Карибские дневники Аарона Томаса, 1798 - 1799 - Станислава Радецкая

NB: Хотя мое письмо помечено «Парамарибо», я упустил возможность отослать его оттуда, и мне пришлось забрать его в Вест-Индию; мы прибыли сюда вчера в целости и сохранности. В письме все рассказано так подробно, что мне нечего больше добавить, кроме как уверить вас в своей искренней привязанности до самой смерти. АТ

Июль 1799 (начало)

Вторник, второе июля 1799

Послал Бевана и Брайанта Тодли к горячему источнику набрать для меня минеральной воды.

В два дня отправился на берег с миссис Лаш. Дошел до источника. Вернулся на закате. Деннис, медник Макнайт и Льюингтон из Кента ушли на берег в лодке, что привезла воду, вернулись в нашей. Макнайт, Бен Карлью и Деннис очень пьяны. Много людей на борту напились; Уоткинс, помощник боцмана, упал с верхней палубы в трюм и так пробил себе голову, что его жизнь в опасности.

Среда, третье июля

Отправился на берег к водопою в лодке, которая возит воду. Навестил мистера Хиггинса, который рассказал, что его приватирская шхуна «Мэйфлауэр» села на мель за фортом Грейт-Чарльз, сбила о риф фальшкиль и руль, и ушла к Бастеру. В одиннадцать утра вернулся на корабль с Т.Х.

В два дня отправился на берег в ялике. Навестил мистера Гамильтона. Отослал на баркас банановых стеблей. Читал газету Сен-Китса вместе с мистером Мернси. В шесть вернулся на борт.

Четверг, четвертое июля

В десять утра оставили Невис, мистер Ричардсон и мистер Хаггинс поднялись на борт. Встали в дрейф на рейде Бастера. Капитан отправился на берег. Рядом с кораблем затонуло каноэ с берега, с Черным Королем и прочими на борту; все живы. Наш мастер, мистер Дайс, потерял четырнадцать рубашек, пятнадцать пар чулок и прочего белья на перевернувшейся лодке, и ему придется заплатить пятнадцать джо, чтобы купить новое взамен. У мастера, мистера Брауна, в лодке было пять галлонов рома, и весь он пропал. О том, как месяц назад Дайс разбил бутылку с ромом, принадлежавшую боцману. Сегодняшнее ликование боцмана из-за несчастья мистера Дайса.

Все американские корабли на рейде подняли все флаги в честь их Дня Независимости. Военный корабль Соединенных штатов был украшен очень симпатично. В шесть вечера наш капитан и Шэмпейн с брига «Зефир» поднялись на борт. Все ужинали на борту. В восемь вечера Шэмпейн оставил «Чайку» и вернулся на «Зефир», после чего мы подняли паруса и пошли на юг.

Пятница, пятое июля 1799

Обошли Редондо с наветренной стороны. В семь утра увидели бриг, идущий по ветру. Встали в дрейф. Это оказался бриг-пакетбот Его Величества «Пенелопа». Тот самый, который отвез генерала Бойера домой и оставил Тортолу четвертого апреля. Взяли курс по ветру. В десять утра бросили якорь на рейде Бастера вместе с пакетбригом.

Мистер Маклохлен обедал у нас на борту.

Убили овцу, которую я купил у мистера Тэйлора с Невиса и заплатил за нее два джо или три фунта двенадцать шиллингов. Она весила пятьдесят фунтов. Поэтому она обошлась мне в семнадцать пенсов и фартинг за фунт.

Происшествие: как Х. был на берегу и ударил мистера Роберта Уилкса, начальника почты, в его же собственном доме, из-за послания. Миссис У, как только Х. ушел, кричала: «Остановите злодея» и т.п.

Суббота, шестое июля

В шесть утра Х. отправился на берег с томиком комментариев Блэкстона к законам Англии. Это был томик, который толкует законы о нападениях. Теперь Х. нашел себе новое занятие, из-за того, что сошел на берег слегка выпивши и ударил мистера Уилкса.

В четверг на борт вновь поднялся мистер Краучер, который умудрился пропустить свой корабль двадцать восьмого числа. Он не провел на берегу и десяти минут, после чего уже был пьян. И в таком виде явился к нашим агентам требовать денег. Прежде он был мичманом; теперь разжалован. И получает свою долю призовых денег, как простой матрос.

Отсутствует одна страница

Сэр, мне несомненно стоило бы высказать безграничную и неувядающую благодарность за все незаслуженные любезности, полученные от вас, гораздо раньше, но мой разум был в таком состоянии, что, хоть я и не склонен к порывам, все же не мог найти в себе достаточно решимости, чтобы написать человеку, которого так часто оскорблял. Последний знак вашего расположения я получил из рук Дж.Х.

Мне нужны слова, чтобы выразить мою благодарность. Молю Бога, чтобы у меня появилась возможность выказать ее.

Что же могло так сбить меня с толку, раз я вел себя таким образом? Юноша с блестящим будущим; и, увы! Он потерян – потерян для мира, друзей и самого себя. Но туда я устремился сам. Я приношу множество извинений за мою нынешнюю дерзость, но ваша безграничная доброта и так простит меня. Единственное искреннее извинение, которое я могу принести, чтобы объяснить свое прошлое и жалкое (которое, боюсь, будет вечным) поведение, - это разочарование, с которым я встретился (слишком острое, чтобы справиться с ним), и оно так озлобило мой нрав, что сделало меня невыносимым для самого себя и для прочих.

Теперь я стал относиться к себе, как к пропащему человеку. После произошедшей беды моя сестра взялась хлопотать за меня перед вами. Если я так неудачлив, что оскорбил вас, позволю себе смелость уверить вас в этом письме, что