Сергей Марков - Онассис. Проклятие богини

В ходе последующих продолжительных переговоров сумма онассисовских инвестиций возросла до 600 миллионов долларов. Аристотель согласился взять государственный нефтеперегонный завод в Аспропиргосе близ Афин, построить судостроительную верфь на острове Крит… Летом 1972 года вместе с богатейшим греческим предпринимателем Андреадисом они начали строить метрополитен в столице, а также расширять свои судоремонтные предприятия, чтобы обеспечивать корабли 6-го флота США, базирующиеся в Пирее.

Среди прочих условий, поставленных Онассисом хунте, было и такое: запланированное увеличение мощности государственного нефтеперерабатывающего завода до 3,2 миллиона тонн в год должно быть ограничено 2,5 миллиона. Разница в 700 тысяч тонн — это как раз то количество сырой нефти, которой не хватает для полной загрузки его собственному заводу. «Чёрные полковники» без возражений и лишних споров согласились. Они вообще во всём соглашались со своим благодетелем.

А одно из самых крупных достижений Аристотеля Онассиса — монополия на поставку в Грецию в течение 1970-х годов около 100 миллионов тонн сырой нефти. Причём судовладелец впервые за свою карьеру сам получал права на покупку нефти у её производителей, поставку на своих танкерах в Грецию, переработку на своих же предприятиях и продажу бензина, смазочных масел и других конечных продуктов переработки через собственную сбытовую сеть. Таким образом, в его руках оказываются самые прибыльные этапы цикла: переработка и сбыт нефтепродуктов. Ведущие экономические газеты США писали тогда, что представляющаяся возможность перерабатывать и продавать собственную нефть в немалой степени предопределила интерес Онассиса к подземным сокровищам Прудхо Бэй на Аляске и к другим «чёрным клондайкам».

Но тут сказал своё «золотое» слово и Ниархос.

Шестнадцатого июня 1970 года в официальном правительственном вестнике появилось сообщение, что соперник Онассиса возлагает на алтарь поддержки хунты 200 миллионов долларов. Из них 65 миллионов — на расширение верфи в Скараманге и несколько десятков миллионов на строительство завода по производству смазочных масел. И всё это тоже на самых льготных условиях.

Судовладельцы забывают о соперничестве, когда нужно вырвать у греческого правительства новые льготы и уступки. Весной 1971 года Онассис и Ниархос предъявили хунте нечто вроде совместного ультиматума. Ссылаясь на общее ухудшение экономической конъюнктуры, в частности на увеличение установочных цен на сырую нефть, которого добились нефтедобывающие арабские страны, оба миллиардера потребовали пересмотреть некоторые уже подписанные ранее разделы соглашений с ними. (Речь шла о ещё более выгодных для них условиях.)

Представители правительства было заупрямились, но Онассис и Ниархос сразу показали клыки, заявив, что вообще отказываются от сделки. Хунта немедленно капитулировала. «Их алчность, — писала об Онассисе, Ниархосе и других магнатах-судовладельцах на страницах журнала Der Spiegel Хелена Влаху, известная греческая журналистка и издатель, — возросла ещё больше благодаря крупной „распродаже“, которую устроила хунта. Греция продаётся по дешёвке. Небывалые возможности для бизнеса открываются в обмен на дружеское похлопывание по плечу, украшенному полковничьими погонами».

Будто о нас, о России в лихие 1990-е, не правда ли?

Итак, диктатура получила необходимый для укрепления режима капитал. 800 миллионов долларов, выложенных двумя мультимиллионерами, — это годовой товарооборот Греции со странами Общего рынка. Никогда ещё в истории греческой экономики не делалось единовременно столь крупных инвестиций.

Но дело не только в обилии долларов, нежданно-негаданно пополнивших тощую государственную казну. Онассис и Ниархос, крупнейшие международные авантюристы, рассматриваются афинскими полковниками как важные посредники для связей с западноевропейскими и американскими концернами. Едва согласившись участвовать во «вливаниях» в греческую экономику, Онассис известил, что привлекает капиталы из американских источников. Скоро стало известно, что АЛКОА будет финансировать и возьмёт ряд подрядных работ по строительству алюминиевого комбината. Летом 1971 года в печати появились сообщения о планах создания в Греции большого авиационного комплекса для выпуска истребителей-бомбардировщиков типа «мираж», а также технического обслуживания натовских военных самолётов американского производства.

По инициативе Онассиса был создан консорциум, в который наряду с его Olympic Airways вошли две гигантские военные авиакорпорации: американская «Локхид эйркрафт корпорейшн» и французская «Авион Марсель Дассо». За такое посредничество «полковники» платили самые высокие комиссионные в виде сверхприбыльных контрактов и освобождения от налогов. Сначала отменили налог на суда, потом пошли дальше: вообще избавили меценатов хунты от необходимости платить какие-либо налоги. Афинские власти выпустили официальный трёхтомный «Каталог налогоплательщиков». В этом гроссбухе в алфавитном порядке перечислены фамилии и доходы полумиллиона греков. Но тщетно было бы искать здесь имена Онассиса, Ниархоса и других магнатов. (Как только глава греческого правительства Андреас Папандреу вознамерился лишить компании Аристотеля Онассиса налоговых льгот, он немедленно был арестован.)

Нигде и ни в чём не обходила хунта заботами своих верных и дорогих (в буквальном смысле слова) судовладельцев. Когда против Ниархоса возбудили дело в связи с загадочной смертью его жены Евгении, вмешались высшие должностные лица и сделали всё, чтобы заглушить в зародыше разгоравшийся скандал. Не дали они в обиду и своего Аристотеля Онассиса, которого бывший руководитель ведомства гражданской авиации генерал Дукас обвинил в коррупции и личном обогащении за счёт государства. В греческой печати об этом процессе даже не упомянули. Указания со стороны тайной полиции были столь же категоричны, сколь и лаконичны: ни строчки, когда речь идёт об «интересах нации».

Между тем в зале суда происходили любопытные вещи. Генерал Дукас, представив подробное досье о злоупотреблениях Онассиса в Olympic Airways, предложил лишить его прав на эту авиакомпанию. За спиной отставного генерала, обвинения которого сами по себе были совершенно справедливы, маячила тень Ниархоса, давно мечтавшего прибрать к рукам Olympic Airways. Поначалу суд пытался разобраться в этом запутанном деле, где фактически один международный супермошенник выступал против другого. Но когда «назойливость» председателя, задававшего, по мнению Онассиса, слишком много вопросов, надоела дельцу, он, отбросив дипломатию, раздраженно заявил: «Караманлис (бывший премьер-министр Греции. — С. М.) изменил в мою пользу десять пунктов контракта и дал мне сто миллионов долларов. Дукас называет это коррупцией. Но если это была коррупция, то что же сделал господин Пападопулос, который изменил в мою пользу сорок пунктов и дал мне сто шестьдесят миллионов долларов?» После этой тирады испуганный председатель срочно объявил перерыв. А на следующий день генерал Дукас публично признал необоснованность своих обвинений. Суду не оставалось ничего другого, как прекратить разбирательство — председатель с явным облегчением объявил об окончании дела.