Людмила Жукова - Лодыгин

А сколько таких, что напали на верную идею, да не имеют возможности ее проверить на практике из-за недостатка средств на постройку.

И наконец, последний отряд — опытные, известные изобретатели, изобретения которых долгие годы лежат без

применения, по неимению опять же средств, «пока другой изобретатель, часто в другой стране, не придет к той же идее, к тем же результатам и его изобретение благодаря счастливым обстоятельствам не войдет в практику».

К последнему отряду Лодыгин причисляет себя: «Со мной это случилось, по крайней мере, с полдюжины раз, и благодаря существующим условиям, вероятно, случится еще не раз».

Сколько ни взывал Лодыгин к российской имущей публике, сколько ни доказывал, что «творческая способность уж не такая бесполезная вещь, чтобы ее не стоило немного поддержать для блага Отчизны», дело с созданием лаборатории стопорилось и стопорилось, хотя многие знакомые и незнакомые доброжелатели горячо желали, чтобы такая лаборатория была создана «в воспоминание об изобретении лампочки накаливания», — ведь великую досаду у многих вызывала горькая судьба этого русского изобретения. Но «большинство доброжелателей» сами не имели средств.

И все же многое радовало старого электротехника.

За время, что Александр Николаевич мыкался на чужбине, в России выросло новое поколение электротехников — выпускников Петербургского электротехнического института, Московского высшего технического училища… физических факультетов университетов…

Когда в 1910 году собрался очередной Всероссийский электротехнический съезд, съехалось 700 специалистов со всех концов России — целая армия!

Среди новой плеяды электротехников начала века особенно выделялся М. А. Шателен — ученый, общественный деятель, популяризатор электротехники.

Михаилу Андреевичу Шателену в год съезда исполнилось 45 лет. Это был человек неуемной энергии. Он стал первым профессором электротехники в России — в первом электротехническом институте России, Петербургском (с 1893 г.). С 1906 по 1915 год он председательствовал в VI (электротехническом) отделе Русского технического общества, был непременным докладчиком всех восьми всероссийских электротехнических съездов и их организатором, создателем русского электротехнического Комитета Международной электротехнической комиссии в 1911 году, активным участником работы различных государственных учреждений, связанных с электропромышленностью как до революции, так и после.

В советское время Михаил Андреевич руководил группой работников ГОЭЛРО, позже был ответственным работником Госплана, президентом Главной палаты мер и весов, представлял советскую электротехнику на международных конгрессах, съездах, совещаниях.

В 1931 году стал членом-корреспондентом АН СССР, в 1956-м — удостоен звания Героя Социалистического Труда. Он заслуженный деятель науки и техники РСФСР и Узбекской ССР.

Но главной всегда оставалась для него преподавательская деятельность: в 1901 году после увольнения из Электротехнического института за сочувствие к студенческой стачке он стал профессором Петербургского политехнического института и оставался им до конца дней (1957 г.). Его увлекала история техники, он был ее талантливым пропагандистом. За книгу «Русские электротехники» в 1949 году получил Государственную премию.

Блестяще образованный — Шателен закончил знаменитый физико-математический факультет Петербургского университета, — в юности он удивил всех, решив изучить электротехническое производство практически. Уехал за границу и поступил в филиал фирмы Эдисона, где прошел все ступени от чернорабочего до шеф-монтера первой в Европе центральной электрической станции переменного тока высокого напряжения.

Общаясь столь долго с людьми эдисоновского окружения, Шателен лучше других знал историю с лампой накаливания и в своей известной книге «Русские электротехники» свидетельствует: «Близкий к кружку лиц, работавших с Лодыгиным над усовершенствованием лампы накаливания, лейтенант флота А. М. Хотинский… уезжая в Америку, взял с собой несколько образцов изготовленных в России ламп и показывал их Эдисону…»

Вряд ли кто знал тогда, в юбилейном для Лодыгина 1910 году, что документальные данные визита Хотинского в США и к американским изобретениям хранит Центральный военно-морской архив, и потому свидетельство профессора Шателена было особенно важным.

На VI электротехническом съезде устроители его А. А. Воронов, М. А. Шателен и другие решили продолжить чествование творца электрической лампочки, зная, что Александр Николаевич принял приглашение участвовать в работе съезда. Втайне от него был заготовлен сюрприз — отысканы первые лодыгинские лампы, — их сохранил старый товарищ Лодыгина В. Я. Флоренсов.

VI электротехнический съезд открылся 28 декабря 1910 года.

Михаил Андреевич Шателен прочитал доклад (на втором заседании 29 декабря) о районных станциях для мелкой промышленности. Делегатам выдали листки для заметок. Лодыгину листок оказался мал — дописывал на обороте: «Для России более, чем где-либо, необходимо устройство центральных станций для снабжения населения вообще раздробленною энергией.

Во-первых, в России сельское население работает в поле не более 6 месяцев в году, и развитие кустарной промышленности в течение 6 остальных месяцев является насущной необходимостью.

Во-вторых, крупная фабрика, вносящая в население упадок нравственности и разрушающая крестьянскую семью и хозяйство, с успехом и выгодою может быть заменена во многих случаях кустарным производством того же материала.

В то же время в России находятся громадные залежи торфа, который может дать в тепловых двигателях энергию даже более дешевую, чем водяная. При этом, применяя это топливо по системе Фронка и Жаро, получается до 20 % сернокислого аммония — удобрительное вещество высокого достоинства, крайне необходимое в земледельческой России».

Заметив, что его предложение по разработке тепловых станций на торфе интереса не вызывает, Лодыгин поднимает его вновь и предлагает обсудить в той же комиссии, которая создается по вопросу о применении водяных сил в России.

Шателен указывает на «трудности исполнения предложения Лодыгина», считает, «что не следует осложнять работу водяной комиссии вопросом о разработке торфа», и предлагает «в VI отделе РТО поставить отдельно на обсуждение вопрос о выработке анкеты по этому вопросу». Лодыгин же предлагает образовать в таком случае особую комиссию — торфяную.

Шателен, в эти годы поборник гидроэнергетики, вновь отстаивает свою точку зрения, прося пока не выделять вопроса о разработке торфяных залежей в России.