Анатолий Житнухин - Геннадий Зюганов

Причина такого трогательного единения вполне объяснима: и правые, и крайние левые прилагают огромные усилия, чтобы в оценках современных социальных проблем развести классовое и национальное в разные стороны. КПРФ же исходит из того, что без понимания своих классовых интересов любое национальное движение становится игрушкой в руках реакционных сил. И наоборот, человек, лишенный национального сознания, подвержен манипуляциям чуждых ему классов, легко утрачивает классовую позицию.

Политика Компартии, поставившей русский вопрос на повестку дня еще в 1991 году, принципиальна и последовательна. В своем докладе на мартовском пленуме ЦК 2007 года, посвященном защите русской культуры, Зюганов еще раз затронул ее наиболее важные положения:

«Угроза национальному бытию русского народа — не выдумка. Задача национального спасения — объективна и неотложна. Но она может быть разрешена только в том случае, если будет правильно сформулирована и правильно понята массами. Прежде всего, вопрос в том, откуда исходит угроза национальному бытию и культуре русского народа.

Шовинист отвечает на этот вопрос коротко и ясно: от другой нации. На этом основании он призывает „забыть“ о классовом угнетении внутри нации ради спасения ее как единого целого. В этом суть и социал-шовинизма 1914–1917 годов, и послефевральского „революционного оборончества“, и нынешнего „путинского патриотизма“…

Но история не для того поставила коммунистов во главе патриотического движения за национальное спасение, чтобы они разбавляли свою идеологию и программу предрассудками наиболее отсталых и неразвитых участников этого движения. А для того, чтобы поднимать их до понимания истинного положения.

Сегодня абсолютизируется мнение, что современный пролетариат — исключительно русские люди, которых не пускают в другие сферы. А эксплуататоры — исключительно представители иных национальностей, инородцы. На этом основании делается вывод, что социальные противоречия густо окрашены в национальный цвет. Мы видим в политике российской верхушки переплетение самых разных элементов — и космополитизма, и национализма. А значит и в социально-экономических делах не может быть простых решений. Нельзя, что называется, отмерить и отрезать: мол, вот это русское, а это не русское. Здесь требуется именно классовый, самый серьезный марксистский подход.

Вне борьбы с эксплуататорами внутри собственной страны нет и не может быть сегодня борьбы за свободу и целостность своего Отечества. Врагом русской нации является не какая-то другая нация, а насаждаемый в России социально-экономический строй, режим его насаждающий. Падение этого режима приведет не к крушению России, а к расчистке пространства для ее возрождения.

Борьба за национальное освобождение, за национальную самобытность не может быть в современных условиях ничем, кроме как борьбой за социальное освобождение, за социализм. Это записано в нашей партийной Программе. А непременным условием борьбы за социализм является интернациональное сплочение и единство трудового народа. У этого единства много факторов: экономических, социальных, духовных…»

Становится понятно, что не «национализм» Зюганова вызывает тревогу у придворного полит-бомонда, а то, какие пути разрешения национальной проблемы в современной России он предлагает. Ведь он не раз подчеркивал, что дать ответ на русский вопрос могут только русский социализм, теория и практический опыт коммунистического движения в нашей стране, извлеченные из него уроки. Спекулируя на патриотизме россиян, кремлевские партии уходят от главной проблемы — проблемы собственности. Закономерен вопрос: каким образом они намерены решать обострившиеся социальные противоречия и стратегические вопросы национального развития, если государственный сектор экономики составляет на сегодняшний день всего лишь 10,3 процента! Об этом умалчивается. Разве будут говорить ставленники российских олигархических кланов о том, что структуру современной экономики России нельзя назвать даже пародией на то, что мы видим в ведущих европейских странах, где правящая элита не утратила остатки разума и совести. Здесь государственная собственность неизменно превалирует во всех отраслях, обеспечивающих национальную безопасность и стратегию социально-экономического развития. Ее общий удельный вес в Великобритании составляет 36 процентов, в Германии — 39, Италии — 41, Швеции — 43, Австрии — 4 0 процентов. В собственности государства находятся узловые отрасли экономики США и Франции.

Огромную тревогу общества вызывает то, что из-под его контроля полностью выведен Стабилизационный фонд, совокупный объем которого на 1 марта 2007 года составил 2 триллиона 708,85 миллиарда рублей, что эквивалентно 103,55 миллиарда долларов. Структура активов Стабфонда засекречена не только от общества, но даже от депутатов Госдумы. При этом известно, что накопленные в нем средства размещаются таким образом, что приносят минимальную финансовую отдачу и работают на чужую, прежде всего американскую экономику, прямо или косвенно финансируя войну в Ираке, оккупацию Афганистана, расширение НАТО с военными базами вокруг России и создание новых систем «звездных войн». Рассуждения о суверенной России никак не согласуются с тем, что контроль и доходы от продажи российского сырья на Запад фактически оказались в руках западных монополий. При этом правительство упорно скрывает ответ на вопрос: могут ли деньги Стабфонда вообще использоваться Россией?

В свое время президент США Рузвельт, выводя свою страну из кризиса, развернул массовое строительство дорог и жилья за счет федерального и местных бюджетов. Он прекрасно понимал, что до тех пор, пока людям негде жить и работать, социальная стабильность в обществе невозможна. Неслучайно в Федеральной резервной системе США в число трех важнейших показателей входят уровень цен, объем производства и занятость населения. Наш же Центральный банк заботят только курс рубля и уровень инфляции, хотя все серьезные экономисты давно признают, что инфляция в России носит немонетарный характер и внизу социальной лестницы, где у нас сейчас находится почти 80 процентов населения, она воспринимается совсем по-иному, нежели наверху. При нынешнем росте коммунальных платежей и тарифов люди попросту не могут нормально питаться, лечиться, растить детей.

Выступая весной 2007 года перед избирателями Красноярского края, Зюганов обратил внимание на то, что закачиваемые в Стабилизационный фонд гигантские суммы оказываются замороженными. Вместо того чтобы вкладывать их в развитие промышленности, подъем села, восстановление вкладов, решение социальных проблем, правительство Путина — Фрадкова под предлогом борьбы с инфляцией опять выводит эти средства в западные банки. К этому нужно добавить 30–35 миллиардов долларов, которые ежегодно — и вполне легально — вывозятся сейчас за рубеж крупным капиталом.