Николай Ивушкин - Место твое впереди

Еще на Северо-Западном фронте в 1942 году подружились начальник связи 2-го дивизиона артиллерийского полка Геннадий Михайлович Беляев, командир топографического взвода Борис Николаевич Малиновский и командир радиоотделения Александр Егорович Ипполитов. Фронтовая дружба крепла в боях. Но вот во время летнего наступления 1944 года в белорусских лесах все трое были ранены. Военная судьба разбросала их в разные стороны. Беляев был уволен по инвалидности в запас. Ипполитова после госпиталя направили в другую часть. Лишь Малиновский возвратился в свою дивизию.

Интересна послевоенная судьба боевых друзей. Все они пошли учиться. Г. М. Беляев был инженером-экономистом, работал в Москве. А. Е. Ипполитов длительное время служил в Советской Армии, стал полковником, кандидатом технических наук. Б. Н. Малиновский живет и работает в Киеве. Он доктор технических наук, профессор, член-корреспондент Академии наук Украинской ССР.

Дружба, скрепленная кровью, как правило, продолжается и в послевоенное время. Это ли не свидетельство высокой нравственности, идейной убежденности, братства советских людей!

До сих пор наша дивизия вела наступление с открытыми флангами, теперь появился сосед — 23-я стрелковая дивизия 89-го корпуса. Она форсировала реку Припять и наступала левее нас.

Большинство работников политотдела находилось в частях. Но у нас был установлен порядок: раз в два-три дня собираться и докладывать о том, что произошло, обмениваться мыслями. На одном из таких совещаний инструктор политотдела по информации Борис Львович Айзен предложил выпускать специальные бюллетени, посвященные опыту командиров и политработников в наступательном бою. Бюллетень был рассчитан на относительно узкий круг людей. Далеко не все, о чем в нем сообщалось, разрешалось публиковать в дивизионной газете. У меня сохранился первый номер бюллетеня. Он невелик по размеру, всего несколько страниц, отпечатанных на машинке. Сжато подводились итоги трехдневных боев. В частности, рассказывалось о командире роты автоматчиков старшем лейтенанте Фисенко, избегавшем лобовых атак, при которых большие потери неизбежны. Фисенко умело использовал обходный маневр. Комбат капитан Александр Иванович Тельнов критиковал некоторых командиров рот и взводов, которые подменяли командиров отделений. Отмечались факты пренебрежительного отношения к маскировке и окапыванию, ставился вопрос о применении залпового огня.

Большие трудности возникли у нас с вручением партбилетов и кандидатских карточек. Дело в том, что партийное хозяйство в целях безопасности находилось во втором эшелоне, в тылах дивизии. А во время наступления они значительно отставали. Было принято рискованное, но оправданное решение: перевести партийное хозяйство в первый эшелон, на командный пункт дивизии. Работники по партучету могли понадобиться в любую минуту.

В результате у нас почти не было случаев, чтобы люди, принятые в партию и получившие в бою ранение, эвакуировались в госпиталь без партийных документов. Политотдел армии строго следил за этим.

Среди самых необходимых солдату вещей — боеприпасов, воды и пищи — не последнее место занимали газеты со сводками Совинформбюро. Они как бы связывали маленький участок войны, видный бойцу, со всем фронтом, всей страной. Свежие новости поступали к нам и по радио. Но в дни стремительного наступления по плохим дорогам, когда не хватало бензина, машины с рациями и радиоаппаратурой отставали. Что делать? Первым нашел выход агитатор 107-го полка Серебряков. Он установил радиоприемник на повозке, которая продвигалась вслед за наступающей пехотой. Если подвода застревала в болоте, солдаты выносили ее на руках. Повозочный (выделенный специально для этой цели комсомолец) записывал важные новости, переданные по радио. По нескольку раз в сутки к нему приходили связные из подразделений, переписывали сводки и передавали их в боевые порядки. Позднее такие «повозки информации» появились во всех полках.

Трудности были и с центральными газетами. Как известно, они доставлялись на самолетах в первые эшелоны фронта и армии в день выхода. На следующий день их ожидали на переднем крае. Однако наша полевая почтовая станция (ППС) не поспевала за наступающими частями. Путь письмоносцев с переднего края в ППС и обратно был труден и долог. К счастью, в одном из боев мы разгромили вражескую кавалерийскую часть и захватили лошадей. Письмоносцы стали ездить верхом. На хорошей рыси, а то и галопом мчались они с газетами и письмами в подразделения.

Более оперативно стали работать партийные бюро полков. Если раньше на их заседаниях рассматривались главным образом заявления о приеме в партию, то теперь в связи с тем, что принимали в партию на бюро первичных парторганизаций, партийные бюро полков получили возможность уделять больше внимания вопросам внутрипартийной жизни. Я присутствовал на заседании партбюро 107-го полка, где слушали доклад о работе парторга 1-го батальона старшего лейтенанта Иманалина и парторга роты автоматчиков Ранчугова. Состоялся поучительный разговор об опыте воспитательной работы с молодыми коммунистами, об их передовой роли в боях.

Сильное сопротивление части дивизии встретили восточнее города Житковичи. По решению полковника Шмыглева 107-й полк совершил обходный маневр с севера, а 111-й полк с юга. 228-й полк наступал с фронта. Опасаясь окружения, противник отступил. 5 июля город и железнодорожная станция Житковичи были освобождены от захватчиков. Враг понес в этих боях большие потери. Дивизия захватила два продовольственных склада.

Немецко-фашистское командование возлагало большие надежды на водную преграду — реку Случь. Имелось в виду, как показали военнопленные, остановить наступление дивизии на этом рубеже. 7 июля все части дивизии подошли к реке. Гитлеровцы встретили нас орудийным огнем. Однако нашим пушкарям удалось в значительной степени подавить артиллерию врага. Стрелковые полки ночью форсировали Случь и 8 июля 1944 года в 2 часа 30 минут овладели населенным пунктом Микошевичи. Первыми вышли на берег и завязали бой воины 228-го полка и саперного батальона.

Продвижение частей дивизии затрудняли не только реки, впадающие в Припять, которые приходилось форсировать, но и широко применяемые противником минные заграждения. Все дороги, мосты, лесные тропинки и поляны были заминированы. Никогда еще за время войны мы не имели дело с таким огромным количеством вражеских мин. Теперь разминированием занимались не только саперы. С миноискателями шагали стрелки и артиллеристы. Само собой разумеется, они прошли соответствующий инструктаж. Об этом позаботились инженер дивизии подполковник Ф. А. Ярошевич, командир саперного батальона майор М. М. Петренко. Помогло также изучение памятки «Бойцу о саперном деле», выпущенной политотделом 61-й армии. С начала наступления было снято 4075 противотанковых и противопехотных мин. И все-таки не все мины удавалось обезвредить. Мы несли потери.