никто ни в чем не погрешил, так, чтобы не злоумышленники скрывались из страха перед наказанием, но чтобы люди, руководствуясь совестью в достойном образе жизни, сами стремились к справедливости.

(49) Он также советовал им оставить нерадивость в делах, ибо нет ничего лучше, чем мера в каждом деле. Самой большой несправедливостью он считал разлучать детей и родителей друг с другом. Самым могущественным он считал того, кто сам может предвидеть, что ему полезно, вторым — того, кто на примере случившегося с другим понял, что полезно ему самому, а самым плохим — того, кто на собственном опыте испытав неудачи, выбирает правильное решение. Он сказал, что не ошибется, если уподобит желающих снискать почести победителям в беге, ведь они не делают зла соперникам, но стремятся добиться победы сами по себе. Участвующим в политической жизни не следует выражать недовольство противниками, но, выслушивая, извлекать пользу. Он призвал всех, кто дорожит добрым именем, быть такими, какими они хотят казаться в глазах других, ведь для городского совета нет ничего столь священного, как похвальная речь, потому что совет нужен только людям, а похвала больше нужна богам.

(50) Потом он рассказал всем, что, по преданию, их город основал Геракл, когда гнал стадо быков через Италию и ему нанес обиду Лакиний Геракл, приняв ночью по ошибке Кротона, помогавшего ему, за одного из врагов, убил его. После этого на его могиле он обещал основать город и назвать его тем же именем, а сам Геракл причастен бессмертию. Пифагор сказал, что они должны вести дела справедливо, воздавая Гераклу благодарностью за благодеяние. Они же, выслушав его, основали храм Муз и отпустили наложниц, держать которых было у них в обычае, а также попросили Пифагора побеседовать отдельно с мальчиками в храме Аполлона, а с женщинами — в храме Геры.

ГЛАВА Х

(51) Он же, выполнив их просьбу, как говорят, внушил мальчикам ссор не начинать и не защищаться от тех, кто хочет начать их, и советовал им заботиться о воспитании, давшем название их возрасту[49]. Еще он наставил их в том, что мальчику, который ведет себя так, как следует, легко вести себя достойно на протяжении всей остальной жизни, тому же мальчику, который в этом возрасте ведет себя плохо, потом будет тяжело, если вообще возможно хорошо прийти к концу при плохом старте. Кроме того, он сказал, что дети более всего любезны богам и поэтому, как он сказал, в засуху города посылают просить богов о дожде именно их, так как божество лучше всего внимает им, которые одни, сохраняя совершенную чистоту, имеют право проводить время в храмах.

(52) По этой же причине и наиболее человеколюбивых богов, Аполлона и Эрота, все художники и скульпторы изображают в облике детей. Он прибавил, что даже некоторые состязания за победные венки установили в честь детей: Пифийские — после того, как Пифон был побежден ребенком[50], и в честь детей были учреждены также Немейские и Истмийские игры после смерти Архемора и Меликерта[51].

Кроме того, при основании города Кротона Аполлон обещал, что предводитель поселенцев не останется бездетным, если выведет колонию в Италию.

(53) Заключая из этого, что рождение им дал промысел Аполлона, а об их взрослении пекутся все боги, они достойны любви богов и должны привыкнуть слушать, чтобы научиться говорить. Еще же они должны устремиться сразу на ту дорогу, по которой они собираются идти до старости, следуя за предшественниками, и не перечить старшим, ибо тогда они не будут встречать неповиновение со стороны младших. Из-за этих увещаний Пифагора было единодушно решено не называть его по имени, и все стали звать его «божественный».

ГЛАВА XI

(54) Женщинам он, как говорят, рассказал сначала о жертвоприношениях, и поскольку они хотят, чтобы тот, кто молит за них богов, был прекрасным и благонравным человеком[52](ведь боги обращают внимание именно на таких), то и сами они, со своей стороны, должны выше всего ставить благонравие, чтобы боги были расположены выслушать их мольбы. Затем, то, что они собираются принести в дар богам, им следует делать самим, своими руками, и приносить на алтарь без помощи рабов, а именно: лепешки, жертвенный пирог, соты, ладан. Не следует чтить божество смертью и убийством и за один раз не следует приносить в жертву столько, будто они уже никогда не придут к алтарю. Он призвал их задуматься об их отношении к мужьям, потому что даже отцам случалось, уступая их женской природе, позволять им больше любить мужей, чем своих родителей. Поэтому хорошо не противиться мужьям и, уступая, считать себя победившей.

(55) А еще в этом собрании Пифагор высказал мысль, ставшую широко известной: «После законного мужа не будет богопротивным посещение храма в тот же день, а после сожителя этого никогда не следует делать». Пифагор советовал женщинам всю жизнь не говорить дурного и следить за тем, чтобы другие не говорили дурного в отношении их самих, а также не разрушать доставшуюся от предков славу и не подрывать доверие к авторам мифов, которые признавали справедливость женщин, отдававших без свидетелей наряды и украшения всякий раз, когда это было нужно, и их верность не породила тяжб и возражений, и отсюда сочинили миф о трех женщинах, которые, пользуясь одним общим глазом, с легкостью уступали его друг другу[53]. Но если бы такой миф сочинили о мужчинах, будто бы один с легкостью отдал приобретенное и поделился личным имуществом, никто бы не поверил, так как это не соответствует мужской природе.

(56) Кроме того, тот, кто считается мудрейшим, кто упорядочил речь людей и дал имена вещам, будь то бог, или демон, или богоподобный человек, понимая, что к благочестию более всего склонна женская природа, дал каждому возрасту их жизни имя какого-либо божества и назвал незамужнюю женщину Корой, невесту — нимфой, родившую детей — матерью, а ту, у детей которой есть свои дети, на дорийском говоре — «майей».[54]С этим согласуется и то, что оракулы в Додоне[55]и Дельфах провозглашаются через женщин. Передают, что похвалой благочестию Пифагор произвел такую перемену в сторону простоты в одежде, что ни одна из них уже не осмеливалась надевать роскошные одеяния, и все сложили огромное количество одежды в храме Геры.