Андрей Гетман - Танки идут на Берлин

Искреннюю благодарность воинов корпуса заслужили наши славные воздушные бойцы. Краснозвездные истребители в основном нейтрализовали в этот день действия фашистской авиации в районе переправы. Отлично потрудились и зенитные части корпуса.

27-я гвардейская мотострелковая и 40-я гвардейская танковая бригады успешно отражали вражеские контратаки с севера.

Напряженный характер приняла деятельность штабов корпуса, бригад и частей усиления и обеспечения. На их плечи легло проведение всех мероприятий по организации четкого взаимодействия войск и их последовательной переброски на противоположный берег, планирование и руководство боевыми действиями по расширению первоначально захваченных плацдармов, а в 27-й гвардейской мотострелковой и 40-й гвардейской танковой бригадах еще и по отражению вражеских атак из района Тарнобжега.

Со всем этим с честью справились как штаб корпуса, возглавляемый полковником Н. Г. Веденичевым, так и штабы наших соединений и частей. Подтверждением тому были слаженные действия войск. Организация переправы была продумана во всех деталях.

И прежде при форсировании рек мы часто применяли дымовые завесы на широком фронте, мешавшие вражеской авиации обнаружить наши переправы и значительно снижавшие действенность огня артиллерии противника. На этот раз было заблаговременно заготовлено такое число дымовых шашек, которое позволило нашей роте химической защиты совместно с соответствующими подразделениями полков весьма эффективно прикрыть переправы через Вислу.

К самому берегу были выдвинуты две артиллерийские батареи, специально предназначенные для уничтожения обнаруженных в реке вражеских мин.

В исключительно трудных условиях самоотверженно действовали наши гвардейцы-саперы. Работая под огнем врага, они вновь показали себя бесстрашными и умелыми тружениками войны. Командир батальона майор А. И. Бирюков четко организовал действия своих подразделений. Одно из них под руководством старшины А. В. Рябова быстро разгружало подходившие машины. Несколько точных движений, и большие плоскодонные лодки типа ДСЛ уже на воде. Проходят считанные минуты, и у берега стоят паромы. Каждый из них составлен из двух лодок и способен перевозить не только людей, но и орудия, боеприпасы.

Артиллеристы были уже наготове. Быстро выдвинув пушки из-за прибрежных кустов, они вкатили их на досчатые настилы паромов. Погрузили боеприпасы. Саперы тотчас же взялись за весла. Артиллерия начала переправу. Невдалеке с такой же стремительностью работали части 6-й понтонно-мостовой бригады полковника Я. А. Берзина. Они сооружали большегрузные паромы для танков.

Обстановка оставалась крайне напряженной. Несмотря на усиленное прикрытие с воздуха, вражеской авиации нередко удавалось бомбить наши части. Фашистские самолеты, заходя со стороны солнца, что позволяло им оставаться незамеченными, один за другим пикировали на переправы и сбрасывали свой смертоносный груз. Заговорила и артиллерия противника, стрелявшая с закрытых позиций. В такой обстановке многое зависело от опытности, мастерства наших понтонеров.

И они проявили не только большое искусство в своем опасном деле, но и величайшую отвагу и самоотверженность. В течение трех суток без сна и отдыха под бомбами и снарядами работали рулевые паромов ефрейторы А. Ф. Ковальский и З. Н. Ахметзянов. Вокруг с визгом летели осколки, вздымались высокие водяные столбы от разрывов снарядов. А двое бесстрашных рулевых упрямо вели свои паромы. Бесчисленное количество рейсов совершили они, доставляя на левый берег взвод за взводом, орудие за орудием.

Только в течение одной ночи на 31 июля ефрейтор Ахметзянов переправил роту автоматчиков, 12 76-мм орудий и 70 ящиков боеприпасов. Не меньше перевез и ефрейтор Ковальский. Сколько раз в эти невыразимо трудные дни и ночи бомбы и снаряды рвались совсем рядом, сколько осколков впивалось в паромы! Промедли — и люди, орудия, боеприпасы пойдут ко дну. Но рулевые были все время начеку. Они мгновенно затыкали пробоины заранее заготовленными пробками, а если их не хватало, то и всем, что попадалось под руку. Ахметзянов и Ковальский пускали для этого в ход даже свои гимнастерки. Тем временем саперы и артиллеристы котелками вычерпывали воду.

Умело руководил переправой старшина Рябов. Он отлично приноровился к обстановке: едва вражеская артиллерия начинала нащупывать маршрут парома, он быстро менял его, и фашистские снаряды вновь не достигали цели.

Большую помощь оказывал парторг саперной роты ефрейтор М. Е. Волков. Он поспевал повсюду, везде помогал словом и делом, брался за самую сложную и опасную работу. Когда переправа войск корпуса уже подходила к концу, неутомимый, отважный воин, являвшийся примером для всей роты, был смертельно ранен. Провожая своего парторга гвардии ефрейтора Михаила Егоровича Волкова в последний путь, боевые друзья поклялись сражаться так, как он их учил, и отомстить за его смерть врагу.

Родина высоко оценила мужество и отвагу, самозабвенный труд личного состава 134-го гвардейского саперного батальона при переправе через Вислу. Большое число его воинов было награждено орденами и медалями. А ефрейторы А. Ф. Ковальский и З. Н. Ахметзянов были удостоены высокого звания Героя Советского Союза.

В первые два дня после нашего выхода к Висле работала лишь одна паромная переправа, причем, сооруженные 30 июля причалы пришлось уже на следующий день переделывать. Это объяснялось тем, что уровень воды в Висле неожиданно поднялся на 25–30 см. Но и новая трудность была успешно преодолена. В результате к исходу 31 июля корпус переправил на левый берег мотострелковые батальоны 44-й и 45-й гвардейских танковых бригад, 15 танков, 6 самоходных установок СУ-85, 11 57-мм артиллерийских орудий и столько же автомашин с боеприпасами и горючим.

Наибольшими силами на плацдарме, захваченном нашим корпусом, в те дни располагала 44-я гвардейская танковая бригада полковника И. И. Гусаковского, первой начавшая переправу. Ее танковые и мотострелковые подразделения, а также автоматчики 45-й гвардейской танковой бригады, части корпусной артиллерии, взаимодействуя с пехотой 350-й стрелковой дивизии и тесня противника, шаг за шагом расширяли плацдарм. К исходу 31 июля они вышли к населенному пункту Кшицин. В тот день части нашего корпуса, наступая на западном берегу, установили непосредственную связь с действовавшими слева частями 8-го гвардейского механизированного корпуса.

Таким образом, два плацдарма были объединены в один. Теперь его размеры стали довольно внушительными. Они достигали около 15 км по фронту и почти 10 км в глубину.