Владимир Чиков - Нелегалы 1. Операция «Enormous»

И потому Леонтина настояла перед мужем, что надо ехать поездом через ФРГ. В Мексике же им было предписано следовать до столицы Чехословакии только самолетом, потому что американцам, направлявшимся через территорию Западной Германии в страны социалистического лагеря, требовалось помимо загранпаспорта иметь еще специальный вкладыш-визу, которая выдавалась в госдепартаменте США или в американских консульствах за границей. Коэны, естественно, не знали об этом и выехали в Прагу без вкладыша. В три часа утра они попали на границе с ЧССР в проверку документов, и поскольку у них не оказалось специальной визы, их задержали пограничники ФРГ на территории, которая входила в оккупационную зону США. Не помогли ни ссылки на срочные дела в Праге, ни рекомендательные и деловые письма от крупных американских компаний, уполномачивав-ших Бриггсов вести переговоры с торговыми фирмами стран Западной и Восточной Европы. Пришлось Коэнам в сопровождении немецких таможенников и пограничников пройти в расположенное внутри вокзала караульное помещение. Перед тем как войти в него, Моррис успел шепнуть супруге:

— В разговор пока не вмешивайся…

— О’кей, Бобзи! Да поможет нам Бог.

Моррис в ответ ничего не сказал, в этот момент он думал уже о другом: как лучше разыграть перед немцами роль богатого американского бизнесмена. Остановился на том, что ему надо продемонстрировать главные черты предпринимателя — хитрость, напористость дельца, ни в чем не уступающего противной стороне.

Комната, в которую ввели их, напоминала коридор военной казармы — длинный и неуютный. В дальнем углу стоял массивный стол с креслом, вдоль стен — более двух десятков стульев. Таможенники и пограничники сели около стола. Старший из них — дежурный обер-лейтенант, сняв пенсне, долго протирал стекла, затем попросил у Бриггсов документы. Внимательно просмотрев их, он выписал что-то для себя и, бросив цепкий взгляд на Морриса, вежливо произнес:

— Объясните, мистер Бриггс, цель вашей поездки в Прагу.

Только теперь Моррису пришло в голову: «А вдруг этот тип — сотрудник ФБР? И следил он за нами от самого Мехико?» Но времени для разрешения этой головоломки у него уже не было, надо было быстро отвечать.

— Я же говорил вам у поезда, господин обер-лейтенант! Или вы не верите нам? — И, не скрывая своего разочарования, добавил: — Вот уж никак не думал, что немцы такие недоверчивые…

Тот ухмыльнулся, некоторое время помолчал, потом сказал тихо, но твердо:

— Таков немецкий «орднунг», мистер Бриггс: мы должны занести ваши объяснения в протокол.

— Ваш порядок — одна сторона медали. А деловые связи — совсем другая. Разве два миллиона долларов не стоят того, чтобы ради них успеть на переговоры в Прагу?

Заметив недоумение на лице обер-лейтенанта, Моррис принялся объяснять смысл своего таинственного намека:

— На такую сумму у меня на послезавтра запланирована сделка в Праге. Имейте в виду, если она не состоится из-за моей неявки, я сделаю заявление для печати и добьюсь через международный суд, чтобы ваше ведомство возместило мне убытки. А это, имейте в виду, два миллиона долларов! И еще я предъявлю счет на проезд от Чикаго до Мюнхена и обратно. Ну как? Вы этого хотите?

— Вот, значит, как рассуждают сильные мира сего! — воскликнул обер-лейтенант. — Но едва ли ваш вопрос по нашей части…

— Вы полагаете, не по вашей? А я уверен — по вашей. Ведь вы же сняли нас с поезда! — продолжал разыгрывать роль наглого, спесивого и высокомерного американца Моррис.

— Но у вас же нет визы-вкладыша, поэтому мы вас и сняли, мистер Бриггс.

Их диалог напоминал колеблющиеся чаши невидимых весов, счет шел на мгновения, и за каждым мгновением было либо спасение Коэнов, либо арест. «Это ж надо, как можно глупо попасться после стольких тысяч миль пути», — подумал Моррис.

— А зачем вам наши визы? — взорвался вдруг он. — Мы — американцы! И находимся мы в своей зоне! Вы-то здесь при чем?..

Это был хорошо рассчитанный удар.

Обер-лейтенант не смог найти нужных слов и в который раз принялся протирать стекла пенсне. В этот момент Моррис подмигнул супруге, давая ей сигнал к тому, чтобы она тоже поддержала его. Миссис Бриггс словно только и ждала этого: резко вскочив со стула и ударив кулачком по массивному столу, она подняла типично американский скандальчик:

— Да вы знаете, с кем вы разговариваете?.. Мы же — представители большого американского бизнеса! Мы уполномочены вести переговоры не только в Праге, но и со многими другими фирмами Европы. Как вы смеете, паршивые боши, задерживать нас тут! Я протестую! Я протестую! — бушевала она.

Таможенники и пограничники с опаской смотрели на это хрупкое, очаровательное создание, осмелившееся выразить столь решительный протест и бросить вызов немецкому «орднунгу».

Обер-лейтенант, еще не пришедший в себя, был окончательно сбит с толку таким заявлением великосветской дамы. Он оглядел ее сверху вниз: в ней все свидетельствовало о достатке — и богатая одежда, и драгоценности на руках и шее, — и невольно подумал: «Да, эти люди, очевидно, и в самом деле имеют за собой могучую поддержку, иначе эта «пташка» вряд ли решилась бы так резко разговаривать со мной…»

— Кто, в конце концов, выиграл войну — Штаты или вы?.. Да это же мы помогли вам сохранить свою нацию, государственность, а вы, оказывается, такие неблагодарные! — Серо-голубые глаза миссис Бриггс холодно вцепились в немца, и казалось, она вот-вот набросится на него с кулаками.

Ей ничего не оставалось, как продолжать разыгрывать роль наглой, спесивой, богатой американки. И так было всегда: чем труднее создавалась ситуация, тем решительнее действовала она, тем громче и убедительнее становился у нее голос. Играла она свою роль блестяще. Моррис тоже внутренне ликовал: все шло так, как он хотел. А Леонтина тем временем снова разразилась потоком горячих слов, требуя немедленно отправить ее и мужа в отель или связать их с представителями американского консульства в Мюнхене. Она намеренно не скрывала своей непримиримости, ругала таможенников на чем свет стоит, и эта ее активность, Моррис чувствовал, вот-вот должна привести к положительной развязке. Поняв, что одурачила уже всех немцев, Леонтина пробормотала какие-то проклятия в адрес дежурного обер-лейтенанта и наконец присела.

— Успокойтесь, фру Бриггс, — заговорил вежливо немец. — Вот отдохните сутки на этой станции, а в понедельник мы отвезем вас в американское консульство, где вы сможете получить визу на въезд в Чехословакию. Завтра оно не работает — выходной день…

Страшная гримаса исказила лицо Эмилии Бриггс: