Юрий Гавриков - Че Гевара. Последний романтик революции

Пришедший к власти президент Турбай Айала, как и его предшественники, безуспешно пытался покончить с партизанским движением. В 1979 году им принимается так называемый статус безопасности, который фактически узаконил «осадное положение» и усилил репрессии против трудящихся. Но к действовавшим в сельской местности партизанам добавились городские повстанческие организации. Одна из них, «Движение 19 апреля» (сокращенно — «М-19»), действовавшая наиболее смело и решительно, руководилась выходцами из колумбийского комсомола, позднее порвавшими с компартией по тактическим соображениям. Именно с ней мне довелось «познакомиться» в Колумбии.

(Прим. авт.: В силу сложного внутриполитического положения в стране приемы в диппредставительствах, аккредитованных в Боготе, как правило, устраивались в дневное время. В 1980 году посол Доминиканской Республики, с которой СССР имел дипломатические отношения, тоже проводил прием в честь национального праздника своей страны днем, в здании посольства. Это был довольно большой двухэтажный особняк, расположенный в весьма безлюдном квартале колумбийской столицы. Перед зданием простирался обширный пустырь, на котором местные любители футбола часто гоняли мяч. Играли там и в день приема...

Через некоторое время после его начала «футболисты» с сумками через плечо направились к посольству. Стоявшему у входа полицейскому они сказали, что являются техперсоналом представительства и хотят пройти в подсобное помещение, чтобы там переодеться. Войдя в здание, «спортсмены» выхватили из сумок автоматы. Стреляя в потолок, они объявили собравшимся, что те захвачены бойцами «М-19».

От правительства партизаны потребовали освободить из тюрьмы их товарищей, большую сумму денег и самолет для своего вылета с территории Колумбии. Пока почти месяц велись переговоры, заложники, среди которых были послы США, Франции, Ватикана, Мексики и других государств, пребывали в здании посольства под охраной партизан. Кризис удалось преодолеть благодаря посредничеству Фиделя Кастро, предоставившего самолет, который вывез повстанцев на Кубу, и выдержке президента Турбая, не согласившегося с генералитетом, толкавшим его на вооруженный вариант освобождения заложников.)

Не удалось окончательно «усмирить» страну и правящим кругам Боливии. Да и в них самих не было единогласия. Совершивший государственный переворот, командующий армией А. Овандо не только заявил о солидарности с прогрессивными военными в Перу, но и национализировал американскую нефтяную компанию «Боливиэн галф ойл» и установил контроль за экспортом сырья. Правительство Боливии подписало торговое соглашение с СССР. Став президентом страны, генерал Овандо даже пытался возложить всю ответственность за гибель Че Гевары на генерала Баррьентоса, к тому времени погибшего в авиационной катастрофе в апреле 1969 года. Овандо утверждал, что он при обсуждении в правительстве судьбы Гевары выступал против убийства партизанского командира.

Поведение Овандо вызвало резкую реакцию правящих кругов США. В документах сената он был назван «оппортунистом без политических убеждений». Боливийское правительство ответило на эти выпады устами своего министра информации А. Бэйли. Его заявление было крайне резким и выдержано в открыто антиамериканском духе.

Но самое интересное было то, что новый президент заговорил о позитивном вкладе Че в развитие боливийской революции. «Гевара, — сказал он как-то журналистам, — боролся другими средствами за идеал великой латиноамериканской родины, за который боремся и мы». Все эти действия генерала снискали ему врагов не только в Штатах, но и в собственной стране, особенно среди офицеров, принимавших непосредственное участие в карательных акциях против партизан. 6 октября 1970 года генерал Овандо был лишен президентского кресла. (Прим. авт.: В 1971 году правительство прогрессивно настроенного генерала Хуана Хосе Торреса возбудило против А. Овандо дело по обвинению в убийстве Баррьентоса путем организации упомянутой авиакатастрофы. Но суд над генералом не состоялся, так как Овандо, находившийся в то время в Испании, вернуться в Боливию и предстать перед судом отказался.)

Пришедший к власти в октябре 1970 года генерал Торрес выдвинул прогрессивную программу социальных преобразований в Боливии, поддержанную шахтерами и крестьянами. Он восстановил демократические свободы, освободил политических заключенных, в том числе и Р. Дебре. В команде Торреса активную роль играл полковник Рубен Санчес, который, будучи майором, был взят в плен партизанами Че, а затем отпущен ими на свободу.

Торрес не смог удержаться у власти (он был свергнут в августе 1971 года). Раздробленные демократические силы Боливии, в том числе и компартия, были не в состоянии оказать действенное сопротивление реакции. (Прим. авт.: Это тоже сознавал Че Гевара, когда начинал свою деятельность в Боливии. Именно поэтому не принимал он всерьез и самоуверенные заявлении боливийского генсека Марио Монхе.)

После поражения группы Инти Передо в Ла-Пасе появился новый партизанский отряд. Под видом инструкторов по ликвидации неграмотности партизаны посещают министра просвещения и получают от него материальную поддержку своей «просветительской» деятельности — 2 грузовика и «джип». На них они в составе 75 человек отбывают в сельскую местность (в группе были студенты, рабочие и крестьяне), где совершают нападение на одну американскую компанию. Захваченные специалисты компании (их было двое) позднее обмениваются на 10 политзаключенных. Партизаны в конечном счете тоже потерпели поражение, но сумели вновь взбудоражить «уснувшую» было страну.

В результате действия подобных отрядов у простых боливийцев складывалось четкое убеждение в важности партизанской тактики в освободительной борьбе. Поражения и неудачи отдельных групп они склонны были чаще всего относить на счет недостаточного опыта и отсутствия должных организаторских способностей у их командиров. При этом именно как положительный пример приводился партизанский талант Гевары (причем даже после его гибели). Расскажем об одном любопытном случае.

В одном из партизанских отрядов, о которых мы говорим выше, боец, прихватив на пропитание пару банок консервов, покинул его и уехал домой. Он был найден и расстрелян партизанами как дезертир. Его вдова Татьяна Вальдивиа опубликовала в местной прессе свое открытое письмо по этому поводу. Вот что она писала в нем, обращаясь к командиру отряда:

«Я уверена, что если бы этой группой руководил Че, сложилась бы другая ситуация... Начиная партизанские действия, вы даже не ознакомились с написанной им книгой, в которой он ясно показывает, кто подходит, чтобы стать настоящим борцом, а кто интеллектуальным. Из сказанного следует, что провал этой второй битвы обязан плохой организации и неспособности командиров, хотя те призваны вникать в малейшую деталь, дабы избежать столь пагубных финалов, как упомянутый провал, который потряс весь боливийский народ и который имел место не только из-за неслыханных преступлений, совершенных военными»[357].