Григорий Сивков - Готовность номер один

В мировой науке, как на войне, непрерывно идут затяжные ожесточенные упорные бои. И мы, солдаты отечественной советской науки, должны всегда знать свою роль и место, чтобы выйти из этих боев победителями. Нам совсем не безразлично, находясь, как говорится, на острие бритвы, кто раньше сделает то или иное научное открытие: мы или империалисты.

Друзья-однополчане

Занимаясь преподавательской и научной работой, подготовкой вместе с коллегами по академии кадров специалистов для нашей военной авиации, я часто вспоминаю дни минувшей войны, своих друзей-однополчан, чувствую, как тогда в боевом строю, их локоть и поддержку.

Насколько мне позволяет свободное от работы время, встречаюсь со своими товарищами по оружию, пишу им, отвечаю на письма, выполняю их нечастые просьбы, стремлюсь всячески помочь, если это требуется, в меру своих сил и возможностей. Езжу к некоторым в гости, и некоторые из них навещают меня, бывая проездом в Москве. Словом, не глохнет наша фронтовая дружба, продолжает крепнуть ваше фронтовое товарищество, продолжают жить традиции 210-го штурмового авиационного полка.

Побывал я на родине Коли Калинина. Правда, не сразу после войны удалось это сделать: учеба, работа. Но все это время меня преследовала мысль: надо обязательно разыскать родных своего спасителя, выполнить свой товарищеский долг. Строка из стихотворения Ольги Берггольц "Никто не забыт и ничто не забыто" - постоянно напоминала мне об этом. Да тут еще подтолкнули красные следопыты из школы имени Николая Калинина села Волчье-Александровка Белгородской области. Они написали письмо в Министерство обороны СССР, в котором, в частности, осведомлялись - жив ли командир эскадрильи Сивков. Им ответили, что я в академии имени Н. Е. Жуковского. Я пионерам тоже написал письмо и засобирался в дорогу. Вдруг звонок по телефону. Заместитель командира по политчасти одного из соединений Московского военного округа сообщил о том, что в части служит брат Николая Калинина Володя.

На следующий день еду в эту часть. Провел по просьбе командования беседу с солдатами. Они интересовались событиями минувшей войны.

Встреча прошла интересно, вновь и вновь напомнила о фронте и подвиге Николая Калинина. Увиделись мы тогда с Володей и решили вместе поехать на его родину. Володя - отличник боевой и политической подготовки. Командование части разрешило ему десятидневный отпуск.

Трогательное свидание с родными Калининых. Мать, Софья Леонтьевна, уже совсем старушка, рассказала мне о семье и детстве Коли. Большая дружная семья: сестра и четыре брата, из которых Коля был самым старшим. Отец Коли умер. Семья в почете и уважении у местных властей и односельчан. Материально обеспечена.

Встретились мы с пионерами, потом с колхозниками на вечере в клубе и с руководителями района. Побывали на покосе, посмотрели колхозные фермы. Большое, хорошо поставленное хозяйство.

Как преобразилась за прошедшие пятилетки деревня, разрушенная войной! Из руин и пепла поднялись новые дома, новые колхозные постройки. Всюду электричество, машинная техника. Хозяйство стоит на крепких ногах и ведется на научной основе. А в домах колхозников - холодильники, стиральные машины, телевизоры и мотоциклы. И во всем чувствуется достаток. Сердце радуется. Много, очень много сделано нашей партией и тружениками колхозного села для подъема сельского хозяйства после войны.

По-родственному, исключительно тепло встретила нас семья Николая Калинина. Гостеприимно и радушно принимали нас хлебосольные хозяева земли Белгородской. Колин брат Василий после этого тоже приезжал погостить ко мне в Москву.

Еще до встречи с семьей Николая Калинина я съездил в станицу Голубицкую, что под Темрюком. Стал разыскивать очевидцев гибели Коли. Мне помогали пионеры из школы этой станицы. Но подробности так и не удалось установить.

Станичники показали мне место, где погиб Николай. Оно совпадало с данными полкового дневника. Именно здесь упал самолет ИЛ. А что стало с летчиками, никому неизвестно. Назвали мне человека, который жил на берегу моря. Это был участник тяжелого похода одного из соединений в гражданскую воину, описанного Серафимовичем в книге "Железный поток". Но в тот день, когда погиб Коля, человек был в отъезде. Позже он видел обломки самолета, а о судьбе летчиков сказать ничего не мог.

- Говорили, будто выпрыгнули они с парашютами,- сообщил он. - А больше другого не слыхал...

Так до сих пор остается пока загадкой, что сталось с Колей и его воздушным стрелком Поповым.

Красные следопыты продолжают поиск. Возможно, и удастся установить хоть какие-нибудь подробности. Хочется верить в это.

Постоял я на скорбном месте Колиной гибели, у склона высотки, возле небольшого углубления в земле, поросшего вокруг кустарником. Почтил память боевого друга, вспомнил путь от Донбасса до Вены. Много погибло однополчан. Большой, очень большой ценой досталась нам нелегкая победа!

После войны разъехались друзья-однополчане по своим родным местам, занимаются мирным трудом. Но не забывают свой полк и фронтовую дружбу. Каждый год, если имеется хоть малейшая возможность, собираемся мы в Москве на традиционную встречу однополчан 9 мая, в День Победы, в 15 часов на Советской площади, напротив Моссовета, у памятника Юрию Долгорукому. А два раза собирались мы в городе Керчи.

Прежде всего шли к памятнику нашим однополчанам в центре города, на улицу Кирова, где в прошлом были ожесточенные многодневные бои с врагом. Сооружен он на средства ветеранов нашей 230-й штурмовой авиационной дивизии, семей погибших однополчан и благодарных жителей города Керчи, по проекту архитектора М. В. Лисицина.

В скорбном молчании стоим некоторое время возле гранита и бетона. Вспоминаем каждый про себя суровые годы минувшей войны, незабвенных наших героев боев за Керчь.

На бетоне высечено золотыми буквами: "Воинам-авиаторам 230-й Кубанской штурмовой авиационной дивизии, павшим в боях за Родину. 1941-1945 гг. Товарищи по оружию".

И стихи:

Ваш грозный строй летит в века,

Сердца волнуя вечным зовом.

Крыло к крылу, к руке - рука

В военном воздухе суровом.

Памятник расположен в сквере перед морем. Деревья, зелень и множество цветов. Пионеры школы имени Желябова шефствуют над памятником. Несут пионерскую вахту в торжественные праздничные дни. А в будни сажают. и поливают цветы, содержат в чистоте и порядке сквер и близлежащую территорию.

На этой улице, как и во всем городе, из развалин выросли многоэтажные красивые дома. Восстановлены промышленные районы Керчи. Город стал краше довоенного. Промышленность успешно справляется с планами пятилетки. Горняки дают железную руду и агломерат. Рыбаки выходят на океанских судах в Атлантику,