Александр Феклисов - За океаном и на острове. Записки разведчика

Во время беседы я упомянул, что Ленин написал ер нем статью «Ценные признания Питирима Сорокина».

— Да, была такая статья, — ответил профессор.

— Что побудило вас сделать заявление о выходе из партии эсеров? — спросил я.

Сорокин на несколько минут задумался. На лице. Елены Петровны, сидевшей за столом, появилась загадочная улыбка.

— В статье Ленина это объяснено подробно, — ответил мой собеседник. — Если сказать коротко, я тогда увидел, что крестьяне в своей массе не поддержали попытки эсеров захватить власть на местах в различных губерниях. Не только крестьянская беднота поддерживала Советскую власть, но на ее сторону стал переходить середняк. Поняв это, я посчитал, что партия социалистов-революционеров лишилась опоры в народе. Ее дело проиграно, и мне нужно выходить из этой партии, что я и сделал, опубликовав заявление в печати. К тому же, — добавил он, — я был против террористической деятельности, к которой стали прибегать эсеры.

Питирим Сорокин интересовался жизнью в Советском Союзе, спросил, что изменилось в стране после смерти Сталина, как относится народ к Хрущеву.

— Хрущев поступил правильно, что не допустил войны во время карибского кризиса. Не нужно подвергать риску достижения Советского Союза, да и Кубы, которые с таким огромным трудом создавались в течение многих лет, — комментировал мой собеседник.

Затронули вопрос и о культе личности Сталина.

Тогда я был убежден, что с культом личности руководителей у нас покончено. Гарантия этого — принятый на XX съезде КПСС принцип коллективного руководства и развитие социалистической демократии.

Выслушав мои доводы, Сорокин со вздохом сожаления произнес:

— Молодой человек, вы глубоко заблуждаетесь. Вы еще мало жили, мало видели да, очевидно, и мало читали. У меня же более бурная и долгая жизнь, чем у вас. Я видел больше вас, а главное, глубоко изучил эту проблему начиная с древнейших времен. Культ личности проистекает от такого людского порока, как властолюбие, и расцветает особенно пышно в условиях ограниченной демократии. Властолюбие самый опасный порок. Он более вредный, чем сивуха и разврат. Властолюбие и культ личности главы государства сковывают творчество, унижают миллионы людей и тем самым наносят обществу огромный вред.

Подумав, он добавил:

— До тех пор пока не будет установлена подлинная демократия, прямая выборность руководителей народом, регулярная смена руководителей государства и партии в соответствии с принятым законом, культ личности в СССР будет продолжаться.

Спустя тридцать лет после этой беседы я должен признать: мой собеседник оказался совершенно прав.

Взволнованно говорил Сорокин о русских эмигрантах в США: Россия подарила Америке много выдающихся талантов, которые внесли большой вклад в развитие науки, техники и искусства. Он назвал фамилии многих известных выходцев из СССР. Я запомнил лишь несколько имен всемирно известных ученых — механика Тимошенко С. П., участника создания первой атомной бомбы физика-химика Кистяковского Г. Б., первооткрывателя высокооктанового бензина Ипатьева В. Н., изобретателя электронного телевидения Зворыкина В. К., авиаконструктора Сикорского И. И.; композиторов Рахманинова С. В., Гречанинова А. Т., Стравинского И. Ф.; дирижеров — Кусовицкого С. А., Малько Н. А.

Сорокин утверждал, что большая часть эмигрантов в США тосковала по Родине. Если бы советские представители проявили разумную инициативу, установили с ними контакты, пригласили в Советский Союз, то они не только стали бы друзьями СССР, но некоторые наверняка возвратились бы жить и работать в свою страну

Позже я не раз обдумывал этот разговор с П. Сорокиным и пришел к твердому убеждению, что он не держит зла на Советский Союз, желает ему процветания, является патриотом Родины и превыше всего хочет, чтобы США и СССР никогда не вступали в военный конфликт. Исходя из этого, у меня родилась идея при очередной встрече с именитым профессором предложить ему написать книгу-исследование о Советском Союзе.

В июле 1963 года я снова по служебным делам выезжал в Бостон и заблаговременно договорился по телефону с встрече с Сорокиным. Супруги встретили меня тепло. Вместе с хозяином мы поднялись к нему в кабинет. Тихо звучала приятная мелодия из стереоустановки. Разговор зашел о современной музыке. Профессор пренебрежительно махнул рукой и сказал:

— Твисты, роки — это собачья брехня, а не музыка. Я люблю классическую. Постоянно любимого композитора у меня нет. Все зависит от настроения. Сейчас, например, Моцарт властвует надо мною.

От музыки перешли к литературе. На стеллажах — тома сочинений Гегеля, Маркса, Энгельса, Ленина, Соловьева, Ключевского, современных историков, философов, экономистов.

— Вы читаете наши журналы? — спросил я.

— Читаю только интересные материалы и статьи, где ругают меня или заимствуют мои идеи.

Сорокин выбрал один советский журнал и открыл его, где лежала закладка:

— Вот этот товарищ целые страницы списал с моей работы двадцатилетней давности и выдает за свои исследования.

Профессор взял с полки свой труд на английском языке, раскрыл на нужной странице, положил на стол рядом со статьей из нашего журнала и пригласил меня сесть и прочитать отчеркнутые места и сравнить их. Я прочитал и убедился: он был прав.

Анализируя ход социалистического строительства в нашей стране, Сорокин высказал убеждение: для построения социализма потребуется мирный труд еще двух-трех поколений. Советский Союз сейчас стал могущественной великой державой, на которую едва ли рискнет напасть какая-либо страна. Поэтому не нужно пороть горячку. Все необходимо делать продуманно, качественно, прочно. Главное — пусть медленно, но неуклонно развивать экономику, улучшать жизнь народа, совершенствовать его образование, трудовое и нравственное воспитание и всю систему его социального обеспечения. Особенно нужно повышать продуктивность сельского хозяйства, чтобы хорошо кормить, одевать, обеспечить жильем людей, тогда народ будет удовлетворен своей жизнью, будет доволен властью, будет верить ей и поддерживать ее.

Касаясь утверждения Хрущева на XXII съезде, что к 1970 году СССР превзойдет США по производству продукции на душу населения, а к 1980-му в основном построит коммунизм, ученый сказал, что это чистое бахвальство, которое не к лицу главе великого государства.

Подытоживая обсуждение этого вопроса, Питирим Сорокин задумался и тихо, с затаенной грустью произнес:

— К советским людям социализм придет не скоро. Когда — это определить нельзя, это зависит от многих факторов и в немалой степени от того, будут ли в руководстве Советского Союза находиться умные, дальновидные люди.