Руслан Хасбулатов - Бессилие власти. Путинская Россия

Ознакомительный фрагмент

Американцы, попавшие в сложное положение с сербским президентом Милошевичем (по поводу окончательного расчленения остатков Югославии), попросили от лица Клинтона «помочь» уговорить упрямца Милошевича на мирный отход Косово. Как я выше отмечал, Ельцин с удовольствием направил Черномырдина «уломать упрямца» серба. С этой задачей он справился и добился согласия от Милошевича подписать сомнительные соглашения по «миру». Затем снова «отозвал» свою подпись, убедившись, что Черномырдин и натовцы его обманули.

На переговоры в Вашингтон вылетает премьер Евгений Примаков. Над Атлантикой ему сообщают, что американские и натовские самолеты бомбят Белград – мнение России Вашингтон уже не интересует. Примаков разворачивает самолет и возвращается в Москву, звонит президенту, просит срочную встречу. Ельцин назначает ему встречу на следующий день вечером. Он ждет Томаса Пикеринга, американского посла. Посол передает «неудовольствие» Госдепартамента «поведением» господина Примакова, «сорвавшего важную встречу» в целях упорядочения «важной проблемы на Балканах и в регионе Средиземноморья». Ельцин благодарит посла и просит передать «другу Биллу Клинтону», что он «разберется с Примаковым».

Ельцина тогда больше всего беспокоил вопрос о том, кому передать необъятную власть, которую он, больной и немощный, уже удерживать не мог. Его не интересовали такие качества претендента, как образование, квалификация, профессионализм, жизненный опыт. Не интересовали его и такие, на его взгляд, «абстрактные понятия», как совесть, честь. Ему нужны были ручные псы, преданные беспредельно своему хозяину. Учитывая слабеющие собственные жизненные силы и понимая, что именно человек на посту премьера может в последующем решить лично его, Ельцина, судьбу... Черномырдин, Примаков, Кириенко, Степашин – все эти люди, безусловно, были ему преданы лично, но, присматриваясь к ним, когда они работали премьерами, Ельцин считал, что они могут, после его возможной отставки, «выдать» его на съедение за былые «грехи» (и прежде всего расстрел Российского парламента в 1993 г. и чеченскую войну, которую он беспричинно начал в декабре 1994 г.). Скорее всего, он был недалек от правды – история показывает: новый правитель быстро забывает, чем он обязан предшественнику, и пытается выдать все прошлое за сплошную цепь неудач и ошибок.

Среди всех них, на взгляд Ельцина, да и всей его «семьи», наиболее предпочтительным казался именно Путин, который всем был обязан именно ему, лично Ельцину. Эта идея была поддержана близкими к семье олигархическими семьями – банкирами, промышленниками, которых сколотил первоначально Березовский и ввел в «ближний круг». Правда, они самоуверенно полагали, что править будут они, а новый президент, как «первый сеньор», всего лишь будет утверждать их решения. Началась «раскрутка» Путина, который, как утверждалось, «не побоялся взять на себя личную ответственность за новую войну» на Кавказе – в Чечне. А когда он заявил, что «будем мочить (чеченцев), мочить даже в сортирах», – восторженный вопль российского общества докатился до самых Кавказских гор, куда вскоре докатятся и танки... Так был завершен первый этап большой стратегической игры по вводу на высокую политическую арену нового президента.

Второй этап этой, уже кровавой, драмы начался с войны в Чечне (которую опять-таки начал Ельцин, а не Путин), которая плавно была перенесена из Дагестана вместе с отступающими отрядами флибустьеров, вместо того чтобы блокировать их при отходе из дагестанских сел в Чечню. Но это, скорее всего, была уже игра генерала Квашнина, а не Путина. Разумеется, их «планомерный» отход без каких-либо потерь – это также часть «большой стратегической игры», связанной с московскими событиями и дальнейшими планами оккупации.

Эта вторая российско-чеченская война велась еще более жестокими методами, без всякой пощады к мирному населению, по возможности – без контактного соприкосновения с противником. Все – города, селения, пастбища, леса, водоемы подлежало уничтожению с воздуха, артиллерийскими и ракетными обстрелами, танковыми пушками. Никаких законов, призванных регулировать поведение военных в военное время, их взаимодействие с мирным населением – не существовало для федеральных вооруженных сил, вошедших на территорию Чеченской Республики как на землю «чужого государства», которое следовало захватить, уничтожить, людей – перебить, экономику – разрушить. Кто хочет сохранить жизнь – должен бежать (или выкупить жизнь), – вот простые и ясные принципы, которые были внушены Генеральным штабом во главе с Квашниным российским войскам.

Злодеяния

После поражения Кремля в 1-й войне обнаглевшие экстремисты установили в Чечне настоящий террористический режим – над населением издевались вооруженные банды, никому не подчиняющиеся. Они грабили, избивали, брали в заложники – причем всех – чеченцев, русских, иностранцев. Жажда наживы – вот единственная их цель.

Страшная весть об обнаружении на чечено-ингушской границе отрезанных голов трех англичан и одного новозеландца напомнила мне такое же жуткое преступление, совершенное дудаевскими боевиками в самом конце 1994 г. Тогда в станице Ассиновская федералам были подброшены в мешке головы четырех российских пограничников, не принимавших, кстати, участия в боевых действиях.

Подданные Великобритании Питер Кеннеди, Дарр. Хики, Рудольф Пейни и новозеландец Стенли Шон прибыли в Чечню от британской телекоммуникационной фирмы «Грейнджер телеком» для монтажа в республике сотовой сети редкого стандарта. Видимо, по чистой случайности их приезд практически последовал за освобождением из местного заложничества двух их соотечественников – Камилы Карр и Джона Джеймса. Они прибыли, несмотря на строгие рекомендации официального Лондона гражданам Великобритании не приближаться к границам Чечни вплоть до 2002 года. Но люди, движимые стимулами бизнеса, решили рискнуть. Тем более что они заручились покровительством «вице-президента» Вахи Арсанова, чьи родственники являлись учредителями фирмы «Чечентелеком» – делового партнера английской компании.

Иностранные специалисты, несмотря на солидную охрану чеченских спецслужб, были захвачены в заложники 3 октября 1998 г. в Грозном. Сразу же была выдвинута единственная версия: преступление совершено с целью получения выкупа. Но, как известно, правительство Великобритании принципиально против уплаты выкупа преступникам и бандитам, захватившим их подданных, в этом смысле нечего было ожидать выкупа. Хотя, по некоторым данным, за англичан и новозеландца готова была внести требуемую сумму фирма «Грейнджер телеком». Ее представители даже приезжали на Северный Кавказ, в Ингушетию, на переговоры с похитителями. Но по какой-то причине лица, захватившие иностранных граждан, к согласию с прибывшими не пришли. По некоторым сведениям, две бандгруппы перессорились между собой, а вмешательство Масхадова довело их до исступления. (Как оказалось, убийство этих несчастных совершила банда некоего Бараева, подконтрольного спецслужбам России.)