Ким Сен - В водовороте века. Мемуары. Том 1

После создания КСМК мы шли в гущу масс без особого шума, спокойно. Пусть нас не признает никто, но надо только делать дело, полезное для революции и народа, — такова была наша позиция и воля. Молодые коммунисты нового поколения не рвались к тщеславию и прокладывали шаг за шагом путь революции, тогда как другие, зарясь на гегемонию, сновали туда и сюда, хвастаясь своей «ортодоксальностью».

Комсомол играл блестящую роль в ускорении организационного сплочения молодежи, выращивании ядра и укреплении силы нашей революции. Создание комсомола дало большой толчок к деятельности молодых коммунистов, направленной на создание партийной организации нового типа, играло главенствующую, ведущую роль в осуществлении этого дела. Большинство членов первой партийной организации, созданной летом 1930 года, были передовыми молодыми борцами, выпестованными прежде всего комсомолом.

А недавно мы учредили День молодежи, отмечаемый нами 28 августа, в день создания Коммунистического Союза молодежи Кореи.

Когда я тоскую по учителю Шан Юэ, который оставил в памяти о моей молодости неизгладимый след, я мысленно шагаю и шагаю по площадке Юйвэньской средней школы.

4. Расширяя сеть наших организаций

После создания АСМ и КСМК мы начали расширять поприще своей деятельности во многих районах. Наши активисты нескончаемым потоком текли из Гирина в другие местные районы для расширения сети организаций.

В то время и я как ученик уходил с этой целью в разные районы. Часто бывал даже в местах, отдаленных от Гирина на сотни ли, чтобы найти там новую арену деятельности. По субботам я уезжал вечерним поездом из Гирина в Цзяохэ, Калунь, Гуюйшу и в другие места, а на следующий день возвращался ночным поездом. Неизбежные обстоятельства порой заставляли меня отсутствовать на лекциях. Большинство преподавателей, кроме директора школы Ли Гуанханя и учителя Шан Юэ, считали мое отсутствие странным. Были и такие, которые догадывались: у него нет отца, семья бедная, может быть, он зарабатывает деньги на обучение.

По своему положению я был ведь еще учеником, и мне немало мешало всяких ограничений и сковываний. Да и времени мне всегда не хватало, — лекции, внеурочные занятия, работа с многими организациями в свободное время, было много и всякого другого.

Во время каникул мы могли действовать свободно, не ограниченные временем. В обычные дни мы тщательно проводили подготовительную работу, а с началом каникул разъезжались по разным местам — где-то создавали и укрепляли организации, где-то проводили просветительную работу среди масс. Словом, работы хватало.

Идти в народ — это становилось своего рода социальной атмосферой и в самой Корее. На каникулах многочисленные учащиеся шли в гущу крестьянских масс и проводили среди них просветительную работу. Так, летом того года, когда я был в училище «Хвасоньисук», издательство газеты «Чосон ильбо» в Корее предприняло просветительные меры: образовало просветительные группы из учащихся средней школы и выше, возвращающихся на каникулы, провело для них семинары и направило их в сельскую местность. Члены просветительных групп на родине провели работу по ликбезу, используя учебное пособие по корейскому языку, составленное издательством.

Приехали на каникулы на Родину и корейские учащиеся из Японии. Они создали разъездные лекторские группы и по всей стране проводили просветительную работу. Религиозные секты чхондогё и Общество христианской молодежи тоже шли в массы крестьян и содействовали культурному развитию деревни.

Но просветительное движение учащихся внутри Кореи не могло подняться до стадии воспитания масс в революционном духе и объединения их в организации. Оно не вышло за рамки чисто реформаторского движения, направленного на ликвидацию культурной отсталости нации. И это движение в середине 30-х годов стало переживать период спада. На этом сказывались и жестокие репрессии генерал-губернаторства, которое считало все народные движения, стремившиеся к пробуждению национального сознания, сопротивлением его колониалистской политике. Причиной тому послужила также идейная ограниченность самих руководителей движения.

В том, что движение шло по руслу голого реформаторства, можно убедиться, например, по содержанию деятельности участников движения в деревне. Главным при этом была ликвидация неграмотности и санитарная перестройка бытовой обстановки в деревне. Так, в круг деятельности членов Общества христианской молодежи вошел весь комплекс культурно-просветительных проблем, открывающих сельскому населению дорогу к современной жизни: начиная от улучшения кулинарии и чистого ухода за колодцем и кончая куроводством, шелководством и употреблением оформленных властями удостоверений и заявок.

А мы уделяли большое внимание тому, чтобы, пользуясь благоприятными условиями, когда пока не было прямых репрессий со стороны японского империализма, тесно сочетать просветительную деятельность в деревне с объединением масс в организации и воспитанием их в революционном духе, развивать и превращать ее в одну из форм активной политической борьбы. Наша работа в массах проводилась в направлении пробуждения сознания людей и объединения их в различные массовые организации. Главной линией при этом были патриотическое воспитание, революционное воспитание, воспитание в духе борьбы против империализма и классовое воспитание.

Мы смогли приложить столь огромные усилия для воспитания масс в революционном духе именно потому, что мы, выбившись из скорлупы старого мышления, носители которого считали массы только невежественными, нецивилизованными предметами просвещения, имели и абсолютизировали такие взгляды, согласно которым народ является истинным нашим учителем и основной движущей силой в революции. С таким взглядом мы шли в гущу народа.

«Идти в народ!» — с той поры это стало девизом на всю мою жизнь.

Идя в народ, я начал свою революционную деятельность, продолжаю революцию и сегодня в гуще народа. Идя в народ, я подвожу итоги своей жизни. Если было бы у меня такое мгновение, когда хоть раз поленился бы общаться с народом, хоть раз забыл бы о его существовании, то я не смог бы сохранить до сегодняшнего дня такую чистейшую, подлинную любовь к народу, которая сложилась у меня еще в десятилетнем возрасте, я не стал бы верным слугой народа.

Каждый раз, когда думаю о сегодняшнем нашем обществе, где максимально обеспечиваются права народа и безгранично умножается разум и творчество народа, я мысленно приношу благодарность гиринским временам, которые впервые посадили нас в «поезд в народ».