Федот Бега - Петровский

«Товарищи! От всей души шлю приветствие V Всеукраинскому съезду Советов. Выражаю глубокую уверенность, что союз незаможных селян и украинских рабочих укрепит Советскую Украину и упрочит Украинскую республику, вопреки всем препятствиям и козням врагов.

Прошу тов. Петровского передать мое сожаление, что никак не могу принять предложение съезда и приехать лично. Надеюсь все же, что в недалеком будущем мне удастся посетить Советскую Украину. Желаю съезду успеха в укреплении власти рабочих и селян и восстановлении хозяйства.

Ваш Ленин».

Так и не довелось Владимиру Ильичу побывать на Украине. Мы потом узнали, что после некоторого улучшения здоровья, позволившего ему вернуться к работе, он снова тяжело заболел».

Григорий Иванович Петровский писал об этих тревожных, горестных для партии и народа днях:

«…Много товарищей, членов ЦК (Украины. — Ред.) и рядовых работников просили меня при встрече с Лениным спросить, что он думает о своей болезни.

В один из своих приездов в Москву я выполнил эту просьбу. Помню ответ Владимира Ильича.

— Болезнь у меня такая, — сказал Ленин, — что я либо стану инвалидом, либо меня не станет. Но только смотрите, чтобы руководители ЦК были избраны такие, которые не допустят раскола в партии, обеспечат ее единство. Наше дело верное. К социализму пойдут и другие страны, но если будет раскол в нашей партии, то может статься беда. Так и скажите своим товарищам…

Ленин болел чаще и чаще, а мы все надеялись на чудо, хотя чудес и не бывает.

В январе 1924 года Фрунзе и я ехали на II съезд Советов. В Курске нам передали телеграмму о смерти Владимира Ильича…»

Столица встретила делегатов от Украины свирепым морозом. Притихшая, печальная Москва вся закаменела, как будто сама смерть склонилась над городом и дышала ему в лицо, опаляя лютой своей стужей.

Подготовка к открытию II Всесоюзного съезда Советов и XIII Всесоюзной партийной конференции не прекращалась. В помещениях ВЦИК и Центрального Комитета партии продолжалась будничная работа, но люди, которых Григорий Иванович встречал в кабинетах и коридорах, ходили молчаливые, с Плотно сжатыми губами, с припухшими от бессонницы и слез веками.

Петровский уходил из ВЦИК обычно за полночь и направлялся к зданию Московской консерватории, где было устроено временное общежитие для делегатов съезда. Прихода Григория Ивановича каждую ночь с нетерпением ждали украинские делегаты. Едва он появлялся в холодном, чуть натопленном фойе концертного зала, заставленном койками, как тотчас же его окружали товарищи и тихо, без лишних расспросов, слушали, что скажет он.

Печальный, весь как-то почерневший с лица, Григорий Иванович стоял в их тесном молчаливом кружке и негромко рассказывал о своих встречах с Ильичей.

Потом, на вторую или третью ночь, они задали ему один вопрос, мучивший всех, — как же теперь жить без Ленина, что станет с партией и революцией? Петровский ждал этого вопроса. Он и сам не раз задавал его себе, об этом же, терзаясь сомнениями, разговаривал с близкими друзьями в ЦК, ЦИК и Совнаркоме.

Он не пытался скрыть своих тревог, он просто рассказывал делегатам о положении в партии, в стране, о своей неколебимой вере в ленинское дело. Он говорил, что в партии нет такого человека, который мог бы заменить Владимира Ильича, что только Центральный Комитет коллективно может осуществить ленинские планы. Он говорил, что первый долг всех коммунистов сейчас — беречь как зеницу ока единство в рядах партии и бороться за ленинскую программу строительства социализма, которую завещал Ильич в своих последних речах, статьях и письмах Центральному Комитету партии.

А однажды, придя в общежитие раньше обычного, Петровский принес ободряющее известие. Оживленно оглядывая яркими карими глазами лица сгрудившихся вокруг товарищей, он торопливо рассказывал о том, что на заводах началось небывало широкое движение рабочих — сотни людей вступают в ряды партии. Это была подлинно народная помощь партии в минуту тяжелейшего испытания.

По свидетельству С. И. Гопнер, Петровский «пользовался большим уважением, любовью и абсолютным доверием В. И. Ленина, твердо стоял на ленинских позициях, много сил отдал борьбе за единство партии, против всяких антипартийных группировок…»

После смерти Ленина разного рода оппозиционеры в партии усилили свою подрывную фракционную деятельность. Они навязывали партии одну дискуссию за другой, они клеветали на старые партийные кадры, на Центральный Комитет партии, они пытались доказать невозможность построения социализма в нашей стране.

Троцкисты, «новая оппозиция», «правые» — перипетии этой сложной и напряжённой борьбы известны каждому, изучавшему историю нашей партии. Поэтому нет нужды рассказывать о ней в этой книге. На Украине, где работал Петровский, внутрипартийные дискуссии проходили так же остро, как и в других местах.

Здесь, опуская известные всем подробности о борьбе с партийными фракционерами, хочется добавить к портрету Петровского несколько штрихов. Оппозиционеры зачастую пытались делать ставку на «зеленую» молодежь, вовлекая ее в демагогические споры.

Петровский пристально следил за идейным, политическим развитием молодежи. Много интересного об этой стороне деятельности Григория Ивановича рассказал один из первых организаторов украинского комсомола, Иван Афанасьевич Жолдак.

В начале 1920 года харьковская организация комсомола считалась самой многочисленной среди других городских организаций Украины. Она росла быстро, но главным образом за счет непролетарской молодежи, из-за чего в ней нередко бывали болезненные явления.

В это время в комсомольской организации возник уклон, который выразился в своеобразном «юношеском синдикализме». Часть комсомольцев выступала за обособление, комсомола от партии, за превращение его в отдельную политическую партию, защищающую только интересы молодежи. Сторонники этого уклона ратовали за то, чтобы создать отдельно от Советов рабочих и крестьянских депутатов Советы рабочей молодежи.

Другая группа «уклонистов» выступала за то, чтобы комсомол вообще ликвидировать, а работу среди молодежи вести непосредственно партийным организациям, как и среди женщин, для чего создать в парткомах отделы по работе среди молодежи.

В разгар споров между этими группировками молодежь Ивановского района Харькова попросила Петровского разъяснить им, какой точки зрения придерживаться. Григорий Иванович внимательно выслушал представителей разных групп и показал ошибочность взглядов и тех и других уклонистов. Не следует упускать из виду, что это происходило до III съезда комсомола, на котором В. И. Ленин произнес свою знаменитую речь, ставшую программой деятельности комсомола.