Брет Харт - Хитман

Спустя неделю Винс наконец поделился со мной своими планами о моем проигрыше и последующем выигрыше титула. Он также сказал, что примерно осенью я проиграю пояс Шону Майклзу. Он спросил, есть ли у меня возражения, и я ответил отрицательно, заявив, что сильно уважаю Майклза. Благодаря предупреждению Родди, я сохранил лицо и поддержал план Винса. Он выглядел обрадованным.

И вот, 17 января в Спрингфилде, Массачусетс, я вышел к рингу, стараясь выглядеть как можно более больным, и проиграл Межконтинентальный пояс Монти. Зная о своем будущем, я все равно вылетел домой расстроенным, понимая, что я пропущу Royal Rumble, а значит, и большую зарплату. Единственным облегчением были выходные, которые я провел дома.

Словно стероидного скандала в WWF было недостаточно, стали появляться обвинения в адрес гомосексуальных управляющих, которые развлекались с подростками из обслуживающего персонала. Так или иначе, мы все видели, как Терри Гарвин общается с этими молодыми парнями, но никто не знал, что происходит с ними в кабинете Гарвина, если происходит вообще. Но потом бывший член обслуживающего персонала Том Коул обратился в San Diego Union - Tribune, выдав некоторые детали. Винс делал все возможное, чтобы предотвратить скандал.

16 февраля мы работали в Nassau Coliseum на Лонг - Айленде. Джим не ожидал, что на шоу будет антидопинговый тест. Весь вечер он оттягивал казнь, уверяя Вождя и наблюдателей, что не хочет писать. Он также отказался проигрывать одному из Братья Беверли, новой команды, и покинул здание в тот вечер, так и не сдав тест. Винс и так точил зуб на Джима, потому что тот не вернул ему деньги, которые Винс внес за судебный процесс с US Airways, несмотря на то что Джим получил круглую сумму. На следующий день на ТВ - записях в Тампе раздраженный Винс уволил Джима. Джим громко хлопнул дверью и отправился на поиски Вождя. Когда он нашел Вождя, Джим бросил телевизионный монитор прямо в его голову. Вождь пригнулся, и монитор попал в ногу телевизионного режиссера WWF. Потом Джим сел в машину и рванул прочь со стоянки.

Поскольку Джима уволили, Оуэна объединили в команду с

LINK: Коко Би. Уэйром ( его вернули, простив европейские похождения ), назвав их " Высокая Энергия ". Несмотря на глупость этой идеи, Оуэн оставался оптимистом и был полон этой самой энергии, он и Коко решили сделать все возможное, чтобы использовать свой шанс. Были и хорошие новости: Марта родила Оуэну сына. Мальчика назвали Одже, это было детское прозвище Оуэна.

4 марта под прессом обвинений в половых извращениях уволились

LINK: Пэт Паттерсон, Терри Гарвин и Мел Филлипс, хотя никто из них не признал свою вину. Винс и Бруно Саммартино в итоге ввязались в грязный спор на Шоу Ларри Кинга. Эту дверь не успели захлопнуть вовремя, и все люди, которые поссорились с Винсом в разное время, стали рассказывать свои истории о сексуальных извращениях в компании.

Мне была нужна чья - то поддержка, и я получил ее в ресторане HoJo " s в Бостоне от Харли Рейса. В городе была и WCW, рестлеры обеих компаний оказались в одном баре, и парни из WCW кружили вокруг фанаток WWF, словно увидели самых прекрасных женщин на свете.

Харли снова нашел себя, став хилом - менеджером огромного, рыжеволосого монстра по имени Вэйдер, который выступал в красной кожаной маске. Вэйдер был теперь чемпионом мира по версии WCW и крупной звездой в Японии. Я восхищался Харли, который пережил развод, операцию на кишечнике, несчастный случай на лодке и банкротство, но все же смог заключить выгодный контракт с WCW. Я был благодарен, когда он отвел меня в сторонку, заказал мне пива ( сам - то он теперь не пил ) и спросил, не собираюсь ли я вскоре уйти от Винса. Я ответил, что было бы глупо уходить сейчас, особенно, учитывая, как со мной поступала WCW во время предыдущих переговоров. Но все же, я молча выслушал рассказ Харли о планах WCW составить конкуренцию Винсу за счет средств Тернера. Именно в тот момент, по его словам, я мог заключить огромный контракт с ними: " Брет, ты же лучший работник в бизнесе сегодня ". Я был поражен, что удостоился такого комплимента от столь уважаемого человека, как Харли. Я обещал ему подумать над предложением, но, как бы странно это ни звучало, в то время Винс стал мне немного более симпатичен.

Винс был холоден и безжалостен до предела, и казалось, что, наконец, он получает по заслугам за свое обращение с рестлерами. Но я работал на WWF уже семь с половиной лет и ни разу не заметил Винса в том, в чем теперь обвиняли Терри Гарвина и Мела Филлипса. А обвинения в том, что он пичкал рестлеров стероидами, казались надуманными. Винс всегда говорил, что ему нравились рестлеры с хорошим телосложением, но каждый сам решал, каким путем добиваться этой задачи. Мне казалось, что единственная вина Винса была в том, что он на многое смотрел сквозь пальцы, но то же самое можно сказать и о владельце любой спортивной команды или председателе национального Олимпийского комитета.

Винс, кроме всего, был человеком, который вытащил рестлинг из прокуренных залов и маленьких зданий и превратил его в развлечение для всей семьи, прорвав возрастные, экономические, половые и национальные границы. Мы все стали героями, люди покупали наши игрушечные фигурки. Это было хорошо не только для фанатов - несмотря на беспощадное расписание и унизительное обращение, моя жизнь теперь была куда лучше, чем когда я с глубокими порезами на лбу, зажатый, как сардина в консервной банке, отматывал сотни километров в промерзшем насквозь фургоне. Если бы Винс потерял все, где бы мы оказались ? Конечно, Винс был не идеален, но я хотел, чтобы та энергия, с которой люди на нас накидывались с притянутыми за уши обвинениями, была направлена на решение реальных проблем.

В течение своего четырехдневного отпуска я рисовал огромный плакат в подарок Халку, где изобразил всех рестлеров WWF, которых мог вспомнить. Судя по всему, Халк должен был покинуть компанию после WrestleMania VIII и направиться в Голливуд. Его репутация героя была подмочена, но он накопил достаточно денег, и я сомневался, что он вернется обратно. Без стероидов Хоган выглядел бы, как простой смертный. Я - то считал, что Халк, как и Винс, поднял этот бизнес на вершину, и то, как бесславно Халк увядал, казалось мне неправильным.

Стю, Хэлен, Джорджия, Джули и все дети приехали в Индианаполис на WrestleMania VIII. Джули вела себя отвратительно все время, пытаясь разрушить счастливейший день моей жизни. Чем выше я забирался, тем хуже становились наши отношения, Джули словно противилась росту моей популярности. В ночь перед WrestleMania VIII мы оказались в баре с моим рыжеволосым итальянским фанатом Карло, который стал для меня близким другом и даже прилетел из Торонто. Зашел сын Винса Шейн, он работал в компании, выполнял различные поручения, ставя ринг или работая рефери, и изучал бизнес, чтобы когда - нибудь унаследовать дело отца. Я всегда старался присматривать за ним, и ему это нравилось. Когда он подошел, ко мне подбежала взволнованная Джули. Шейн улыбнулся и пожал мне руку, а я сказал: " Познакомься с моей женой ". Шейн стал красным, как свекла. Повисло неудобная тишина. Джули казалась взбешенной, но я не понимал, почему. Карло прошептал мне в ухо: " Он только что подкатывал к Джули ! " Естественно, Шейн не мог знать, кто она такая. Шейн быстро ретировался в другую часть бара. Я решил забыть об этом инциденте, но, посмотрев на него снова, я заметил в его взгляде вызов. Я подумал: " Ясно, он понял, что я знаю, но считает, что я промолчу, раз его папочка - мой начальник ". Он ошибался.