Ирина Ободовская - После смерти Пушкина: Неизвестные письма

Наталья Густавовна умерла в 1937 году в возрасте 83 лет, пережив и сына, и дочь.

Во время второй мировой войны бродзянский замок был разорен и разграблен гитлеровцами. Солдаты, стоявшие в Бродзянах, жгли в печах ценнейшую старинную библиоте­ку. Судьба многих портретов и альбомов до сих пор неизве­стна. Но некоторые портреты и бумаги, как мы уже упоми­нали, все же попали в Пушкинский дом в Ленинграде, они были переданы в 1947 году приезжавшей в СССР делега­цией чехословацких писателей и журналистов.

Публикуемые нами письма Александры Николаевны Гончаровой-Фризенгоф и ее мужа, как петербургского, так и бродзянского периодов, дают нам возможность объектив­но судить об этой женщине. Она была глубоко порядочным человеком, не способным ни на какую временную связь, тем более с мужем сестры, ни вообще на какой-либо предосуди­тельный поступок. Она страдала, это верно, тяжело пережи­вала свое вынужденное девичество (об этом неоднократно так проникновенно говорит Наталья Николаевна), но мы не можем ее обвинить ни в одном некрасивом поступке. К Пушкину она относилась, как подобает свояченице, то есть по-родственному, несомненно, высоко ставила его талант, и из всей ее переписки с родными никак нельзя сделать вы­вод, что у нее были какие-то «особые» отношения с Пушки­ным. Еще раз скажем здесь, что тесная дружба и нежная лю­бовь друг к другу до конца жизни обеих сестер подтвержда­ет это. И то, что Александра Николаевна была так счастлива в браке, свидетельствует о том, что и она, как и Наталья Николаевна, высоко ставила обязанности жены и матери.

ЧАСТЬ III. ПИСЬМА ИЗ-ЗА ГРАНИЦЫ

ПОСЛЕДНИЕ ДНИ В ПЕТЕРБУРГЕ

После смерти Пушкина в его кабинете были найдены разрозненные клочки черновика письма поэта к Геккерну. На одном из них мы читаем: «...вы играли вы трое такую роль... и наконец госпожа Геккерн...» Эти пушкинские строки вводят нас в самую гущу преддуэльных событий. «Вы трое» — это голландский посланник в России барон Луи Гек­керн, его приемный сын Жорж Дантес-Геккерн и жена Дан­теса Екатерина Николаевна, урожденная Гончарова, сестра Натальи Николаевны Пушкиной. В обстоятельствах, пред­шествовавших дуэли, до настоящего времени много неясно­го, нераскрытого, недоговоренного. Это в полной мере от­носится и к той роли, которую играла в этот период Екате­рина Николаевна Дантес.

Продолжая работу над архивом Гончаровых, что хранит­ся в Центральном государственном архиве древних актов, мы обнаружили не известные до сих пор письма из-за грани­цы Екатерины и Жоржа Дантес-Геккернов и Луи Геккерна. Поскольку эти три лица тесно связаны с гибелью поэта, но­вые материалы представляют значительный интерес для пушкиноведения. Письма говорят нам о том, какая тяжелая атмосфера сложилась вокруг четы Дантесов в светском обществе Парижа и Вены, по-новому освещают отношение Натальи Николаевны и семьи Гончаровых к Екатерине Ни­колаевне, рисуют ее положение в семье мужа и, наконец, да­ют дополнительную характеристику Дантесу и Геккерну.

П. Е. Щеголев в своем труде «Дуэль и смерть Пушкина» писал, что память о Пушкине была коротка и у его жены, и у всех ее родных. Однако опубликованные нами ранее письма Натальи Николаевны и публикуемые теперь рисуют ее жен­щиной большой душевной щедрости, любившей Пушкина и крайне тяжело переживавшей его гибель. Память о муже она хранила всю жизнь, а приводимые здесь письма говорят о том, что она, по-видимому, порвала отношения с сестрой Екатериной, женой убийцы ее мужа.

По этим письмам иной представляется и роль Гончаро­вых, близких родственников Натальи Николаевны. «В архи­ве Дантесов-Геккернов, — читаем мы у Щеголева, — сохрани­лось немало пространных и задушевных писем Н. И. Гонча­ровой и ее сыновей к Екатерине Николаевне и ее мужу Дан­тесу. Эта переписка с очевидностью говорит нам о том, что деяние Жоржа Дантеса не диктовало Гончаровым никакой сдержки в отношениях к убийце Пушкина...». Мы не знаем, был ли Щеголев знаком с архивом Дантесов-Геккернов, во всяком случае он ни одной выдержки из этих писем не приводит, а на страницах 336—341 своей книги дает в качестве примера пять писем Гончаровых, но каких? Из них только два, очень коротких, написаны матерью, Натальей Иванов­ной, Дантесу в Петербург: одно о согласии на брак, другое — поздравление по поводу бракосочетания; остальные три пи­сьма адресованы Екатерине, а не Дантесу. И это все. Делать выводы только по этим письмам об отношении Гончаровых к Дантесу, нам кажется, никак нельзя. Публикуемые нами письма иначе освещают этот вопрос. Что касается «про­странных и задушевных» писем Натальи Ивановны и ее сыновей, то в дальнейшем мы выскажем наше мнение по этому поводу.

Нами обнаружено 18 писем Екатерины Дантес, 4 письма Ж. Дантеса и 6 писем Луи Геккерна из-за границы. Но преж­де чем обратиться к письмам, мы хотели бы сделать неболь­шое отступление и сказать несколько слов о Екатерине Ни­колаевне. Она родилась в Москве в 1809 году и была старшей из трех сестер Гончаровых. Детство ее и юность прошли в старом московском доме Гончаровых на Никитской улице. Большая семья — шестеро детей, тяжелая обстановка в доме: суровая, деспотичная мать, психически больной отец. С ран­них лет тесная дружба со старшим братом Дмитрием.

До сих пор считалось, что Екатерина, Александра и На­талья получили очень скудное домашнее образование, но хранящиеся в ЦГАДА ученические тетради детей Гончаро­вых говорят нам обратное: это были культурные и для свое­го времени вполне образованные девушки.

В силу ряда обстоятельств в 1831—1834 годах Екатерина Николаевна и ее сестра Александра жили у деда в калужском поместье Полотняный Завод. Здесь они, несомненно, мно­го читали, в доме была большая старинная библиотека, по­полнявшаяся и новыми изданиями.

У одного из потомков Ж. Дантеса в семейном архиве хранятся два альбома, принадлежавшие Екатерине Никола­евне, заполненные ее рукою в период, когда она жила в За­воде у деда. Альбомы эти представляют значительный инте­рес, так как свидетельствуют о литературных вкусах Екате­рины Николаевны. В первом из них, «голубом», на 123 стра­ницах переписана комедия А. С. Грибоедова «Горе от ума», тогда еще не изданная. Далее следует ряд стихотворений из­вестных поэтов, в том числе Веневитинова, Языкова, Бара­тынского, Вяземского, Дельвига, Рылеева и стихотворение Пушкина «К Лиденьке». Во втором альбоме, «красном», мы

находим стихотворения тех же и других поэтов. Из пушкин­ских произведений полностью переписан «Домик в Колом­не» и два стихотворения: «Эпиграмма (из Антологии)» и «Желание славы (Элегия)». На титульном листе заглавие: «Разныя стихотворения». «Полот. Завод. Мая 23, 1833». Стихотворение Н. Языкова из второго альбома «Тригорское. К А. С. Пушкину» в Собрании со­чинений Языкова значится посвящен­ным П. А. Осиповой, а в альбоме Е. Н. Гончаровой — А. С. Пушкину.