Игорь Цалер - Популярная музыка XX века: джаз, блюз, рок, поп, кантри, фолк, электроника, соул

Ознакомительный фрагмент

Louis Armstrong

Hello Dolly (1964)

3 декабря 1963 года, записывая эту нехитрую и даже банальную песенку из одноименного бродвейского мюзикла, сочиненного Джерри Херманом, Луи Армстронг так мало о ней думал, что, когда фанаты впервые потребовали исполнить ее на концерте, он был вынужден обратиться к одному из своих музыкантов с вопросом: что это вообще за Hello Dolly? Армстронг редко слушал радио, поэтому даже и не подозревал, какой шум он поднял. Трудно понять, чем старомодная незатейливая мелодия с простенькими стишками в духе традиционного джаза так подкупила искушенную публику середины 1960-х (вероятно, дело все-таки в харизме Луи). Но факт остается фактом: в мае 1965 года «Привет, куколка» вытеснила песню «Битлз» Can’t Buy Me Love с вершины хит-парада «Биллборда», а 63-летний Армстронг стал самым пожилым артистом, записавшим «хит №1». Это была одна из последних коммерческих побед джаза (а может, и последняя) в условиях тотального господства рок-музыки.

Где искать: The Very Best Of Louis Armstrong (Verve)

Соленые орешки: бибоп, кул, хард-боп

Потом пришел Чарли Паркер, пацан из материнского дровяного сарая в Канзас-Сити, он дул в свой перемотанный изолентой альт среди поленьев, тренируясь в дождливые дни, выходя в город посмотреть на старый свингующий оркестр Бейси и Бенни Мотена…

> Саксофонист и джазовый революционер Чарли Паркер по кличке Птица (прозванный так и за манеру игры, и за неумеренное пристрастие к жареной курице, хотя столь же рьяно он потреблял алкоголь и тяжелые наркотики) называл бибоп нелюбимым ребенком джаза. И в самом деле, сначала буйство импровизаций под скорострельный изломанный ритм вызвало недоумение у адептов старой джазовой школы. Луи Армстронг, например, называл бибоп китайской музыкой. Боперы вели себя вызывающе: носили бородки, береты и очки в толстых оправах, а случайного новичка проверяли на сцене немыслимым ритмом (тут царили барабанщики Кенни Кларк и Макс Роуч) и неожиданными сменами аккордов (за это отвечал неуклюжий пианист Телониус Монк). Доступ в отравленные героином и осененные светом прекрасной музыки круги бибопа был открыт не для всех.

> Все началось во время Второй мировой войны. Лихорадка танцевальных оркестров пошла на спад, музыкантам надоело каждый вечер играть шлягеры, облачившись в одинаковые блестящие костюмы. Самые неугомонные собирались ночью в нью-йоркском клубе «Минтонс Плейхаус» и маленькими группами гоняли по кругу безумные мелодии. В этот мир стремился и молодой трубач изСент-Луиса Майлз Дэвис, мечтавший играть с Чарли Паркером. Скоро он не только станет постоянным партнером своего кумира, но и породит новое направление в джазе – мягкий элегантный кул-джаз (от cool – «прохладный»), который возник и развился в Калифорнии именно с подачи Дэвиса. Джаз вообще стал взрослее. Усилиями таких людей, как, например, Дейв Брубек, он смешивался с симфонической музыкой. А жизнерадостный трубач Диззи Гиллеспи придал ему латиноамериканский колорит.

> Заковыристый джаз бибоперов постепенно стал более доступным для широкой публики благодаря лейблу Blue Note Records: обложки дисков этой фирмы были признаны эталоном джазовой фотографии, а выпускаемая музыка получила внушительную ритмично-блюзовую подкладку. Эту музыку могли воспринимать не только избранные: хард-боп Blue Note был вполне прост и в то же время изыскан.

Glenn Miller

Wham (Re-bop, Boom-Bam) (1939)

Гленн Миллер – зачинатель бибопа? Не может быть! Что общего между руководителем коммерческого биг-бэнда и джазовым направлением, которое бунтовало против сладкоголосых оркестров? Однако в 1939 году, почти одновременно с In The Mood, Миллер записал первый образец музыки, позже известной как бибоп. Wham (Re-bop, Boom-Bam) содержит революционную музыкальную фразу, которую можно услышать четырнадцать раз на судьбоносной записи Salt Peanuts, сделанной Диззи Гиллеспи и Чарли Паркером в 1944 году. За несколько лет до того оркестр Миллера исполнял ее трижды (послушайте сами: 1 мин 2 сек, 1 мин 13 сек, 1 мин 36 сек). Композиция попала на вторую сторону пластинки в 78 оборотов, первую сторону которой занимал хит My Isle Of Golden Dreams. Возможно, Диззи услышал эту фразу от другого музыканта на джем-сэйшн: джаз развивался благодаря тому, что музыканты разных оркестров и направлений играли вместе, искали новые пути самовыражения и перенимали друг у друга технику.

Где искать: Quadromania (Anvil Chorus)

Machito & His Afro-Cubans

Tanga (1943)

Латиноамериканские ритмы проникли в джаз еще в 1930-х годах: чего стоит хотя бы знаменитейшая тема «Караван», записанная оркестром Дюка Эллингтона. Но подлинным началом слияния латиноамериканской музыки с джазовой импровизацией стал выход бодрой композиции Tanga Афро-кубинского оркестра. Его руководитель Мачито (Фрэнк Грилло), сын производителя сигар из Гаваны, эмигрировал в США в 1937 году. Однако музыкальным «двигателем» оркестра на самом деле был Марио Бауза, зять Мачито, аранжировавший музыку и игравший на трубе. Он шесть лет работал с различными джазовыми музыкантами, учился у них и, в свою очередь, учил их (например, молодой трубач Диззи Гиллеспи получил от Баузы первые уроки афро-кубинской музыки), а потом взял бразды правления в оркестре Мачито в свои руки. Tanga звучит экзотично и ярко: трубы резко голосят, перкуссия формирует сложный и текучий ритм, есть тут место и для привычного соло на саксофоне. Первая полноценная запись латиноамериканского джаза заложила основу для дальнейшего взаимопроникновения двух музыкальных культур.

Где искать: Various Artists – Saoco! Masters Of Afro-Cuban Jazz (Rhino)

Charlie Parker’s Re-boppers

Koko (1945)

Одна из ключевых записей бибопа появилась на свет 26 ноября 1945 года, когда пришедшие в студию Чарли Паркер и группа его друзей (Диззи Гиллеспи – труба, Керли Рассел – бас, Макс Роуч – барабаны) попытались сделать переработку известной джазовой мелодии Cherokee. Продюсер сессии попросил Паркера превратить ее в совершенно другую вещь, чтобы не нарушать авторские права. Нет проблем! Придуманная Чарли вариация стала пьесой Koko, фактически в одиночку обеспечившей подъем бибопа. Эту музыку, снабженную фантастически щедрой, виртуозной и полной энергии импровизацией, со всеми основаниями можно назвать потоком джазового сознания. Паркер играл без оглядки, искусно используя звуковое пространство, соседство коротких, напряженных фраз и текучей мелодичной фразировки. Временные рамки пластинки на 78 оборотов в минуту помешали продолжительному экспериментированию, но и вынудили представить всю сверкающую гармонию бибопа, весь огонь нового стиля в концентрированном виде.