Александр Витковский - Поединок спецслужб. Перезагрузка отменяется

Вернувшись в гостиницу, он дождался Пеньковского и передал ему пакет. Остаток вечера провели в ресторане. Расставаясь, договорились увидеться на следующий день в 17 часов в кафе «Метрополя».

Назавтра в кафе Пеньковский передал Винну сверток с 20 экспонированными фотопленками и письмом в разведцентр, исполненным тайнописью. В нем сообщалось о предпринимаемых им усилиях по получению ценной разведывательной информации и результатах этой работы.

Оставив Пеньковского, Винн к 20.00 прибыл в визовой отдел посольства и отдал пакет Чизхолму. Оттуда прошел в клуб, где пробыл около часа, и вернулся в гостиницу.

В оставшиеся до отъезда дни Винн встречался с Пеньковским в служебной обстановке и на стендах выставки, решая деловые вопросы своей поездки.

6 июня, перед отлетом Винна из Москвы, Пеньковский сообщил ему, что в августе он будет командирован па советскую выставку в Лондон.

В конце июня Пеньковский получил от разведки первую рабочую радиограмму. В ней сообщалось, что в МИ-6 не смогли прочесть тайнописный текст, так как агент, наверно, неправильно пользовался при написании тайнописной копиркой. (Ну что ж, бывает, — первый тайнописный лист—комом...) Ошибка заключалась в том, что Пеньковский перепутал чистый лист и копирку, которые находились в одном блокноте и ничем друг от друга не отличались.

Через несколько дней после возвращения Винна из Москвы (это был уже конец июня) ему впервые позвонил Киш: Он сообщил, что «Янг» обратился за въездной визой в английское посольство. Здесь же Кинг попросил Вина срочно сообщить ему, как только будут получены какие-либо сведения о приезде Янга.

Вскоре Винн получил телеграмму из ГК по КНИР, в которой говорилось о дате прилета Пеньковского в Лондон. Коммерсант тут же связался с Кингом, который дал задание зарезервировать для Янга гостиницу и проинформировать о его местопребывании после приезда в Лондон и рабочих планах визитера.

Пеньковский прилетел в Лондон 18 июля. Винн встретил его, привез в отель «Кенсингтон корт», а чуть позже позвонил из своей конторы Кингу.

Вскоре в конторе Винна раздался звонок от Кинга. Разведчик попросил доставить Янга на ул. Коалхэрнкорт и показать ему крайний подъезд дома, расположенного на углу улиц Бромптон и Литл Болтоне. Винн все выполнил точно.

Подойдя к дому, Пеньковский увидел вышедшего ему навстречу Майка. Поднявшись в лифте, они вошли в квартиру, где уже находились Грильс, Александр, Ослаф и новый разведчик по имени Радж.

Именно здесь, с 18 июля по 8 августа, было проведено несколько встреч разведчиков с Пеньковским, во время которых разбирались и анализировались переданные предателем секретные материалы, уточнялись детали техники фотографирования, обсуждались возможности приема радиопередач, на предмет опознания изучались альбомы с фотографиями советских служащих, работавших в загранаппаратах, которые подозревались в принадлежности к ГРУ и КГБ.

Прибыв на одну из встреч, разведчики сказали Пеньковскому, что для него подготовлены две военные формы: полковника английских и американских вооруженных сил.

Пеньковский оживился и проявил неподдельный интерес, изъявив желание сфотографироваться как в одной, так и в другой форме. Это было незамедлительно исполнено. Разведчики не скупились на обещания, гарантируя агенту, в случае его приезда на Запад, государственное покровительство, американское гражданство или английское подданство, а также соответствующую должность в одной из спецслужб этих стран.

Вскоре после процедуры фотографирования на конспиративную квартиру прибыл начальник русской секции МИ-6, который провел тщательный инструктаж Пеньковского по вопросам сбора и передачи информации, соблюдения правил конспирации, обеспечения личной безопасности.

В беседе с шефом русской секции Пеньковский достаточно настойчиво высказал свое желание быть представленным главе английского правительства, так как это, по его мнению, подтвердило бы значимость той работы, которую он выполняет в интересах Англии и США. Вот так проявились неудовлетворенные амбиции и жажда осознать собственную значимость, пусть даже через предательство. Англичанин ответил, что представление связано с посещением правительственных учреждений и может привести к его расшифровке.

Такой ответ не понравился Пеньковскому, о чем он и дал понять собеседнику.

Американцы во время диалога сохраняли молчание и не вмешивались.

Значительно позже, когда Пеньковский был в Париже, этот разговор получил свое неожиданное развитие.

В один из вечеров американцы пригласили Пеньковского в гости, не ставя при этом в известность англичан.

В назначенное время Янг приехал в обусловленную гостиницу, нашел номер, в котором проживали Александр и Ослаф.

Во время состоявшегося застолья американцы начали сетовать на то, что им приходится работать с Пеньковским вместе с англичанами. Агент напомнил, что сначала пытался установить связь с американской разведкой, но не дождался ответа. Александр вновь объяснил нерешительность ЦРУ боязнью провокации со стороны КГБ, в то время как понимание серьезности и искренности намерений Пеньковского спецслужбы США смогли оценить лишь тогда, когда англичане сообщили им о его обращении, подкрепленном секретными материалами чрезвычайной важности.

Продолжая тему, американцы подчеркнули, что они разделяют стремление Пеньковского встретиться с кем-либо из членов английского кабинета, а потому пытались убедить партнеров в предоставлении такой возможности. Со своей стороны, они доложили о просьбе Пеньковского в Вашингтон и предложили вывезти его на военном самолете на пару дней в Америку, чтобы представить лично Джону Фицджеральду Кеннеди — 35-му президенту США.

Пеньковский поинтересовался реальностью такого плана. Американцы ответили, что задуманное несложно было бы выполнить технически, но в Лэнгли все-таки сочли рискованным доставлять Пеньковского в Вашингтон, так как даже непродолжительное его отсутствие могло быть замечено и вызвать подозрение в советском посольстве. Поэтому решили перенести его встречу с президентом на время командировки в США.

Агента подбодрили тем, что директор ЦРУ Аллен Даллес знает о нем очень подробно и высоко ценит его секретную миссию.

За два дня до отъезда Пеньковского из Лондона произошло его знакомство с Анной Чизхолм. Ему было сказано, что в промежутках между его командировками за рубеж и приездами в Москву Винна поддерживать связь с разведцентром надо через Анну. Было оговорено, что в сентябре и ноябре 1961 года, но пятницам, в 13.00 Пеньковский будет встречаться с Анной на Арбате у антикварного магазина. Увидев его, Анна должна проследовать за Пеньковским в подъезд одного из домов, находящихся в переулке, прилегающем к Арбату. Такой же порядок встреч был определен на октябрь и декабрь, но уже по субботам, в 16.00, в районе Цветного бульвара. Встречи должны были носить «моментальный» характер передачи друг другу разведывательных материалов.