Выживать, чтобы гонять. Один год в мире «Формулы-1» - Гюнтер Штайнер

Я шутил, конечно, но в то же время отсутствие инцидентов ощущалось слегка аномально. Предсезонные тесты – это строго регламентированный, чрезвычайно сложный и напряженный процесс, который неизменно порождает гораздо больше вопросов, чем ответов. Это накопление опыта, и самое большее, на что может надеяться руководитель команды, – что оба гонщика проедут по паре сотен кругов, получат много данных для дальнейшего анализа и не попадут в серьезные аварии. И тем не менее так легко не бывает. Ну, или так не бывает, когда ты Гюнтер Штайнер!

Я умудряюсь сглазить такие вещи, так что лучше мне держать рот на замке. Как говорится, молчи, за умного сойдешь. Впрочем, вот что я должен был сказать под конец третьего дня тестов в Бахрейне.

Это был прекрасный день: ребята проехали больше 170 кругов без каких-либо проблем. Тестовая программа, симуляция гонки – одна завершенная, вторая – почти. В целом, в отличие от предыдущих лет, тесты прошли как по маслу. Команда ехала сюда в полной готовности – мы сделали домашнюю работу. Так что, когда мы прибыли, ребята в команде были настроены решительно, все это видели. Мы достигли бо́льшего прогресса по сравнению с прошлым сезоном; осталось узнать, куда это нас приведет. Пока еще сложно сказать, но мы явно будем в списке команд середины пелотона. Посмотрим, будет ли Haas возглавлять или замыкать среднюю группу, но мы точно готовы к первому гоночному уик-энду.

Такие слова вы обычно слышите от Гюнтера Штайнера? Да черта с два. Это слова самозванца, того, кто уверен и нетороплив, кто не ждет апокалипсиса каждые пять минут. Ладно, продолжим о пресловутой ложной надежде.

Гонка в Бахрейне прошла так, словно была продолжением тестов, в том смысле, что мы узнали больше о машине. Очков, к сожалению, не заработали, хотя, признаюсь, я их ждал. Даже посетовал на это в одном из интервью после гонки. «Кто ты такой и что ты сделал с Гюнтером Штайнером?» – спросил у меня Стюарт Моррисон после уик-энда. По правде говоря, я не просто надеялся, а по-настоящему ждал, что хотя бы один из гонщиков наберет очки в Бахрейне. В Джидду мы ехали с большим количеством информации о машине и по-прежнему ожидали очки.

Мои предсказания нечасто сбываются, а уж ожидания – и того реже. Так что, когда Кевин закончил гонку в Джидде 10-м, квалифицировавшись при этом 13-м, я боялся пошевелиться, сидя на пит-уолле. Разница между началом этого сезона и прошлого состояла в том, что в команде были уверены в превосходстве VF-23 над машиной 2022 года. Даже принимая во внимание возможный прогресс остальных команд, мы уже начали убеждать себя в достижимости места в середине таблицы.

Нико финишировал седьмым в Мельбурне, а Кевин – десятым в Майами. Однако к тому времени, когда мы прибыли в Монако, где должна была пройти шестая гонка сезона, стало ясно, что мы по уши в дерьме. Основной проблемой стал износ шин. Когда неприятность только обнаружилась, мы еще раз продули болид в аэротрубе, но ничего не поменялось. Продолжать искать источник проблемы, используя только аэротрубу, было ошибкой, но, когда мы это поняли, стало уже поздно. Не буду зацикливаться на этом, скажу лишь, что в те дни, когда я в очередной раз слышал про износ шин, меня начинало трясти.

Несмотря на результаты, в сезоне-2023 происходило много интересного. Вот на этом я и сосредоточусь.

Один из самых положительных моментов в целом – взаимодействие с болельщиками, которого было чуть больше, чем до хрена. Я понимаю: то, чем мы зарабатываем на жизнь, ориентировано на результат, но эффект, который оказывает присутствие нашего спорта на население принимающих «Формулу-1» городов и стран, просто поразителен. До конца своих дней буду помнить случай в Мельбурне на одной из сессий в фан-зоне, где я отвечал на вопросы. Вокруг было что-то около 20 000 человек, и впереди стоял мальчик лет десяти по имени Ноа. Он спросил: «Какой гонщик лучше: Кевин Магнуссен или Нико Хюлькенберг?» Я подумал про себя: «Черт, а это хороший вопрос. Нужно быть осторожнее в высказываниях». Пораскинув мозгами пару секунд, я решил отказаться от дипломатии в пользу юмора и ответил: «Спроси свою мамулю, кого она больше любит: тебя или брата?» Пацан выпал в осадок.

Самые любопытные истории в 2023-м произошли со мной за пределами гоночной трассы. Одна из них – публикация этой несуразной книги. Когда в апреле наконец наступила дата ее выхода, мне пришлось лететь в Англию, чтобы сделать книге рекламу. Это было какое-то безумие. Чтобы произвести как можно более сильное впечатление, нужно дать как можно больше интервью как можно большему числу телеканалов и радиостанций. И вот в течение 36 часов британская публика знакомилась с моими лицом и голосом в поистине ужасающих масштабах. Я был повсюду! А к концу дня публикации мне пришлось раздавать автографы трем сотням человек в Лондоне.

Автограф-сессия проходила в книжном магазине Waterstones на Пикадилли в центре Лондона в семь часов вечера. Чуть раньше в тот же день мне позвонил Генри Вайнс, человек из издательства, чтобы порадовать меня скупленными подчистую билетами на это мероприятие. «Господи Иисусе! – удивился я. – Как же много сейчас в Лондоне психов». Если честно, я вздохнул с облегчением, потому что представлял, как прихожу в пустой магазин и прошу мою жену Герти купить экземпляр, а потом заставляю ее встать в очередь, состоящую из нее одной, чтобы она попросила меня подписать книгу. А ведь она, скорее всего, послала бы меня на три буквы!

Весь день был наполнен раздачей всевозможных интервью для радиостанций и журналов, а к вечеру Генри заехал за нами в отель и повез в Waterstones.

– Я в предвкушении, – признался я ему. – Особенно зная, что ты умудрился распродать билеты.

Тут настал его черед признаваться:

– Все прошло как по маслу, даже лучше. Мы продали все билеты буквально за пару часов. В общем, увидишь очередь и поймешь.

Я решил, что он имеет в виду размер очереди, потому не стал вдаваться в подробности, а вместо этого подбоченился и стал изображать из себя умного. В конце концов, я теперь писатель, нужно вести себя соответствующе.

Дорога от отеля до магазина заняла около четверти часа.

– Только взгляни на ту колонну из девочек-подростков. Наверное, ждут какую-нибудь знаменитость, – предположила Герти.

Waterstones на Пикадилли – огромный магазин, так что у меня возникла та же мысль.

– Сколько ж чертовых автограф-сессий сегодня здесь проходит? – спросил я