Отто Леттов-Форбек - Мои воспоминания о Восточной Африке

После боя капитан Мюллер переменил место своего лагеря. При этом обер-лейтенант Шроттер, больной малярией, остался в боме на короткое время и был взят в плен неожиданно появившимся английским патрулем. Во время движения этого патруля на бому Шроттеру удалось бежать, потеряв все свои вещи. С непокрытой головой - а это много значит при тропическом солнце, - он, совершенно истощенный, в конце концов добрался до наших частей.

Сообщения туземцев и патрулей не оставляли больше никаких сомнений в том, что крупные неприятельские силы, высадившиеся в Мозамбике{57}, наступают с запада на бому Малему и уже находятся на расстоянии нескольких переходов. Одновременно были получены донесения о движении неприятельских войск на бому Малему с запада со стороны Малакотеры. Наступавший же с севера противник через несколько дней достиг реки Лурио, так что мы были вынуждены очистить северный берег. По захваченным документам и по боям, которые мы имели на северном берегу, можно было установить, что этот неприятель сильнее, чем я это предполагал. При. помощи летучих автомобильных колонн он мог быстро двигаться вслед за нами со всеми своими тыловыми учреждениями, а также с войсковыми частями, которые я оценивал в 3-4 батальона с приданными частями.

Местность вдоль реки Малема, в которой находились наши лагеря, была на редкость богата. Мтама вполне созрела; томаты, бананы, сладкий картофель (бататен) и другие плоды и овощи встречались в изобилии. Пища была очень разнообразна. Дичи и рыбы было тоже достаточно. Туземцы уже имели дело с немецкими войсками и были очень доверчивы. Когда я ехал однажды верхом из одного отряда в другой, то из своих хижин сбежались женщины, чтобы посмотреть на совершенно незнакомого "джаму" (животное), так как я ехал верхом на лошади. Богатая продовольствием область была так обширна, что мы не могли использовать местные средства полностью, а также прикрыть от противника весь район. Было совершенно невозможно помешать крупным массам неприятельских аскари и его тылам пользоваться продовольствием этой области. Мы были не в состоянии лишить неприятеля возможности базироваться на эту богатую страну и тем сократить свою линию подвоза. Мы не могли также настолько полно использовать местные средства, чтобы после нашего отхода оставшегося продовольствия не хватило для крупных неприятельских отрядов; к тому же в настоящее время мы были очень подвижны. Благодаря продолжительной остановке раненые и больные настолько поправились, что все, даже находившиеся в лазарете, были вполне способны к походу.

Это преимущество было бы опять потеряно в случае крупных боевых действий. Я решил постепенно очистить район, несмотря на его исключительное богатство, чтобы уйти из кольца, которое образовали вокруг меня неприятельские колонны в плодородной области реки Малемы. При этом я хотел задержать эти неприятельские колонны меньшей частью своих сил с тем, чтобы они действительно увязались за моим арьергардом. Попавшие в наши руки директивы английского командующего существенно помогли мне при разработке оперативных соображений. Он не хотел вторично, как при Кориве, позволить себя провести и потому приказал во всех случаях, едва будет установлено соприкосновение с нами, немедленно высылать несколько отрядов в обход на расстоянии 5-10 английских миль от наших флангов. Генерал Эдвардс, которому я однажды позднее об этом рассказывал, чрезвычайно смеялся тому, что я получил сведения о его указаниях и сообразно этому принимал свои меры. Было ясно, что при соответствующем эшелонировании моих частей в глубину неприятельские обходные колонны подвергались большой опасности попасть между моими отрядами и подвергнуться внезапной атаке с фланга или тыла наших частей, расположенных сзади.

К сожалению, мне не всегда удавалось выполнение этого плана действий. В этом чрезвычайно густом кустарнике, даже при очень тщательном наблюдении за бивуачными огнями и пылью, можно было располагать только ограниченными отправными данными, чтобы верно направить колонну, а последней было очень трудно сохранить правильное направление. К этому еще следует прибавить массу препятствий вроде густого кустарника, болот и речных потоков. Несмотря на все это, иногда удавалось брать под неожиданный огонь одну из неприятельских обходных колонн. Неизбежных трений при движении отдельными колоннами в густом кустарнике у англичан было больше, чем у нас. Часто во время столкновения происходила путаница, при которой и свои и противник не знали, кого именно они имеют перед собой. Так, например, однажды отряд обер-лейтенанта Руктешеля, стоявший недалеко от неприятеля, отходил в направлении на наши расположенные сзади части. При этом он натолкнулся в кустарнике, на расстоянии 30 шагов, на разведывательный отряд, который оказался неприятельским. На глазах у неприятеля были выдвинуты на позицию пулеметы, и противник, принявший наших за англичан, но внезапно обстрелянный с близкого расстояния действительным огнем, обратился в бегство. Наши собственные патрули также часто попадали в расположение неприятельских войск. Именно при такой обстановке вице-фельдфебель резерва Шаффрат приказал своему патрулю залечь в густой траве, открыл действительный огонь по тыловым частям наступающих неприятельских колонн и затем спрятался. Таким образом, в течение нескольких часов ему удалось несколько раз нанести противнику чувствительные потери и захватить добычу.

Задерживая противника мелкими частями, я хотел выиграть время, чтобы напасть с главными силами на лежащую далее к югу страну, разбить и рассеять расположенные там слабые неприятельские гарнизоны. Эту область, по имеющимся у нас под рукой описаниям, можно было считать богатой продовольствием. Ближайшей целью при осуществлении этого плана являлась португальская бома Молоке. Судя по захваченной карте, в мирное время она служила местопребыванием высшего гражданского управления и штабом какого-то войскового соединения, крупнее роты. Следовательно, там можно было найти туземцев и продовольствие. Между нами и Альто-Молоке лежала высокая горная цепь Инагу. Дорога от бомы Малемы на Молоке, ведущая западнее в обход гор Инагу, была закрыта английским батальоном, занимавшим укрепленный лагерь у Инагу. Таким образом, можно было ожидать, что наше движение по этой дороге будет задержано, а это, при длине наших колонн носильщиков, было нежелательно. План внезапного нападения на Альто-Молоке в таком случае был бы расстроен.

Поэтому мы оставили противника, укрепившегося у Инагу, в покое и выступили на Альто-Молоке в обход гор Инагу с восточной стороны. Оперативная обстановка складывалась довольно своеобразно, и ее очень хорошо характеризовал один наш южно-африканец на своем не вполне чистом южно-германском наречии: "Это очень смешная война: мы бегаем за португальцами, а за нами бегают англичане". Мы двигались по тропинкам, проложенным неприятелем, а также напрямик через кустарник. Во время нашего похода мы должны были переправиться через несколько больших рек. Эта область тоже отличалась богатством, и мы скоро наткнулись на свежие человеческие следы, тянувшиеся по направлению на Альто-Молоке, а также на такого рода лагерные постройки, которых я еще ни разу не встречал. Это были плотные и очень аккуратно построенные тростниковые хижины. Некоторые костры еще: тлели, а валявшиеся кругом отрезанные куриные головы имели совсем свежий вид. Происходили перестрелки с португальскими патрулями, и мы захватили несколько ружей с боевыми патронами.