Павел Батов - В походах и боях

Вскоре после успешных схваток с немцами в районе Плоского И. А. Кузовков доложил по телефону, что в этот район наконец-то подходят части правого соседа. Сам командующий 70-й армией генерал-майор Герман Федорович Тарасов прилетел на наш командный пункт на самолете По-2. Встреча вначале была холодной. Но лед быстро растаял. Тарасов — молодой командарм — по своей малоопытности попал в трудное положение и не постеснялся сказать об этом откровенно.

— Армия только что сформирована, — рассказывал он мне, Гришко и Глебову. Соединения укомплектованы преимущественно из пограничников. Это не полевые войска. Штаб армии — молодежь, не имеющая боевого опыта.

— Где ваши дивизии?

— Подходят к заданным рубежам. Но мы не имеем ни боеприпасов, ни продовольствия. Тылы отстали, да и обеспечены плохо. Сто вторая Дальневосточная дивизия генерала Андрея Матвеевича Андреева сменяет сейчас полк вашей шестьдесят девятой в Плоском и Кучерлевне. Почти сутки не ели. Спасибо Кузовкову, приказал накормить людей из своих запасов. Наши, как узнали, что он бывший пограничник, сразу повеселели. И действительно, выручил по-братски…

— Невеселое дело, — сказал Иван Семенович Глебов. Тарасов, нервничая, встал из-за стола, но быстро взял себя в руки.

— Я приехал к вам не для того, чтобы оправдываться & ошибках. Армия нуждается в помощи. Если можете, товарищи, помогите.

— Сколько у нас на складах продовольствия, Григорий Елисеевич?

— Трехдневный запас, — ответил член Военного совета по тылу Гришко. Но…

— Никаких «но»… Знаю, что имеете в виду. Суточную норму питания передадим семидесятой армии. Метели уже прекратились, дороги установятся, и товарищи возвратят то, что мы дали взаймы.

Пришлось помочь соседу и боеприпасами. Уезжал от нас Тарасов растроганный. Крепко жал всем руки и заверял, что не забудет товарищеской поддержки.

С тех пор с командующим 70-й армией и его штабом у нас установились самые дружественные отношения. Командарм часто навещал наш командный пункт. Вместе мы ездили в войска. Он изучал опыт наших соединений и переносил в свою армию.

Ночью после отъезда Тарасова была получена депеша, подписанная командующим фронтом. На 8 часов утра 26 февраля назначалось наступление. Почти одновременно позвонил Рокоссовский:

— Как оцениваете свои силы и возможности, Павел Иванович?

— Мало сил, товарищ командующий. Необходимых резервов не имею.

В это время все шесть дивизий нашей армии — 149, 246, 354, 69, 193 и 37-я гвардейская — стояли в первом оперативном эшелоне. Против нас было четыре немецкие пехотные дивизии и части усиления 2-й танковой армии.

— Мы уже думали о ваших трудностях, — продолжал Рокоссовский. — Расчет был на то, что введем вслед за вами двадцать первую армию. Но Ставка повернула Чистякова на юг. Раскидали братцев-сталинградцев по всем фронтам. Но ничего не поделаешь, на юге тяжелая обстановка. Контрнаступление немцев против Юго-Западного и Воронежского фронтов развивается. Своим ударом по орловской группировке мы должны облегчить положение наших войск на юге. Задача срезать дугу и окружить немцев под Орлом остается.

— Наступать без резервов?

— Вот об этом и речь. Принято решение направить вам сто восемьдесят первую, сто девяносто четвертую и шестидесятую дивизии. Это будет ваш второй эшелон. С утра принимайте и обеспечьте подготовку наступления к указанному сроку.

Главный удар наносился силами левого фланга 65-й армии и примыкавшей к нему 2-й танковой армии генерала Алексея Григорьевича Родина в общем направлении на Севск — Середина Буда, Левее наступала 115-я стрелковая бригада И. И. Санковсасого и кавалерийский корпус В. В. Крюкова. Активные действия 70-й армии должны были сковать противника и обеспечить наступление на главном направлении. С первого дня бои приняли ожесточенный затяжной характер. Противник успел усилить свою танковую армию на орловском плацдарме семью пехотными и моторизованными дивизиями. Пленные показывали, что немецкое командование тоже готовило наступление от Орла навстречу своей 4-й танковой армии (район Харькова). Враг имел крупные резервы и успешно отражал наши удары. Приходилось буквально вгрызаться в оборону противника, брать с тяжелыми боями каждую высоту. Войска продвигались медленно. На отдельных участках в день проходили 2–4 километра.

Успех обозначился лишь на левом крыле фронта. Бригада полковника И. И. Санковского прорвала на узком участке вражескую оборону на всю тактическую глубину. В прорыв была введена сначала часть механизированных сил и кавалерийский корпус, а затем пошла и вся танковая армия. Кавалеристы я танкисты вырвались на оперативный простор. Передовые части достигли Десны севернее Новгород-Северского — на 120 километров от основной линии фронта. Казалось, еще усилие — и Родин с Крюковым откроют всему фронту выход к Днепру. После сосредоточения на Курском выступе Днепр был заветной целью наступающих войск. Ожидалось, что успех конников и танкистов заставит немцев оттянуть часть сил с орловского плацдарма. В расчете на это все резервы были подтянуты ближе к первому эшелону. Готовилась к удару своими небольшими силами я 70-я армия.

Но надежды не оправдались. Противник в районе Орла ни одной части не вывел из боя и в то же время бросил против войск Родина и Крюкова девять дивизий, в том числе танковые и моторизованные, которые немецкое командование подводило на орловский плацдарм. Противопоставить им Центральный фронт ничего не мог. Предназначавшиеся ему резервы были отданы на помощь Юго-Западному и Воронежскому фронтам. Части, вырвавшиеся в тылы врага, оказались в «мешке» и заняли оборону. Фронт их растянулся по дуге протяжением 150 километров. Танки были без горючего, кавалеристы не имели фуража. 12 марта силами шести танковых и моторизованных дивизий противник нанес удар с севера и юга по флангам, рассчитывая отрезать кавалерийский корпус и танкистов. Они стали отходить на восток, к Севску.

Меня срочно вызвал командующий фронтом. Коротко объяснив обстановку, он сказал:

— Удержать занятую кавалерией и танкистами территорию не удастся. Резервов нет. Войска отходят поспешно. Принято решение занять оборону на левом крыле фронта по реке Сев. Отступающие войска второго кавкорпуса и сто пятнадцатой бригады после выхода из боя передаю в подчинение вашей армии. Оборону на восточном берегу реки Сев занимайте немедленно. Действуйте быстрее, иначе противник на плечах отступающих форсирует реку и причинит нам еще больше неприятностей.

Фронт армии увеличивался, таким образом, почти до 100 километров. В район Севска выехала наша оперативная группа. На новый участок были переброшены три дивизии второго эшелона. Двое суток готовилась оборона, организовывалось взаимодействие с войсками генерала И. Д. Черняховского, который в то время командовал 60-й армией.