Варлен Стронгин - Савелий Крамаров. Cын врага народа

— Слушай, Сава, — сказал Оскар, — я приглашаю тебя на кинофестиваль в Сочи. Как почетного гостя. Возможно, устрою тебе несколько творческих вечеров в санаториях. Нужно прилететь к двенадцатому мая. Ты меня понял?

— Ты приглашаешь? — удивился Савелий.

— Я, — уверенно произнес Оскар, — я — главный режиссер фестиваля. Вопрос о твоем приезде я согласовал с начальством. Решай. Я перезвоню тебе ровно через неделю. У тебя в мае нет съемок?

— Нет, — растерянно вымолвил Савелий, несказанно обрадованный приглашением, но опасливо отнесшийся к нему, зная, что власти в России считают его едва ли не предателем. Но с другой стороны, Оскар не мог подвести его. Значит, его приглашают на самом деле, без всяких подвохов. Но осторожность взяла верх над этими мыслями.

— Это не ловушка, Оскар? — откровенно высказался Савелий.

— Ты с ума сошел, Сава! У нас в стране идет перестройка!

— А продуктов стало меньше, как пишут у нас. Это правда?

— Правда. Но тебя прокормим, Сава. Не беспокойся.

Савелий подумал, что Оскар говорит за государственный счет, и не спешил закончить разговор с другом.

— А кто еще будет на фестивале?

— Лучшие артисты и режиссеры. Но из юмористов — ты один. Не волнуйся, перелет туда и обратно мы тебе оплатим. Я гарантирую.

— В Сочи — хорошо, — сказал Савелий, — наверно в мае там все расцветает…

— Все, даже искусство! — пошутил Оскар.

— Наверно, приеду, — сказал Савелий. — Но почему не проводят фестиваль в Ялте? Ты знаешь, как я люблю этот курорт. Он — лучший в России!

— Теперь уже — на Украине, Сава. Приедешь — объясню. Сочи давно обогнал Ялту. И по сервису, и по экологическим условиям. В Ялте летом, в разгар сезона не всегда безопасно даже входить в воду.

— Не может быть, — огорчился Савелий и поймал себя на мысли о том, что до сих пор его искренне волнует все, что происходит на родине. — Я приеду, Оскар. Что привезти тебе с Нелей?

— Автоответчик, — без раздумий ответил Оскар.

— Нет проблем! — радостно произнес Савелий, понимая, что мечта посетить родные места оборачивается явью.

— Решили, Сава! Не подведи меня. Тебя очень ждут на фестивале!

«Наверно, преувеличивает», — подумал Савелий, но уже через минуту позвонил в билетное агентство. Оскар не обманывал Савелия. По расчетам хозяина фестиваля Марка Рудинштейна, Крамаров должен был стать звездой кинопраздника, витиевато названного «Кинотавром», и предложение Оскара Волина пригласить его из Штатов пришлось очень кстати. Первые два «Кинотавтра», по существу, походили не на кинофестивали, а на южное сборище артистов, днем загорающих на пляже «Жемчужина», а вечерами гуляющих в барах. Киноиндустрия в России почти что заглохла, и несколько фильмов, привезенных в Сочи, даже бесплатно не посещались зрителями. Лучший местный кинотеатр «Спутник» пустовал даже вечером. И потому, что фильмы были весьма средние, и потому, что отдыхающих в мае бывает мало. Днем по набережной прогуливался известный кинорежиссер, наверное, изнывающий от безделья. Обнаженный по пояс, он обнимал двух девиц, шагал с гордо поднятой головой, но с хмурым видом. Вероятно, он ожидал от кинофестиваля именно кинофестиваля, а не праздного пребывания артистов на курорте.

До Марка Рудинштейна доходили сведения, в том числе от милиции, о некоторых пьяных киноартистах, обнаруженных ночью спящими на пляжных лежаках и на скамейках в парке имени Фрунзе. Из уважения к кинофестивалю, призванному, по мнению отцов города, привлечь в мае сюда побольше отдыхающих, на пьяных в стельку артистов не заводили дела и даже еле стоящих на ногах, с перекошенными от выпитого лицами популярных и прочих кинозвезд пропускали в отлетающие из Адлерского аэропорта самолеты. Марк Рудинштейн понял, что все это не доведет до добра, рано или поздно станет достоянием прессы, и пригласил в качестве режиссера конферансье Оскара Волина, человека способного, но покладистого, не требующего из «Кинотавра» сделать фестиваль международных стандартов, для чего понадобилась бы такая куча денег, которая могла бы привлечь внимание к их происхождению специальных органов.

Оскар Волин для начала решил устроить парад участников фестиваля, для чего проложил ковровую дорожку к входу в Зимний театр, где открывался фестиваль. Появление на этой дорожке Савелия Крамарова, о жизни которого в Америке, кроме пасквильного материала в «Литературке», умалчивала пресса, должно было ошеломить зрителей и произвести сенсацию, привлекающую внимание общественности к кинофестивалю, независимо от качества показанных на нем фильмов. Савелий ничего не знал об этом, а то бы мог и запросить немалую сумму за свое участие в этом кинодействе. В Америке он столкнулся со многими показавшимися ему странными моментами при заключении договора со своим импресарио. В договоре стоял пункт о съемках по одному дублю. Савелий удивился:

— А если с первого раза не получится так, как надо? Ведь придется снимать второй дубль, а то и третий и четвертый… У нас в России есть артисты, которые на первых дублях только разминаются.

Импресарио широко открыл глаза:

— Кто у вас оплачивает пленку, работу кинооператора, помощников режиссера, осветителей?..

— Государство, — нерешительно произнес Савелий, догадываясь о смысле пункта в договоре, смутившего его.

Импресарио, обычно деловой и сосредоточенный на работе, вдруг откинулся на спинку кресла и расхохотался:

— Такое государство никогда не будет богатым!

Савелий по времени не успевал задержаться в Москве и перебрался из Шереметьева во Внуково, откуда первым рейсом улетел в Сочи. Там в аэропорту его встретил Оскар. Они обнялись. Мельком бросили взгляд на поседевшие виски, побеленные годами разлуки, и отправились в гостиницу. На заднее сиденье микроавтобуса неожиданно для Савелия уселись двое здоровых парней с туповатыми лицами. Савелий тревожно посмотрел на Оскара:

— Кто это?

— Твои телохранители.

— Зачем они?

— Чтобы к тебе не приставали зрители и всякая пьянь. Ведь ты не любил этого, — сказал Оскар.

— Да, — согласился Савелий, — но сколько это будет стоить?

— Тебе — ничего, — улыбнулся Оскар, — к тому же телохранители придадут тебе вес и солидность в глазах зрителей. А вдруг тебя похитят и попросят огромных денег за выкуп? Не волнуйся. У нас еще до этого дело не доходит. Я познакомлю тебя с хозяином фестиваля Марком Рудинштейном. Очень милый человек. Ранее владел фирмой «Подмосковье». Кстати, у вас ничего не писали о Рудинштейне?

— Не читал. Первый раз слышу о нем. А почему должны были писать?