Софья Усова - Николай Новиков. Его жизнь и общественная деятельность

В 1773 году Новиков приступил к изданию памятников, относящихся к изучению географии и истории России. В этой работе, конечно, были у него помощники, может быть, и более его знающие, но ему принадлежит мысль о необходимости изучения своего отечества, и в этом его громадная заслуга. Кроме того, на этом поприще у него было немного предшественников: дело было новое, и только благодаря его энергии и предприимчивости оно могло так успешно пойти.

Первым документом, напечатанным им в 1773 году, была книга “Древняя российская идрография, содержащая описание Московского государства, рек, протоков, озер, кладезей и какие на них города и урочища”.

Из предисловия ее видно, что она была напечатана с рукописи, принадлежавшей тогдашнему библиофилу Петру Кирилловичу Хлебникову и сличенной с пятью другими списками. Книга эта заключает в себе описание России при царе Федоре Алексеевиче. К сожалению, вышла только ее первая часть. Императрица была в числе подписчиков на эту книгу.

В том же 1773 году началось осуществление замысла, которому “Идрография” послужила как бы подходом. Начали издаваться памятники русского законодательства и дипломатических сношений, всякого рода летописей, грамот, родословных, разного рода описаний и пр. Собрание это называлось “Древняя российская вивлиофика, или Собрание разных древних сочинений, яко то: российские посольства в другие государства, редкие грамоты, описание свадебных обрядов и других исторических и географических достопамятностей и многие сочинения древних российских стихотворцев и многие другие весьма редкие и любопытства достойные исторические достопамятности”. Всего десять частей. Выходило оно с 1773 до 1775 года, сначала выпусками в пять листов, а потом книгами. Императрица, увидев пользу в таком издании, стала всячески ему содействовать и приказала Г. В. Козицкому передать Новикову для напечатания несколько редких рукописей, а в октябре 1773 года предписала ученому Г.Ф. Миллеру сообщать Новикову копии с разных актов московского архива, который Миллер в то время разбирал. Кроме того, императрица содействовала предприятию Новикова и денежными пособиями. Так, 3 ноября 1773 года она пожертвовала ему тысячу рублей, а 1 января 1774 года – 200 голландских червонцев. “Вивлиофика” имела большой успех. Оканчивая в 1775 году десятую часть ее, Новиков поднес императрице план нового сборника в таком же роде на 76-й год под заглавием “Сокровища российских древностей”. Он предполагал помещать в нем описание монастырей, церквей, городов, гербов, монет, разборы книг по русской истории с приложением портретов государей. Императрица подписалась уже на 6 экземпляров, но издание это почему-то не состоялось.

Взамен его в 1776 году Новиков напечатал две исторические рукописи: “Историю о невинном заточении боярина Артамона Сергеевича Матвеева, состоящую из челобитен, писанных им к царю и патриархам, также из писем к разным особам, с приобщением объявления о причинах его заключения и о возвращении из оного” и первую часть “Скифской истории”, написанной в 1692 году стольником Андреем Лызловым.

В 1777 году Новиков попытался еще раз осуществить несостоявшееся перед тем издание сборника под заглавием “Повествователь древностей российских, или Собрание разных достопамятных записок, служащих к пользе истории и географии российских”. В первом номере его были помещены, между прочим, документы, доставленные издателю по высочайшему повелению из комнатной библиотеки дворца статс-секретарем Кузьминым. Но сборника этого вышла одна только первая часть. Полагают, что он был уничтожен, и этим объясняют его редкость. В марте же 1777 года Новиков стал издавать “Санкт-Петербургские ученые ведомости”. Это была попытка создать орган, посвященный критике и литературе. В предисловии приглашались все ученые мужи и любители российской словесности сотрудничать с “Ведомостями”. Призыв этот нашел в обществе отклик: стали присылаться статьи. Кто были сотрудники Новикова, – неизвестно, так как статьи были или вовсе без подписи или подписаны инициалами, но несомненно, что в то время издатель имел связи с передовыми и образованнейшими людьми своего времени и пользовался среди них большим почетом. Так, в печатных списках действительных членов “Вольного российского собрания”, учрежденного в 1771 году при Московском университете куратором его Мелиссино, среди имен известнейших русских ученых и писателей находится и имя Н.И. Новикова.

В “С.-Петербургских ученых ведомостях” разбирались издания самого Новикова и другие научные и чисто литературные произведения, выходившие в то время. “Ведомости” существовали недолго: вышло только 22 номера. Тем не менее, они успели разобрать до 37 сочинений и изданий разнообразного содержания: исторических, поэтических, нравоучительных, педагогических и духовных. По большей части статьи эти явились библиографическими описаниями книг с указанием их содержания и подробностей изданий. При этом высказывались литературные и научные взгляды. “Ведомости” относились с особой любовью к русской истории, ставили очень высоко занятия этим предметом и прославляли наших историков того времени: князя Щербатова, Татищева и других. Кроме того, доказывая пользу и необходимость собирания исторических материалов, они указывали на приемы и способы таких работ. Литературные взгляды “Ведомостей” сходны со взглядами, высказываемыми в “Словаре”.

В сентябре 1777 года Новиков стал издавать ежемесячный журнал “Утренний свет”, содержание и направление которого тесно связано с его религиозно-мистическим увлечением и с вступлением его в масоны, к чему нам и предстоит теперь перейти.

ГЛАВА III

Вступление в масоны. – Очерк происхождения и развития масонских учений. – Искание истины Новиковым. – Ложа Рейхеля и знакомство Новикова с ее основателем. – Издание “Утреннего света”. – Характер этого журнала. – Открытие Новиковым училищ. – Переезд в Москву

Говоря о содержании 2-й части “Живописца”, мы уже указывали на заключающиеся в ней статьи отвлеченного характера, выражающие какое-то разочарование в жизни. Самый факт существования в журнале таких статей дает нам возможность предположить, что Новиков уже в 1773 году начинал тяготиться своей жизнью и искать каких-то других, высших, идеалов. С течением времени идеалы его молодости, придя в столкновение с действительностью, стали вызывать в нем все большие и большие сомнения, и Новиков начал искать пути для их разрешения. В то время в умственной жизни Европы господствовало два течения: вольтерьянство и масонство. К первому из них Новиков отнесся с самого начала недружелюбно: он считал это направление вредным и боролся с ним в течение всей своей деятельности. Ко второму же, не понимая его, он отнесся сначала скептически. А между тем, душевное состояние его становилось все тяжелее – нужен был какой-нибудь выход, – и вот в 1775 году Новиков попадает в масоны. Об этом событии он впоследствии сам говорил следующее: “Находясь на распутии между вольтерьянством и религией, я не имел точки опоры, или краеугольного камня, на котором мог бы основать душевное спокойствие, а потому неожиданно попал в общество”.